Я очень надеюсь, что она не беременна, и очень надеюсь, что это всего лишь слухи. Если подумать, она пропустила несколько дней за последние пару недель.
Только когда я вижу, как она идет домой с очень мрачным видом, я понимаю, что слухи верны.
Элоиза: Согласно школьным сплетням, Шеннон беременна.
Айзек: Черт.
Элоиза: Ты собираешься рассказать своему отцу?
Айзек: Не думаю, что мне придется.
Элоиза: Я все еще зла на тебя.
Айзек: Позже я заглажу свою вину перед тобой.
Элоиза: Я не смогу прийти сегодня вечером. Я работаю, и папа сегодня возвращается из Йорка.
Он не отвечает, и до конца дня я больше ему не пишу.
Айзек
Это черный день для всех, когда в середине апреля правда выплывает наружу. Моему отцу пришлось уволить одного из своих любимых сотрудников, а полиция допросила весь преподавательский состав, включая меня.
Я был таким параноиком, но, опять же, таким был и весь персонал. Никто не мог в это поверить. Единственная причина, по которой они поверили в это сейчас — это то, что Шеннон определенно беременна. Из-за отсутствия поддержки со стороны Диплока она сама рассказала школьному совету, продемонстрировав доказательства их романа.
О нашей школе писали во всех газетах, и Элоиза сама не своя. Как и я.
Это ужасно.
То же самое произойдет и с нами.
Шеннон окрестили шлюхой-разрушительницей семьи, а Стюарта лишили лицензии на преподавание, пока они не закончат расследование. Жена выгнала его, и никто в городе не хочет брать его на работу, потому что все возмущены его поведением.
Не могу перестать прокручивать это в голове, пока ем свою еду в тишине. На вкус она напоминает пепел. Мой папа и Элли делают то же самое, все мы сидим за столом. Мама уже поела и смотрит телевизор. В данный момент это все, чем она занимается. Она раздражается из-за всего остального.
Мы с Элли время от времени обмениваемся взглядами, ее глаза полны беспокойства за меня и моего отца, который выглядит измученным.
Нам пришлось сократить время, которое мы проводили тайком. В следующем месяце у нее экзамены, и затем она заканчивает школу. Наше время вместе ограничено. Так чертовски ограничено. Я не знаю, что мы будем делать, когда она в действительности уедет.
Мне приходится проводить все больше и больше времени дома из-за довольно серьезного ухудшения состояния моей матери. Я не хочу упускать ее хорошие дни, даже если у меня разрывается сердце, когда я вижу, как с каждым днем она сильно меняется.
Элли доедает свою еду и быстро ставит тарелку в раковину.
— Родители звонят мне каждую секунду каждого дня, — тихо говорит папа, его голос грустный и усталый. — Они боятся за своих детей.
Я морщусь и снова смотрю на Элли. Мой папа не замечает, с какой тоской я на нее смотрю. Нам действительно придется расстаться на некоторое время. Если полиция продолжит расследование, они могут заняться и остальными из нас. Все, что потребуется — это один слух, и я присоединюсь к Диплоку.
К счастью, думаю, Элли понимает. Она так же напугана, как и я.
— Я люблю тебя. — Я произношу эти слова одними губами, когда она снова ловит мой взгляд. Она улыбается и произносит их в ответ.
Кончики ее пальцев нежно касаются моего плеча, когда она проходит мимо меня и направляется в комнату, чтобы посидеть с моей мамой и Сюзанной, которую она теперь ненавидит, но с которой всегда ведет себя любезно.
Не уверен, что Сюзанна особо любит Элли, но я не знаю почему.
— Ты хорошо подготовилась к экзаменам? — Спрашивает моя мама у Элли, и та качает головой. — Почему нет?
— Я учусь и занимаюсь дополнительно. Большая часть моих работ выполнена, но… — Элли переводит взгляд на меня. — Я очень нервничаю.
— У тебя все получится. — Мой папа мягко улыбается Элли. — Знаю, что на тебя оказывают большое давление, чтобы ты получала желаемые оценки, но у тебя все будет отлично. Ты уже начала искать жилье?
Она кивает.
— Примерно в полумиле от кампуса есть общежитие для студентов. Оно больше похоже на многоквартирный дом. — Какого черта? Почему она не рассказала мне, что подыскала себе жилье? Она что, забыла, что я прожил в Кембридже пять лет? — Это чудесно. — И на этом мое хорошее настроение улетучивается.
— У кого-то вдруг стал кислый вид, — комментирует Сюзанна, приподняв бровь.
Теперь я жалею, что она не уволилась.
— Он просто завидует, потому что сам хотел поступить в Кембридж. — Папа смеется и хлопает меня по плечу.
Нет, я ревную, потому что она будет в чертовом здании, полном парней, и, вероятно, безумных вечеринок. Я помню университетское время.
У меня ужасное чувство, что я прохожу через все это и в конце концов просто потеряю ее из-за какого-то университетского придурка с трастовым фондом.
— Я отправлю открытки и фотографии, — шутит Элли, но я вижу беспокойство в ее глазах. — Я собираюсь помыть посуду перед уходом.
— Я займусь этим. — Я встаю, но она качает головой.
— Я справлюсь.
Теперь, когда она настояла, я ничего не могу поделать, поэтому я благодарю ее. Если я буду раздувать из мухи слона, мой папа удивится, почему.
