– Ваше величество, вы согласны, что человек либо трус, либо храбрец? – спросил Воланос.
– Я сказал, что не хочу сражаться ни на каком дурацком турнире, вот и все. Думайте теперь, что хотите, – громко и отчетливо произнес Хобарт.
Король выглядел совершенно несчастным. Генерал Воланос, презрительно хмыкнув, отправился поболтать с кем-то еще, а Хобарт попытался найти кого-нибудь, кто знает Гомона. Но опрошенные охотники ничем не смогли ему помочь, поскольку их совершенно не интересовало, чем занимаются члены странного братства аскетов.
Им нужно было торопиться, чтобы успеть вернуться в Оролойю до наступления ночи. Как уже догадался Хобарт, сумерек Логайе не существовало: с заходом солнца мгновенно становилось темно.
– Встретимся на коктейле в Ониксовой комнате через полчаса, мой мальчик. Спокойно поедим в приватной обстановке. О Разум, как же я устал! – сказал король Хобарту перед тем, как расстаться с ним во дворце.
Половину отведенного времени прикомандированный к Хобарту паж Зоркой тщетно пытался скрыть с помощью пудры два чудесных фонаря, появившихся под глазами новоиспеченного принца. В Ониксовой комнате Хобарт обнаружил принцессу Аргуменду и Светского Льва, потягивающего чай из огромного ведра.
– Что у тебя с носом? – первым же делом хором спросили они.
Принцесса хотела было броситься к нему, но инженер сделал строгое лицо, и она осталась с Феаксом. Хобарт рассказал про охоту и поинтересовался у льва, где тот пропадал. На морде зверя появилось застенчивое выражение, если только вы можете себе такое представить. Вместо него ответила Аргуменда.
– В Пирамидальных горах живет одна львица, моя лю… то есть принц Роллин.
– Когда-нибудь пойдем охотиться вместе, гарантирую чудесное мясо. Я убиваю множество животных, но не ем их, – пробубнил Феакс.
– А почему? Разве ты убиваешь только ради удовольствия? – спросил Хобарт.
– Конечно. Я – спортсмен, то есть тот, кто убивает из интереса, как объяснил мне один человек. Кто убивает из практических соображений – подлый браконьер. Пойдешь со мной, я докажу тебе это. Когда у вас с Аргумендой появятся детеныши, прихватим и их с собой.
Принцесса грустно вздохнула, а Хобарт по-настоящему обрадовался приходу королевской четы, не позволившему беседе двигаться в опасном для инженера направлении. Вместе с родителями зашел принц Аксиус, за ним несколько мужчин внесли два небольших ящика, предназначенных, как оказалось, для комнатных растений.
– Поставьте их, скажем, сюда и туда, – командовал король.
Мужчины послушно опустили ящики, цветы и все остальное на пол.
– По крайней мере, со всем этим можно легко управиться, – сказал Гордиус. – Ты даже себе не представляешь, Роллин, как трудно перековать мечи на орала. Вот с превращением копий в приспособления для обрезки деревьев все в порядке, но мы уже накопили таких приспособлений достаточно, чтобы обеспечить десять королевств нашего размера. Ах, напитки!
Дворецкий разлил вино и раздал бокалы.
– За долгую, счастливую и плодотворную жизнь моих детей! – громко провозгласил тост король и выпил до дна.
Хобарт отпил немного, чтобы не привлекать внимания, и сел одновременно с королем. Бу-у-ум! Что-то взорвалось справа от Хобарта, от неожиданности подскочившего почти на фут в высоту. Брызги вина из его бокала разлетелись во все стороны. Король и все присутствующие вздрогнули.
– Разум пусть покарает мальчишку! – вскричал Гордиус. – Подожди, пока я доберусь до тебя!
– Папа, – попыталась успокоить его принцесса, – он изменится уже завтра!
– Я так понимаю, вы говорите о моем будущем брате, принце Эйте? – холодно спросил Хобарт.
– Да-да, – устало ответил король. – Он любит взрывать фейерверки, пугая всех до полусмерти. Но скоро все изменится, хе-хе, поскольку мы собираемся провести тайную операцию по продаже пороха из королевского арсенала по сходной цене. Нам надо каким-то образом избавиться от него в ходе разоружения. Дорогой мой, возьми себе другой бокал!
– А почему Аргуменда не пьет? – спросил Хобарт.
– Ну ей и так хорошо. Я думал, тебе известна причина. Ты голоден?
– Могу съесть лошадь и еще погнаться за всадником.
Король удивленно взглянул на него, отвел дворецкого в сторону и начал с ним шептаться. Тем временем принц Аксиус допил второй бокал и подошел к Хобарту, смешно вскидывая длинные ноги.
– Роллин, я потратил целый день, смешивая различные краски, чтобы изобразить то барахло, которое на тебе надето. Однако смеси все равно оказывались привычного красного, желтого или синего цвета. И что теперь? Хе-хе-хе-хе-хе-хе!
В конце этой бессмысленной тирады колени принца подогнулись, и он рухнул на пол все с той же глупой улыбкой на лице. Хобарт вскочил, наклонился к Аксиусу и попытался поставить его на ноги.
– Глупый мальчишка снова напился. Положи его на что-нибудь, Роллин, он скоро придет в себя, – сказал король.
– Минуту назад он выглядел абсолютно трезвым, – пробормотал Хобарт.
– Неудивительно, ведь тогда он еще не напился.
Человек может быть либо пьяным, либо трезвым.
Аксиус зашевелился, неожиданно протрезвев.