Он заключил договор с ведьмой, он исполнит обещанное, а потом снимет сан. Господь велит прощать, инквизиция принуждает судить. С церковью его больше ничто не связывало в душе. И носить рясу стало преступным. Да только слово, данное ведьме, нужно сдержать. А значит, и рясу он пока снять не сможет. По крайней мере, покуда не убьет Зенона.
Паул прочел еще несколько молитв по памяти, обдумал грядущее. Все должно выйти так, как и должно. Вот только Герберт,.. Смелый, крепкий, отчаянный в битве. Паул хорошо помнил, как ловко поразил в недавней битве Герберт врагов, осадивших крепостную стену. Такой воин способен на многое, если уж он собрался кого-нибудь защищать.
Достойный человек, он может пойти против толпы с поднятым над головой мечом. Пожалуй, стоит позаботиться о том, чтоб Герберт не спутал все планы. Он поразительно чист душой. Жаль, если такой погибнет.
Отец Паул взял то, что предназначалось для исповеди, и торопливо вышел из часовни во двор. Стражи суетливо оглядывались на стену, опытные воины помнят каков он – людской бунт. Да только сейчас опасности нет. Ненависть людей обращена против Люции. Если ведьму осудят, боятся бунта не стоит. И все же свои книги Пауль надежно запер в сундуке, кто знает, чем кончится дело? Только Всевышний!
Старик чувствовал себя неуютно в рясе, ему казалось, что обман легко обнаружить. Он отрекся в душе от сана, и Паулу казалось невозможным нести на себе длинное одеяние священника. Не его это более доля! Не его судьба. Он теперь простой человек, как и все остальные. Или хуже? Отступник.
Паул пересек двор, постучал в дверь казармы. Как бы ни было дальше, а Герберта стоит остановить, чтоб парень не наделал глупостей.
- Святой отец, - изумился дневальный, - Я думал вы там, на суде.
- Моя вера велит мне подумать о каждом. Нельзя допустить отступничества или сомнений в такой день. Дьявол способен прокрасться в душу любого.
- Спаси и сохрани!
- Ты добрый человек. Молись и люби то, что послано Богом. Умей быть благодарным отцу нашему за дары. Береги свою душу и тогда обретешь счастье и мир.
- Я берегу. И все заповеди соблюдаю.
- Где же сын мой, Герберт? Я не видел его с прошлого дня. Этой ночью во сне он пришел ко мне, просил об исповеди.
- Герберт в конюшнях, помогает конюху начищать амуницию.
- Доброе дело, - поклонился старик.
Казарму пришлось обойти кругом, чтобы попасть в конюшню. Все строилось в разное время и не всегда было удобным.
Герберт безжалостно рвал на куски новую простыню – малышу пригодятся пеленки в дороге. Рядом на сундуке лежали его самые лучшие вещи. Парень с невиданным упорством собирался в дорогу. Он надеялся и почти верил, что казнь Люции состоится завтра. Ведь еще не вынесен приговор, да и хворост... не собран. Его понадобится для костра много, опять же столб придется кому-то вкопать. Для этого подходящее дерево еще нужно найти и срубить. Не сама же по себе девушка останется стоять, окруженная пламенем. Впрочем, Люция может. В характере баронессы Герберт больше не сомневался.
Даже украдкой он боялся мечтать о том, чтобы заполучить именно эту женщину себе в жены. Раньше и помыслить не мог о таком, а теперь вот размышляет. Не всегда беды несут только горе, иногда они приносят и счастье. Главное, стоять на своём, крепко держаться за свою несокрушимую волю. И тогда непременно что-нибудь да получится. Крепкий ребенок, сильная женщина, еще бы на службу к князю попасть, было бы вообще замечательно. Тогда судьба Герберта сложится самым лучшим образом, наверное, он даже будет счастлив.
Может, ему представиться не простым стражем, а хранителем печати барона Розена? Угу, тут-то его на лжи и поймают! Впрочем, может и выйдет что из этой затеи. По ту сторону от границы любят все заморское, иностранное, считают лучше того, чем обладают сами. Вот и его, прибывшего из-за границы, князь может обласкать вниманием и держать при себе, а там и платить станет хорошо.
Герберт внимательно прислушивался к тому, что происходило снаружи конюшни, нельзя, чтоб его сейчас видели. Если хоть кто-нибудь заметит, как он укладывает свое добро для поездки, сразу всем разболтает. Кругом хрустели сеном кони, стучали копытами по полу.
Парень сунул за пазуху пучок сушеной полыни. Как бы то ни было, а от нечистой силы себя нужно беречь. Следом он распихал по карманам соль в жестянке, мелкие деньги, немного свечей. Кто знает, как дальше все повернется, может быть, придется действовать быстро. Да и одному остаться в конюшне – это редкий случай. Сейчас ему повезло – никого нет, кто-то из конюхов занят делами во дворе, кто-то глазеет на подготовку к суду.