Трое приятелей Коллуса послушно спешились и приблизились к незнакомцу…
— Не люблю я такие вот ситуации, — пробормотал Альгой. Мы стояли среди скал неподалеку от места происшествия, не особо скрываясь, но и не привлекая к себе излишнего внимания. — Наблюдать и молчать в тряпочку противно, а вмешаешься — сам отгребешь неслабо.
Я был с ним полностью согласен. Судя по отличительным знакам, группа Коллуса входила в состав клана Волков Курона, не раз отличившегося в сражениях с орками. Не так давно им удалось захватить крепость на левобережье, которую они удерживали и по сей день. Лихие рубаки, которым не откажешь ни в смелости, ни в дерзости. Но даже на солнце бывают пятна. А клан Волков Курона никогда не отличался разборчивостью в средствах и славился своей жестокостью по отношению к противникам. Можно сказать, к своей цели они шли по трупам, прием не только вражеским. Волков частенько уличали в нечестной игре. Многие Звездные жаловались на беспредел, творимый представителями этого клана, но им все сходило с рук. Не зря, видать, говорили, что у Волков очень влиятельные покровители.
Связываться с ними — себе дороже. А пройти мимо — значит, вступить в конфликт с собственной совестью. Кареока в свое время не смогла, да и я не собирался…
Волки тем временем окружили незнакомца. Он не мог убежать, не мог уйти в Междумирье. Да, впрочем, даже и не пытался. Проводив взглядом исчезнувший за поворотом головной отряд Волков Курона, он резко протянул руку к горлу стоявшего перед ним воина. Оттянувшийся рукав плаща обнажил причудливый браслет, похожий на продолговатую коробочку на тыльной стороне запястья. Раздался щелчок, и из «коробочки» ударил острый шип, пронзивший горло противника.
— Ах, ты, му…к! — заревел Коллус и, спрыгнув на землю, обнажил меч.
На незнакомца тут же сзади навалился следующий противник, одной рукой обвил его горло, а другой перехватил руку с разящим шипом. Третий Волк двинул незнакомца ногой в живот, а потом еще добавил мощным ударом закованного в латную перчатку кулака в челюсть.
— Куда?! — зашипел Альгой, когда я сорвался с места, активируя миниатюрный арбалет. Для того чтобы выстрелить, мне пришлось остановиться и прицелиться. Обработанный Дыханием Свейна дротик угодил в незащищенное бедро воина, спеленавшего незнакомца со спины. Яд подействовал: Волк застыл и ослабил хватку. Но еще за мгновение до этого с незнакомцем стали происходить удивительные перемены. Сначала исчез плащ, потом простая рубаха сменилась легким, но даже на вид прочным кожаным доспехом, появились тонкой работы наголенники, наплечники, налокотники, удобные сапожки вместо истоптанных старых башмаков, маска… Незнакомец быстро сменил экипировку, представ перед Волками в образе адепта Темного Братства.
— Син, мать его! — хищно оскалился Коллус. Преображение «старого знакомого» его не очень обрадовало.
Вырвавшись из захвата, наемный убийца ударил выкидным стилетом в живот своего недавнего обидчика и тут же вошел в режим невидимости.
Опешили все, и я в том числе, потому как остался один на один против пятерых Волков.
— Осторожно, мокрушник ушел в стелс, но он все еще где-то рядом! — закричал Коллус, а потом уставился на меня.
— А ты еще кто такой?!
Мой ответ его, видимо, не интересовал. Размахнувшись, он тут же нанес удар мечом. Я активировал Рывок, сместившись вправо, а потом выстрелил в противника из арбалета. Дротик угодил Коллусу в щеку, но яд почему-то не подействовал.
— Вешайся, сучонок! — зарычал воин, выдернул дротик из щеки и бросил его мне под ноги. Рана тут же заросла плотью. Он резко выбросил вперед левую руку, и меня отшвырнуло назад Телекинетическим ударом, попутно сняв три сотни хитов. Могло бы быть и хуже, но кольчужка Анриэль погасила большую часть урона.
Однако радоваться я не спешил. Коллус вырос надо мной ангелом возмездия, вскинул меч, сжатый обеими руками, и хотел было пригвоздить к земле, но не успел. Неожиданно в его груди образовалось небольшое отверстие, брызнула кровь. И лишь потом материализовалось острие тонкого стилета и стоявший позади Колусса адепт Черного Братства.
Тело дерзкого Волка повалилось прямо на меня, но я успел откатиться в сторону, прежде чем меня придавила закованная в броню туша.
А убийца снова исчез… Вернее, он переместился в одну сторону, уходя от рубящего удара разъяренного Волка, решившего отомстить за смерть своего товарища, потом в другую, оказавшись за спиной промахнувшегося воина. Словно росчерк пера по горлу противника прошелся острый стилет, оставив глубокую смертельную рану.
Четыре удара, три крита…
И снова син исчез из виду, как и не бывало.
