Эмотикон Леры после только что прочитанного (> x
Лера сильно огорчена и в данную секунду ненавидит себя за поспешно принятое решение купить монопод. Что ж, придётся ей работать с тем, что есть, поскольку на возвращение селфи-палки обратно в магазин или придумывание очередной логичной байки для отца (под названием «
Спустя несколько минут Лера едет на заднем сиденье такси, размышляя о предстоящем ей селфи с одним из самых опасных животных планеты. Поскольку ехать Лере до пункта назначения около получаса, она решает провести быструю дефрагментацию83 кластеров своей памяти, чтобы увеличить скорость доступа к самым необходимым ей в данный момент воспоминаниям. Но в самом разгаре этого процесса, укоряя себя за выполнение совершенно нелогичных и целиком неуспешных транзакций в своей жизни, Лера начинает впадать в состояние, идеально описанное хэштегом #
Перед центральным входом зоопарка толпится неожиданно много народа для 11 часов утра пятницы. Очередь в кассы двигается медленно, но Лере платить за билет не нужно, поскольку она ещё не достигла совершеннолетия, несмотря на то, что давно уже делает откровенные фотосессии в стиле ню, которые даже ленивый может с лёгкостью найти в Интернете. Только Леру он там вряд ли узнает, поскольку на её страничке в соцсети, где она с завидным постоянством выкладывает свои «шедевры» под ником Rainy Girl, Лера чаще всего изображена в промежутке от подбородка до небольших углублений под коленями. Включительно.
Лера нагло проталкивается сквозь гущу разнокалиберного народа, прямиком направляясь к смотрящему будто бы сквозь толпу широколобому охраннику, преграждающему путь на территорию зоопарка. И только сейчас замечает расклеенные повсюду объявления с перечёркнутым косой чертой нечётким изображением практически точной копии селфи-палки, ничего не подозревающей о грозящей ей опасности и преспокойно лежащей на самом видном месте в Лериной сумочке.
Объявления гласят:
«
Чуть ниже жирным курсивом и по правому краю:
«
Эмотикон Леры сейчас D-:
Неужели она зря выпрашивала у отца деньги на монопод? Неужели ей придётся возвращаться домой не солоно хлебавши? Неужели вместо этой чёртовой селфи-палки всё же стоило купить селфи-туфли? Хотя если подумать, то на месте монопода в объявлении могли быть и они.
«Ну уш нет, – думает Лера, – ат сваево я не атступлю».
Не доходя до охранника несколько шагов, она делает резкий разворот на 180 градусов и поспешно удаляется на безопасное расстояние. В принципе, спрятать от охранника монопод не так уж сложно (как будто у Леры мало мест, где охранник его найти не сможет), но как незаметно пройти с ним через рамку металлодетектора? Нужно срочно что-то придумать. Только вот что?
Эмотикон Леры сейчас :-|
Если бы Лера не пропускала занятия в школе и уделяла побольше внимания такому полезному предмету, как физика, то, несомненно, догадалась бы, что через металлодетектор можно пронести, к примеру, кусок цветного металла. Для этого нужно всего лишь положить рядом с ним небольшой кусок железа такого же размера, так, чтобы вытеснение магнитных силовых линий из куска цветмета компенсировалось притяжением силовых линий к куску железа. Например, блок питания системника позволяет пронести 3—4 девятимиллиметровых патрона. К сожалению, Лера не сильна в физике, к тому же блока питания компьютера или чего-нибудь подобного у неё под рукой нет. Зато есть любимый смартфон, в котором живёт Великий и Могучий Интернет! Только и он Лере не помог. Полчаса, убитые на различные форумы и чаты, так и не дали ей ответов на вопросы, которые её мучили. Зато в процессе поглощения с различных сайтов избыточной для Леры информации в её голову пришла одна неплохая идея, для осуществления которой ей всего лишь необходимы близлежащие густые кусты и обыкновенное везение.
В кустах Лера проводит не более пяти минут. Заодно успевает выкурить ванильную сигарету, поскольку курение на территории зоопарка запрещено, и залпом выпить банку энергетика, поскольку её уже начинает клонить в сон. И вот она уже снова стоит перед широколобым охранником, с улыбкой невинного ребёнка предъявляя ему свой паспорт. Охранник внимательно сканирует Лерино лицо и на всякий случай помещает его изображение в буфер своей памяти. Судя по телосложению охранника, выдающему в нём заядлого бодибилдера, объём его буферной памяти должен быть сравнительно небольшого размера, поэтому у Леры есть все шансы оказаться незамеченной при повторной с ним встрече, что, несомненно, должно её радовать. Но радоваться пока ещё рано, ведь впереди – самое сложное. Лера выкладывает из карманов на столик, стоящий рядом с металлодетектором, свои ключи от дома, початую пачку ванильных сигарет, жвачку, сдачу таксиста, смартфон и, шумно выдохнув, проходит через рамку. Тотчас одновременно со световой срабатывает звуковая индикация металлоискателя. Сигнал тревоги заставляет Леру резко вздрогнуть. Не в силах сдвинуться с места, она стоит как вкопанная и безвольно ждёт своей участи.
Эмотикон Леры сейчас (> x
Широколобый охранник с грозным видом досконально оглядывает Леру с головы до ног. Его глаза напоминают Лере рентгеновский аппарат, который стоит в кабинете её тёти и с помощью которого она вчера делала своё триумфальное селфи. Охранник не обращает внимание на Лерину сумочку, зато подозрительно смотрит в область её паха, будто бы он действительно видит насквозь. Лере невдомёк, что виной тому вовсе не телепатические способности охранника, а световая индикация, расположенная по бокам панели металлодетектора, указывающая именно на ту область обнаружения, где Лера спрятала монопод. Прежде чем охранник начнёт что-либо предпринимать, Лера решает прикинуться «валенком» и без ложной скромности заявляет, что у неё в самом интимном месте пирсинг, и, для большей убедительности, густо краснеет. Последнее даётся ей особенно непросто. Так или иначе, Лере удаётся не только обмануть охранника, но и смутить его. Таким вот образом Лера попадает в зоопарк, пронеся монопод в широкой матне джинсов-афгани, которые она, по счастливой случайности, надела утром.
Лера долго бесцельно бродит по территории зоопарка в поисках самого злобного и опасного животного, с которым она могла бы сделать селфи. Но пока ей попадаются лишь парнокопытные, птицы и вообще до безобразия безобидные твари. А ещё на каждом шагу объявления о запрете курения, распития спиртных напитков, кормления животных и использования монопода во время селфи. Но больше всего ей запомнился флайер, который возле биотуалета ей вручил парень в белой фирменной футболке с зелёной надписью «Greenpeace». Помимо изображения дико симпатичного, но весьма грустного львёнка, выглядывающего из-за прутьев клетки, в которую он посажен, флайер содержит текст следующего содержания:
«
На вид львёнку всего лишь несколько месяцев, но уже сейчас по величественному и сосредоточенному выражению его морды видно, что он вырастет большим и грозным хищником, настоящим Царём Зверей. Только не на воле в прайде, владения которого простираются на десятки квадратных километров, а в зоопарке, в тесной малогабаритной клетке (ну, в лучшем случае в открытом вольере), изо дня в день постепенно превращаясь из могучего Льва в унылого и скучающего льва с маленькой буквы. Он будет вынужденно терпеть сотни людей в день, постоянно тыкающих в его сторону пальцами, сюсюкающе подзывающих его «кис-кис-кис» и делающих на его фоне селфи. А ещё эти ежедневные унизительные мясные подачки и прилюдное спаривание с львицей на потеху зевакам… Сам человек вряд ли хотел бы, чтобы так с ним поступили. Так почему он позволяет себе мучить своих меньших братьев? Хотя Леру это не особо волнует, ведь в зоопарк она пришла не посочувствовать беде содержащихся в плену зверей и не полюбоваться их сломленной волей и запертыми в клетках надеждами. Она преследует лишь свои корыстные цели. Да и животных она не особо любит. Правда, был в её детстве один случай…
Благодаря недавно совершённой дефрагментации памяти Лера вспоминает, что в глубоком детстве родители подарили ей на день рождения живого котёнка, британца. Некоторое время Лера даже считала этот день лучшим в своей жизни. С котёнком она быстро подружилась и сильно к нему привязалась. Освоила все прелести заботы о нём: выгуливала его, давала ему корм и поила молоком, даже сама убирала лоток. Как же Лера его назвала? Кажется, R2-D2 или C-3PO85… И что с ним случилось? Она уже и не помнит. Этот участок памяти Леры похож на изрядно поцарапанную дорожку оптического диска, и данные с него считываются очень плохо.
С большим трудом, но Лере удаётся считать с диска нужную информацию. Похоже, её котёнку нужно было поставить какие-то прививки, но родители были постоянно заняты на работе и забыли это сделать. Поначалу всё было нормально, но однажды после очередной прогулки с котёнком Лера заметила, что он стал каким-то вялым, сонливым. Ни во что не играл, плохо кушал и, казалось, был безразличен ко всему. Родители сказали Лере, что такое с котятами часто случается, и не стали из-за пустяков обращаться к ветеринару. Но по прошествии нескольких дней состояние котёнка не улучшилось. Наоборот, у него началась рвота и он стал стремительно терять в весе. Лера всячески пыталась облегчить страдания своего маленького друга: пела ему песенки, чесала за ушком, не отходила от него ни на секунду несколько дней подряд, обнимала его и гладила по ласковой мягкой шёрстке. Но котёнок не выздоравливал. С каждым днём он всё больше угасал, отчего настроение у Леры было ниже минус 128,6 градуса по Фаренгейту86. А однажды утром она обнаружила его мёртвым.
До этого Лера со смертью никогда не сталкивалась. Родители не удосужились объяснить ей, что это такое и почему это происходит. Поэтому она поначалу подумала, что котёнок просто крепко спит, и попыталась его разбудить, но его окоченевшее тельце не поддавалось на её уговоры открыть глазки и сказать ей «доброе утро» по-кошачьи. Когда родители увидели, что она ходит по дому в обнимку с трупиком котёнка, у них чуть не случился кардиогенный шок. Пришлось им солгать дочери, что душа котёнка улетела на небо и что там ему хорошо, даже, может быть, лучше, чем здесь, на земле. Так Лера впервые узнала, что представляют собой вера и смерть. В её сознании они закрепились на соседних друг с другом местах, словно неразлучные друзья-побратимы. Став старше, Лера поняла, что мысль о смерти не создаёт религию, так же, как вера помогает человеку не только выжить, но и достойно уйти из жизни, когда придёт его время. Но тогда она была ещё совсем маленькой, поэтому философская сторона этого вопроса её нисколько не интересовала.
Похоронив своего друга, она плакала несколько дней напролёт, забыв о естественных человеческих потребностях, таких, как еда и сон. Родители Леры были не на шутку встревожены депрессивным состоянием дочери, поэтому решили купить ей внеочередной подарок – кота-робота (внешне – почти точная копия настоящего живого кота из плоти и крови). Нового живого котёнка Лера вряд ли смогла бы тогда полюбить. Слишком глубока и свежа ещё была нанесённая ей рана. А электромеханический котёнок обязательно должен ей понравиться (рассуждали родители). По крайней мере, он не умрёт, да и ухаживать за ним особо не нужно. А если перестанет работать, достаточно только заменить батарейки. И всё.
Они думали, что так для Леры будет лучше, но в очередной раз ошиблись.
Однажды утром этот котёнок-робот, управляемый с помощью микропроцессоров и сенсорных датчиков, встретил проснувшуюся Леру радостным мяуканьем. Его озорные глазки светились голубым цветом (сигнал, что с ним нужно поиграть), а всё остальное тельце, выполненное из экологически безвредного пластика, было сделано таким образом, чтобы максимально точно передать настроение «живой» игрушки. Поначалу Леру забавлял этот интерактивный симулятор плоти и крови, но, как и любая безделушка, он быстро ей наскучил, поскольку его слишком предсказуемое поведение и чересчур частое имитирование проявления дружественных чувств её стало раздражать до такой степени, что однажды она, рассердившись, выкинула его из окна. Возможно, Лере показалось, что этот робот всеми силами пытается заменить в её сердце место недавно умершего котёнка. Возможно, ей просто было необходимо прижать к себе мягкий пушистый комочек, почувствовать его тепло и услышать до боли знакомое мурлыканье, а вместо этого она получила кусок холодного пластика, издающий бездушные звуки, точно такие, какие издаёт R2-D2 из «Звёздных войн». Где этот кот сейчас, спросите вы? Наверняка пылится где-нибудь на антресолях. Или улетел на небо и попал в рай для котов-роботов (если, конечно, такой вообще существует).
Эмотиконы Леры сейчас :-C и:_ (
Все эти воспоминания вызывают у неё лишь негативные эмоции и приносят боль (а сейчас совершенно нет времени на сентиментальности), поэтому Лера решает собственноручно сделать глубокую царапину на том участке оптического диска её памяти, где они хранятся. Глубокую настолько, чтобы уже невозможно было ничего восстановить. Лера уже заносит над диском воображаемую руку с длинными и очень острыми ногтями, когда решает в последний раз посмотреть на образ живого котёнка из её детства. Чем-то он напоминает ей изображение грустного львёнка с флайера.
«Интересна, – думает Лера, – ево мама-львица скучает па ниму так же, как я скучаю по сваиму катёнку?»
Стоп!
Флайер падает из рук Леры и отправляется в свободный полёт. Рука с заострёнными ногтями непроизвольно опускается вниз. Неожиданно простая и ясная мысль, словно вспышки молний во время летней грозы, озаряет небосвод Лериного сознания. А не это ли имелось в виду в присланной Лере подсказке от создателей турнира на лучшего селфиста? Ведь любая мать, защищая своё дитя, становится смертельно опасной. А уж если одно из самых опасных животных планеты становится матерью, то оно опасно вдвойне. Всё, что Лере нужно, так это найти в зоопарке львицу с львятами и сделать так, чтобы у неё сработал материнский инстинкт. Остальное – дело техники. А именно – монопода с прикреплённым к нему смартфоном. Лера уже видит в своих мечтах, как её селфи с взбешённой матерью львят превращается в настоящую бомбу в Интернете и она, заработав кучу лайков, становится победителем турнира. В этот момент Лера меньше всего думает о своей безопасности. Она не понимает, что со львами, а уж тем более с львицами, защищающими своё потомство, – шутки плохи. Мало ли было случаев, когда человек жестоко платил за то, что стоял слишком близко к львиной клетке.
Итак, Лере срочно требуется найти вольер со львами. Ей в помощь – план-схема зоопарка, стенды с которым стоят буквально на каждом углу. Лера разглядывает ближайший к ней стенд, игнорируя предупреждающие надписи администрации, начертанные на нём прописными буквами. Здесь запреты на любой вкус: не кормите, не дразните, не трогайте и не пугайте животных; не заходите за барьеры и ограждения; не отпускайте от себя детей; не ходите по газонам; не прислоняйтесь к помещениям животных; не делайте с животными селфи…
И т. д., и т. п.
Несмотря на то, что информационная энтропия данного текста довольно низкая, чему причиной является частица «не», уменьшающая неопределенность своего появления практически вдвое, прочитать его Лере всё же стоило. Как говорится, предупреждён – значит вооружён! Но Лера на схеме тщательно выискивает глазами вольер для львов и всецело поглощена мыслями о предстоящем селфи, поэтому текст находится вне её зоны ясного видения. Не проходит и 9192631770 периодов излучения, соответствующего переходу между уровнями основного состояния атома цезия-13387, как эмотикон Леры становится :-), потому что её поиски наконец увенчались успехом. Оказывается, то, что она ищет, находится совсем рядом, рукой подать – метров сто или двести. Лера, решительно взмахнув своими насыщенными эумеланином волосами, скрученными в пучок, направляется к указанному в схеме открытому вольеру со львами.
Погружённая в свои мысли, она не сразу обращает внимание на толпу зевак, стоящих возле таблички с надписью «
Лере действительно повезло. Львица рожает детёнышей примерно один раз в два года, несмотря на то, что львы спариваются в среднем 672 раза в неделю. А если речь идёт о редких азиатских львах – это настоящий праздник и очень важное событие для всего сообщества зоологов. Наверняка с минуты на минуту сюда прибудет толпа журналистов и, быть может, даже не одна съёмочная группа. Выгадывать момент уже нет времени – нужно брать удачу за хвост и быка за рога, а точнее, львицу на прицел фотокамеры смартфона. Но как это сделать? Ведь подобраться к львице не так-то просто. Помимо большого скопления народа, тщательно следящего за развитием событий, а также свободно гуляющего по вольеру Самсона, Леру от победы в этом этапе турнира отделяет четырёхметровый ров с водой, над которым установлен электропастух – система кабелей, которые, если до них дотронуться, бьют током. Несильно, но неприятно.
Эмотикон Леры сейчас :-|
Как она ни старается, ей сложно трезво оценить ситуацию, тем более находясь в одном шаге от упоительного чувства победы в этом этапе селфи-турнира. Но расслабляться рано, ведь впереди – самое сложное. Лера оценивающим взглядом измеряет ров с водой. Судя по всему, он не очень глубокий, так что даже утонуть в нём по-человечески нельзя, и в то же время воды в нём предостаточно, что, несомненно, должно смягчить случайное (или намеренное) в него падение.
Облокотившись на металлические перила, слегка сдерживающие неуёмный пыл любителей адреналина, Лера наклоняет голову вниз и внимательно рассматривает три параллельных ряда кабелей, на которые непрерывно подаются импульсы высокого напряжения. Ей не хочется получить «заряд бодрости» от этой штуковины, но ещё меньше она желает встретиться один на один с Самсоном, который в этот момент, подперев голову лапами, вальяжно медитирует в глубине вольера в некоем подобии беседки. Вид у него довольно сонный, что, в принципе, и неудивительно, ведь период наибольшей активности львов – ночь. Этот факт даёт Лере шанс попытаться пробраться мимо него к пещере, где рожает львица, незаметно. И здесь везение её не подводит, поскольку как раз приходит время кормёжки. Почуяв возбуждающий запах мяса, лев мгновенно срывается с места и прямиком бежит к загону, где его уже дожидается аппетитная туша мертворождённого жирафёнка.
«Сичас или никакда», – думает Лера, достаёт из сумки очередную банку энергетика и залпом выпивает её для храбрости.
Она внимательно смотрит по сторонам. Охраны зоопарка поблизости нет, а прохожие, совершающие броуновское движение от биотуалетов в сторону уютно расположившейся неподалёку кафешки и обратно, ей не помеха. Как, впрочем, и толпа зевак, после ухода льва уже не так активно следящих за событиями в вольере. Не обнаружив поблизости урны, Лера бросает пустую банку обратно в сумку, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, и, немного подумав, кладёт туда же свой любимый смартфон. К этому времени зеваки практически полностью отвернулись от вольера, о чём-то оживлённо беседуя и продолжая тыкать пальцами на этот раз уже в сенсорные панели своих гаджетов. Лишь один маленький мальчик, на вид лет трёх или четырёх, в отличие от его родителей, не смотрит в светящийся «экран смерти» (такое прозвище однажды дала планшету Лерина бабушка), хотя из кармана его джинсовой куртки торчит уголок маленького оранжевого плейпада. Мальчик с тоской смотрит в ту сторону, куда удалился лев, явно огорчившись, что «большая киска» так быстро ушла на обед, даже не попрощавшись. Лера машет мальчугану рукой и игриво подмигивает. Заметив, что на него обратили внимание, паренёк, зардевшись, на мгновение расплывается в улыбке, машет своей ручкой ей в ответ и передаёт воздушный поцелуй. А потом снова продолжает с тоской смотреть в пустой вольер.
Эмотикон Леры тоже сейчас :-(
Просто мальчуган напомнил ей младшего брата Борю, разбившегося на машине почти 8 лет назад. В тот злополучный сентябрьский день отец забрал его из бассейна и вёз домой, усадив в детское кресло на переднее сиденье. Желания постоянно обращать внимание на сына, зная, что в любой момент он может нашкодить, у него не было, но очень своевременно на помощь пришли снимающие камень с души слова рекламы: «
Неожиданно Лера обнаруживает, что её эмотикон сейчас:_ (
Что было дальше, Лера помнить не хочет. Но забыть, к сожалению, тоже не может. После смерти Бориса в их семье всё пошло наперекосяк. Похоронив сына, отец и мать Леры стали похожи на ходячих мертвецов из одноимённого сериала. Словно битые кластеры, тени самих себя, равнодушные к естественным потребностям своей дочери, они бесцельно бродили по дому, не находя угла преткновения. Если бы не Лерина бабушка (по материнской линии), которая, понимая всю сложность сложившейся ситуации, не забрала на время внучку к себе домой, Лера рано или поздно наверняка попала бы в больницу с диагнозом «кахексия88». В бабушкиной квартире Лере, конечно, было хорошо, но всё же по родителям она очень скучала. Бабушка это понимала, но решила до поры до времени оградить внучку от горя, заживо поедающего её отца и мать. Как только Лера начинала собираться домой, она всегда находила предлог, чтобы внучка осталась. Мало ли чем можно занять ребёнка. А уж Лерина бабушка на этот счёт большая затейница! И Лера не могла просто так от неё уйти, поскольку не находила веских аргументов в пользу родителей.
Но, проведя почти два месяца без отца и матери и вдоволь наевшись «завтраками» бабушки о скором возвращении домой, Лера всё же решила совершить побег. Она дождалась выходного дня, когда бабушка была занята на кухне созданием очередного кулинарного шедевра под названием «ешь, внученька, пока не остыло, а про дорогу домой забудь», на цыпочках прокралась мимо кухни в прихожую и, стараясь как можно меньше шуметь, оделась. На улице было холодно, поэтому пришлось окуклиться потеплее. Напоследок достала из кармана бабушкиного пальто несколько измятых сотен и, тихонько приоткрыв входную дверь, выскользнула наружу. До дома добралась на маршрутке с двумя пересадками. С остановки бежала домой вприпрыжку, представляя, как родители обнимают и целуют её, говорят, что безумно по ней скучали всё это время.
Каково же было удивление и одновременно с этим огорчение Леры, когда открывшая ей дверь мать даже не посмотрела на неё, поскольку её взгляд был прикован к экрану того самого планшета, который стал невольным виновником гибели Бори. Мать Леры, точно Мадонна89, сошедшая с полотна Мунка и обрётшая плоть, не сказав ни слова, развернулась к дочери спиной и медленно поплелась в спальню, будто Лера вовсе не отсутствовала дома почти два месяца, а всего лишь на пять минут убегала в булочную. Отец, привычно сгорбившись в три погибели за компьютером в гостиной (Лере показалось, что в таком положении он провёл не менее суток), был ещё более зомбиподобным, чем мать. Он даже не повернулся в её сторону, когда она позвала его по имени и похлопала рукой по плечу.
Эмотикон Леры в то время (x (x_ (x_x (О_о) x_x) _x) x)
Казалось, возвращение дочери должно мгновенно вырвать родителей Леры из виртуального плена, но они почему-то, напротив, ещё глубже погрузились в него, забыв о том, что их по-прежнему живая дочка нуждалась в живых и любящих родителях, а не планшетных наркоманах. Хотя с течением времени всё стало по-прежнему. Вроде бы даже отношения с родителями у Леры стали налаживаться и все обиды, словно куски слипшейся каменной соли, постепенно растворились в кастрюле вялотекущих будней, но некий осадок, напоминающий грязный речной песок с примесью ила и глины, с тех пор в душе Леры всё же остался.
На этот раз Лера не пытается избавиться от череды этих, пускай даже не очень приятных воспоминаний. Наоборот, она бережно закатывает их в некое подобие консервных банок и, открыв дверцу морозильника в самом дальнем и тёмном углу своего подсознания, быстро расставляет их по полочкам. Консервированием воспоминаний без стерилизации с помощью метода шоковой заморозки она занимается уже давно, поэтому знает, что нельзя допускать в этом процессе ни малейшего промедления. Ведь, согласитесь, как приятно бывает, греясь у символического камина фрустрированным зимним вечером, достать из морозильной камеры заветную баночку с тёплыми воспоминаниями о лете. Или, находясь временно без спутника жизни, с громким пшиком вскрыть малосольные воспоминания о своей первой влюблённости. Или, как в случае с Лерой, для пробуждения негативных эмоций в нужный момент просто достать из морозильника воспоминания о планшете погибшего брата.
Эмотикон Леры сейчас D-:
Лера неотрывно смотрит на уголок плейпада, торчащего из кармана мальчика, по-прежнему тоскующего возле ограждения вольера, и чувствует, как гнев начинает быстро подниматься по воображаемой шкале, словно ртуть в градуснике, опущенном в кипящую воду. Лера решительно подходит к мальчишке вплотную, указывает пальцем на плейпад и, слегка нагнувшись, произносит:
– Если хочешь жить по-настоящему, малой, держись подальше от этой штуки.
С этими словами Лера вынимает из кармана джинсовой куртки мальчика плейпад и со всего маха бросает его в ров с водой. Она не знает, спасает ли этим поступком этому забавному мальчугану жизнь, на время избавив его от «экрана смерти», но знает точно – завтра же ему купят другой, а потом ещё, и ещё, и ещё. Постепенно плейпады, планшеты и им подобные заменят ему домашних животных, друзей и даже родителей. Целыми днями напролёт он будет смотреть в этот экран и постепенно становиться зомбиподобным. А когда экрана не будет поблизости, его начнёт ломать, словно наркомана.
Лера понимает, что малыш может в любую секунду расплакаться и позвать на помощь своих родителей, стоящих поблизости. В конце концов, она лишила его самой желанной игрушки поколения Next. Морально готовая ко всему, Лера ожидает со стороны мальчика любой негативной реакции, но, как это ни странно, мальчишка отнюдь не выглядит огорчённым. Наоборот, он с любопытством смотрит на тонущий в воде плейпад и улыбается. Кажется, Лера ненароком совершила доброе дело. Теперь можно и о себе подумать.
В очередной раз подмигнув мальчику, Лера, размахнувшись что есть силы, перекидывает свою сумку через каменное ограждение с перилами, оберегающее посетителей зоопарка от возможного несчастного случая. Сумка, брошенная по баллистической траектории, с лёгкостью преодолевает четырёхметровый ров и приземляется на лужайку вольера. Мальчишка хлопает в ладоши и улыбается Лере. Он ещё не догадывается, что сейчас увидит самое захватывающее зрелище, какое ему только доводилось видеть в зоопарке.
Лера бесстрашно перелезает через перила и встаёт на самый краешек рва, дно которого, согретое лучами полуденного солнца, словно усыпано сотнями тысяч чешуек золотых рыбок. Ей вдруг так захотелось потрогать эти чешуйки, что она, забыв про электропастуха, чуть не сделала роковой шаг вперёд. Что ж, придётся прыгать с места и желательно как можно дальше, чтобы ненароком не задеть эти злосчастные кабели. В момент, когда стопы Леры отрываются от каменной ограды, она вытягивается в воздухе, как струна, затем сгибает ноги и подтягивает их к груди, как это делают спортсмены, но вывести стопы вперёд не успевает. Неожиданно в алгоритме полёта Леры происходит какой-то сбой, и она камнем падает вниз, скоропостижно закончив фазу своего прыжка в воде. Наглотаться воды она не успевает, поскольку ров не заполнен и наполовину, зато больно ударяется копчиком о его дно.
«Щас все навирника начнут вапить и звать на помащь», – предполагает Лера, выбираясь на сушу по пологому склону, выложенному натуральным камнем, и оставляя позади себя мокрые следы кед.
Прыжок Леры заставляет толпу зевак подбежать к перилам ограждения и, раскрыв от удивления рты, показывать в её сторону пальцами. Но, вопреки её ожиданиям, люди и не думают никого звать. Вместо этого они, восторженно переглянувшись, достают камеры, фотоаппараты, планшеты, смартфоны… В общем, всё то, что помогает запечатлеть интересный момент. Интересно, а что было бы, если бы на месте этих людей были родители Леры? Неужели они не бросились бы к ней на выручку, а продолжали бы снимать видео, думая в тот момент лишь о том, сколько просмотров в «Ютьюбе» соберёт этот ролик? Лере не хочется думать об этом, и она старается отогнать от себя эту назойливую мысль. Но та, словно бумеранг, возвращается к ней снова и снова. Не обращая внимания на междометия, которые выкрикивает толпа позади, Лера быстро подскакивает к своей сумке, достаёт оттуда монопод и смартфон, вешает сумку на плечо и, крадучись, направляется через вольер к пещере, где должна рожать львица. Возможно, план Леры во всех отношениях неплох и ей удастся, избежав смертельной встречи со львом, незаметно подобраться к львице и даже сделать с ней селфи. Вот только о том, каким образом она сможет вернуться назад, Лера не подумала. Да это ей и неважно. Главное для неё – успеть выложить фотку на сайт турнира (до того, как лев оставит на теле Леры следы своего жутко правильного прикуса).
За беседкой, где ещё недавно лежал лев Самсон, Лера останавливается, чтобы осмотреться и перевести дух. Половина вольера пройдена, а главу львиного прайда пока не видно и не слышно. Но значит ли это, что ей нечего опасаться? Пещера с львицей совсем рядом – с полсотни шагов, а то и меньше. Лере даже кажется, что она слышит тяжёлое прерывистое дыхание роженицы. Или это довольное урчание в желудке льва Самсона, почуявшего её и решившего, что ему будет не лишним отведать десерт, тем более что десерт по собственной воле лезет к нему в пасть. Лера не обращает внимание на игры своего разума и пытается сконцентрироваться лишь на одной проблеме – селфи. Словно воскресив в памяти всё, чему её учили на практических занятиях ОБЖ по сборке АК-74, Лера со скоростью пули присоединяет смартфон к держателю монопода, спускает курок фотокамеры смартфона с боевого взвода, ставит его на предохранитель и, наконец, приводит ствол монопода в полную боевую готовность.
Эмотикон Леры сейчас}:->
Низко пригнувшись и стараясь двигаться бесшумно, она огибает густые заросли кустарника и прячется за стволом дерева, напоминающего слегка деформированный трезубец Посейдона. Осталось сделать всего лишь несколько шагов, и Лера – у цели. Но она почему-то не торопится. Осторожничает. Не понимает, что прятаться ото львов бесполезно, поэтому делает это инстинктивно, подобно человеку, бессмысленно прячущемуся под стол во время ядерного взрыва. Она на время задерживает дыхание, чтобы попытаться услышать, что происходит в пещере, но возмущённые голоса зевак где-то далеко позади неё не дают ей сосредоточиться. Ну конечно! Им не нравится, что Лера, спрятавшись в кустах от их записывающих устройств, этим самым портит им рейтинг в «Ютьюбе». Ведь, согласитесь, никому не интересно смотреть, например, на ровную водную гладь минут 10, каждую секунду ожидая, что сейчас из воды вынырнет Лох-несское чудовище. Что ж, Лера не против им подыграть, в принципе. В конце концов, все они хотят лишь одного – поскорее успеть урвать свой кусок лайкового пирога.
Лера медленно выходит из-за своего укрытия с моноподом наперевес и твёрдым взглядом, полным решимости. Будто в Лериной голове только что произошла роковая битва между двумя соперничающими страхами – быть съеденной львом и проиграть в турнире. Стоит ли говорить, кто из них одержал победу? Если бы некий безумный фотограф-любитель согласился сейчас её сфотографировать, находясь в нескольких шагах от беременной львицы Кати (обладательницы, между прочим, тридцати острейших зубов), то, несомненно, не стал бы заморачиваться насчёт выбора правильного ракурса для фотопортрета. Лера же – напротив. Она наверняка выбрала бы верхний ракурс, который сильнее акцентирует лицо, а не фигуру, таким образом создав иллюзию стройности. Потому что истинная селфи-леди даже перед лицом неминуемой смерти думает о том, как она будет выглядеть на фото.
Полумрак, царящий в пещере, Леру не пугает. Согласитесь, глупо бояться темноты, ведь она, в отличие от прячущейся в ней львицы, вовсе не кусается. Её пугает безмолвие – мёртвая тишина, пойманная в паутину искусственных сводов пещеры. Даже если гипотетически допустить, что львица к этому моменту уже окотилась и кормит львят молоком, хоть какие-то звуки в пещере всё равно должны быть слышны. Но их нет. Как нет ни новорожденных львят, ни самой львицы.
Эмотикон Леры сейчас (V_v)
Понимая, что её жестоко обманули, Лера непроизвольно пятится назад. Генератор случайных мыслей в голове Леры начинает выбрасывать одну причину отсутствия ожидаемого объекта для селфи за другой. Вот если бы ещё он был подключён к источнику бесперебойного питания – цены бы ему не было. Но даже того, что он успевает сгенерировать, пока окончательно не испускает дух, хватает Лере для создания полной картины происходящего. Теперь ей становится ясно, что львицы в пещере не было вовсе, а если и была, то до её прихода. Скорее всего, её определили в отдельный вольер или клетку, где она (быть может, даже прямо сейчас) спокойно совершает своё материнское предназначение.
А вообще, с чего, собственно, Лера решила, что львица рожает? Ах, да, конечно, об этом говорили незнакомые люди у вольера со львами. Слово «незнакомые» здесь стоит подчеркнуть. Так ли часто, спросите вы, Лере доводилось верить незнакомцам на слово? Да практически каждый день! Потому что по количеству лайков и набранных на клавиатуре эмотиконов улыбки тех, кто оставляет комменты под фотками Леры, к сожалению, нельзя с нулевой погрешностью определить, нравятся ли они им в действительности или нет. Да и сама Лера, чего уж греха таить, настолько привыкла к этим мёртвенно-холодным пентаграммам, изображающим эмоции, что, постоянно используя их, невольно стала избегать реальных проявлений своих чувств. Лера уже и не помнит, когда в последний раз возбуждалась передняя зона её гипоталамуса, вызывающая улыбку на лице. Конечно, эмоции, написанные на лице реального человека, тоже могут лгать, но вероятность их искренности всё же выше, чем у виртуальных.
Так почему же Лера так доверяет эмотиконам незнакомых ей людей в Сети? Она и сама не знает ответа на этот вопрос. Возможно, всё дело в её излишней доверчивости к тем, кто проявляет хоть какой-то интерес к её скромной персоне. В школе она не особо популярна. Точнее даже сказать, антипопулярна. Зато в соцсети она чувствует себя как в своей тарелке. Роднее, чем дома, где вербальное общение и излишняя эмоциональность не приветствуются. Быть может, поэтому Лера считает, что куда лучше испытывать виртуальные эмоции, чем не испытывать вообще никаких.
«Вот уш лаханулась так лаханулась!» – думает Лера, продолжая инстинктивно пятиться назад, пока не натыкается спиной на что-то податливое и нетвёрдое.
Она замирает. На мгновение в её сознании появляется устрашающий образ свирепого Самсона, который одним ударом лапы валит её на землю и начинает рвать своими жёлтыми клыками её нежное мясо, но тут же исчезает, поскольку объект позади неё остаётся неподвижным. Если бы это был лев, то церемониться так долго не стал бы. Оглянувшись, Лера неловко искривляет губы. Это она пытается напечатать на своём лице эмотикон улыбки, поскольку за её спиной всего лишь ветка «Посейдонова» дерева, за которым она недавно пряталась. Что же касается самого Самсона, то он действительно находится очень близко и, в данный момент притаившись за густыми кустами неподалёку и пристально следя за нарушительницей границ его прайда, готовится к смертельному для неё прыжку. Если бы Самсон не был сейчас сыт, то у Леры не было бы никакого шанса спастись. Но лев вкусно пообедал и потому не спешит нападать, решив попросту поиграть со своей потенциальной добычей. А в это время ни о чём не подозревающая Лера наконец-то решается переключить в своей голове тумблер из положения «Интуиция» в положение «Логика» и начинает размышлять о том, как ей теперь выбраться из вольера, не успев злоупотребить гостеприимством его хозяев.
Это секундное замешательство Леры могло стоить ей жизни, если бы не тот самый мальчик, чей планшет она выбросила в ров с водой. Он первым замечает хищника, высунувшего оскаленную морду из кустов, и пронзительно кричит, показывая на него пальцем. Крик ребёнка, наконец, выводит из транса взрослых, пристально уставившихся в визиры своих фото- и видеокамер и наблюдающих за Лерой, но не видящих полной картины происходящего. А картина, скажем прямо, в любую секунду может превратиться в одно из творений Винсента Кастиглиа90. Крик мальчика выводит из оцепенения и Леру. Она резко поворачивает голову к источнику крика и боковым зрением случайно замечает едва уловимое движение в густых ветвях кустарника всего лишь в паре десятков метров от неё. Мозг Леры в спешке пытается оценить сложившуюся ситуацию, но безуспешно, словно на центральном пульте управления в голове Леры все тумблеры неожиданно сошли с ума, с интервалом в доли секунды переключаясь из одного положения в другое, а потом обратно. Леру моментально охватывает паника. Тело перестаёт её слушаться и будто бы каменеет, становясь непосильной ношей, исполинским камнем на шее, затрудняющим и делающим нестерпимым практически любое желание Леры двигаться. Ко всему прочему, у неё начал развиваться гиперкинез левого глаза и усилился гипергидроз подмышек.
Лев Самсон, немедленно почуяв страх, источаемый его добычей, гордо выскакивает из кустов и издаёт громкий рык, оповещающий о том, что хозяин здесь он и что чужакам в его доме не место. Лев уже собирается наброситься на Леру, поза которой в данный момент напоминает классическую технику цигун «стояние столбом», когда его сбивает с лап мощная струя ледяной воды из пожарного ствола, который крепко держит в руках неведомо откуда взявшийся работник зоопарка. Интересно, его позвал на помощь кто-то из толпы зевак, получивших из-за происходящего в вольере ещё больший стимул для съёмки, или его появление чистая случайность? Какая теперь разница, главное, что у Леры теперь есть шанс на спасение. Больше от неожиданности, чем от дерзкого самоуверенного нахальства работника зоопарка, лев Самсон теряет равновесие и падает в кусты, крепко прижав к земле львиную долю веток, за которыми только что прятался. Не успев подняться на лапы и обнаружить источник своего непредвиденного поражения, он получает струёй воды снова. На этот раз прямо в морду, отчего вынужден, поджав хвост, отступить от Леры на несколько шагов назад.
«Беги, Лера, беги», – звучит в голове Леры голос Паники.
«Раз уж ты здесь, не забудь сделать то, зачем пришла», – наперекор ему твердит голос Аудацитета91.
«Ты можешь делать всё это одновременно», – убеждает голос Интуиции.
Где же сейчас Логика, спросите вы? Почему она молчит и не пытается перетянуть одеяло в свою сторону? Дело в том, что с Логикой у Леры были всегда непростые отношения. Близкими подругами их можно назвать с натяжкой. Скорее просто знакомыми, но не более того. Говорят, что без Логики не может обойтись ни одна область науки и техники. Лера же преспокойно обходится без неё, хотя, подружись они с самого начала, наверняка всё могло случиться совершенно иначе.
Принимать в данной ситуации более или менее взвешенное решение нет времени, поэтому Лера решает послушаться голоса Интуиции. Не поддаваясь Панике и воспользовавшись секундным замешательством Самсона, она лёгким отработанным движением большого пальца правой руки укорачивает монопод до размера обычной авторучки, вынимает из держателя свой любимый смартфон-селфифон и, держа его на расстоянии вытянутой руки, бежит в сторону человека с брандспойтом. В очередной раз Лера убеждается в том, что размер всё же имеет значение, ведь она является счастливой обладательницей небольшого смартфона, который легче удерживать обхватом, особенно в моменты, когда уронить его равно забыть о нём. Лев же, увидев, что добыча ускользает из его лап, рассердился не на шутку. Ко всему прочему, масла в огонь его желания разделаться с неуловимой Лерой подливает толпа зевак, наблюдающая с безопасного расстояния за его пока несостоявшейся охотой. В конце концов, их совесть проснулась, и теперь они делают всё возможное, чтобы отвлечь льва от преследования Леры.
Во-первых, кидают в него колбасой, сосисками и яблоками. Если первые два продукта (за редким случаем сумевшие преодолеть ров с водой) лев им мог бы ещё простить, то яблоки – никогда. Это равносильно тому, что убеждённому вегану предлагать сочный стейк с кровью. Во-вторых, дразнятся, а львы жутко не любят, когда люди хотят самоутвердиться за их счёт: передразнивают их рык, снимают это на камеру, а потом выкладывают в «Ютьюб». Но больше всего, по-видимому, львы ненавидят, когда с ними пытаются сделать селфи, потому что Самсон, окинув грозным взглядом толпу, всячески пытающуюся его унизить, от своей первоначальной цели, то есть Леры, не отрёкся. Мокрый, униженный и оскорблённый, он бросился за ней в погоню. Хотя, быть может, погоня – слишком громко сказано, ведь на расстоянии до 20 метров максимальная скорость льва может достичь 80 км/ч. Самсону достаточно сделать несколько прыжков, чтобы нагнать Леру, но совершить ему этот марш-бросок мешает очередная струя воды из брандспойта.
Небольшая заминка временно нокаутированного и промокшего до нитки хищника позволяет Лере запустить камеру своего селфифона при помощи хардварной кнопки, что занимает около трёх секунд. Здесь нужно Лере отдать должное – она сумела рассчитать всё так, что в момент фотосъёмки лев оказался точно за её спиной и весьма органично вписался в кадр. Вот только фотка получилась не совсем удачно. Смазанно. И это не удивительно, ведь сделать качественное селфи в таких спартанских условиях (да ещё на бегу) сможет далеко не каждый опытный селфист. Лера даже представила, как её селфи обсуждает всё интернет-сообщество и её рейтинг растёт как на дрожжах. Но не успела она и долю секунды погреться в лучах славы, как в экране своего смартфона заметила налитые гневом глаза льва, настигающего её со скоростью, близкой к скорости движения нервного импульса.
Эмотикон Леры сейчас (> x
Если бы Лера была одним из самых быстрых наземных млекопитающих (например гепардом), то, несомненно, смогла бы без проблем убежать от Самсона. Если бы она была бенгальским тигром, то наверняка смогла бы нанести ему смертельную рану, разорвав ударом лапы ярёмную вену льва. Но Лера не гепард и не бенгальский тигр, к сожалению. Она всего лишь ученица десятого класса. К тому же весьма посредственная. В школе ей всегда давалось лишь решение задач по аналогии. Именно поэтому, попав в нестандартную ситуацию, Лера просто не представляет, что ей делать. И всё же она не безнадёжна, поскольку хоть и не может решить задачу, но может понять ход её решения и ответ. А ответ прост. Единственный способ для Леры не попасть к Самсону на ужин – это добежать до человека с брандспойтом, поскольку, как догадалась Лера, лев боится воды. Впрочем, как и любая зверюга из семейства кошачьих.
Лера не сбавляет темпа, хотя ноги её не слушаются, так и норовят сойти с дистанции и растянуться во всю свою длину на лужайке вольера. И это плохой признак, потому что если страх, подобно гангрене, проникнет в конечности (в данном случае – ноги), то маловероятно, что некроза удастся избежать. Страхом уже пахнут её подмышки и сальные железы кожи головы. Страхом пропитана вся её одежда, в особенности её танга92. И лев, похоже, получает от этого особый кайф.
«Селфи важнее моей безопасности», – повторяет про себя одну из любимых своих аффирмаций Лера, и страх постепенно уходит, но полностью искоренить его из своего живота она не может.
А лев уже очень близко. Ещё чуть-чуть, и его тяжёлые лапы настигнут Леру и продифференцируют, словно производную функцию. Лера с детства не любит математику, поэтому не хочет давать льву такого шанса, но в самый последний момент, почти достигнув человека с брандспойтом, падает и, запнувшись за выступающий из земли корень дерева, впечатывается правым виском в выложенную камнем дорожку. Последнее, что она видит перед тем, как перейти в режим гибернации, – искажённое от ужаса лицо работника зоопарка, который обеими руками пытается, наконец, привести пожарный ствол в действие.
Эмотикон Леры сейчас (-_-) Zzz
То, что произошло дальше, для Леры осталось загадкой. Зациклившись на своём селфи со львом, она забыла о собственной безопасности и элементарных правилах поведения в зоопарке, тем самым заставив рисковать жизнью не только себя, но и человека с брандспойтом, неожиданно пришедшего к ней на выручку и оказавшегося тет-а-тет с одним из самых свирепых хищников планеты. Пока она бежала к нему, спасаясь от беспощадных объятий Самсона, он не мог применить свой брандспойт, боясь задеть её и тем самым обречь на верную смерть. Поэтому он выжидал. Спокойно, уравновешенно, хладнокровно. Догадывался, что рано или поздно Лера свернёт с прямой линии и тогда он сможет нанести льву очередной удар струёй воды. Но, вопреки всем его представлениям о логике, Лера бежала прямо на него, будто он был не живой человек из плоти и крови, а призрак, через которого можно пройти насквозь. К счастью, она запнулась. И очень вовремя, потому что лев был так близко, что ещё секунда-другая и уже ничто не сумело бы его остановить. Кроме струи ледяной воды.
Как только Лера оказалась в горизонтальном положении, работник зоопарка, подобно стрелку с Дикого Запада, успел выстрелить в льва мощной струёй воды, отбросив ошалевшего от подобного обращения хищника на несколько метров назад, в очередной раз доказав своё превосходство и что титулом Царя Зверей всё же стоило по праву наградить человека, а не льва. Не дав Самсону опомниться, он стал загонять его к входу в искусственную пещеру. Лев уже и не сопротивлялся. Воля его была сломлена, точнее, смыта с него водой, превратившей его из азиатского льва в мокрую драную кошку. И хотя какая-то часть его, по-прежнему смелая и горделивая, рвалась вперёд и желала разорвать человека на части, она всё же уступила место другой – более благоразумной и кроткой, а потому трусливой, пятившейся назад, как можно дальше от человека, не приносившего ничего, кроме страдания и боли.
Когда лев был с позором загнан в пещеру, человек с пожарным стволом махнул кому-то рукой и крепкие прутья металлической решётки сомкнулись за Самсоном, оставив его зализывать свои «мокрые раны» в гордом одиночестве. Немного поворчав и успокоившись, лев лёг на землю, горделиво положив голову на передние лапы, и сквозь прутья решётки стал внимательно наблюдать за происходящим в вольере, будто бы он не попал в западню, устроенную человеком, а по собственной воле залез отдохнуть в пещеру, оказавшейся на самом деле завуалированной клеткой. Когда опасность миновала, на территорию вольера вбежали ещё двое работников зоопарка, следом за которыми неторопливо шёл седоголовый врач. Он присел на корточки возле Леры, нащупал на её шее сонную артерию и смерил пульс, наскоро осмотрел её на предмет укусов или иных повреждений, потом подержал ватку, смоченную нашатырём, у самого её носа, на несколько секунд даже прикрыв её рот своей рукой, чтобы она быстрее пришла в сознание.
Эмотикон Леры сейчас (-_-;)
Она с трудом открывает глаза, но в голове по-прежнему стоит сплошной туман, к тому же из ушибленного виска тонкой струйкой течёт кровь. И без того ясно, что сама идти она не может. Седоголовый кивает двум другим работникам, они берут Леру под руки и не спеша ведут к выходу из вольера, где её уже поджидают двое охранников зоопарка. Ещё пара их коллег в этот момент опрашивает свидетелей, хотя, в принципе, достаточно взять у них одну из видеозаписей, чтобы воочию увидеть, что здесь произошло. А в это время к месту происшествия начинает стягиваться всё больше и больше народа. Сама того не зная, Лера взбудоражила не только администрацию зоопарка, но и практически всех его посетителей. А ещё на некоторое время превратила вольер со львами в самое посещаемое в зоопарке место.
Лера полностью приходит в себя лишь в медпункте зоопарка, пока пожилая рябая медсестра обрабатывает её ранку у виска. Она лежит на кушетке в окружении ещё нескольких взрослых – одного из охранников зоопарка, чем-то напоминающего ей Кинг-Конга, того самого седоголового врача, который первым осмотрел её и оказал посильную помощь, и ещё одного незнакомца, которого Лера замечает не сразу. И неудивительно. Он среднего роста, среднего телосложения, среднего возраста и вообще весь какой-то среднестатистический. Даже его средних размеров курительная трубка из бриара среднего качества, постепенно остывающая в его руках без прикуривания, однозначно указывает на его принадлежность к среднему классу, причём явно к самой средней его прослойке.
Пока медсестра возится с ранкой, незнакомец, одетый в костюм песочного цвета и сидящий у изголовья Лериной кушетки, помалкивает, выдавая своё присутствие лишь надсадным кашлем заядлого курильщика. Когда же она заканчивает, он жестом показывает всем оставить их с Лерой наедине. Они без возражений, словно загипнотизированные, поспешно удаляются. Незнакомец тотчас пересаживается на другой стул, расположенный в точке, равноудалённой от ног и головы лежащей на кушетке Леры. После непродолжительной паузы, в ответ на вопросительное выражение, написанное на её лице, представляется как Психолог. Его глубокий живой бас, обволакивая своей полнотой, чудесным образом располагает к нему, заставляя Леру почему-то доверять этому незнакомцу, как своему близкому родственнику. От него разит дешёвым вишнёвым табаком для курительной трубки и мужским одеколоном со спокойным древесным запахом. Этот ароматический букет, а также облик Психолога вызывает у Леры кратковременное состояние дежавю, но она, как ни старается, никак не может вспомнить, где и при каких обстоятельствах уже встречалась с этим человеком и подобной смесью запахов.
Странно, но, глядя Психологу прямо в глаза, она никак не может толком разглядеть черты его лица, будто кто-то в её голове специально засвечивает плёнку его образа, превращая лицо этого странного типа в песочном костюме в цветное размытое пятно. Возможно, в этом виновата только что полученная ею травма или у неё развилась лёгкая форма прозопагнозии93. А может быть, к этому причастно пристрастие Леры к селфи, поскольку она фотает себя так часто, что её мозг иногда просто отказывается воспринимать образ другого человека, отличного от своей хозяйки.
Психолог садится к ней поближе и начинает уговаривать поехать с ним в больницу, утверждая, что у неё практически неизлечимое на данный момент заболевание – селфизм – и лишь он сможет помочь ей избавиться от этой заразы. Навсегда. Но Лера его игнорирует. Элементарно не понимает, для чего ей туда ехать, ведь с ней всё в порядке и она вовсе не больна. Кровоподтёк на виске и небольшая шишка – не в счёт. К тому же избавляться от пристратия к селфи она не собирается. Да и психолог ей вовсе ни к чему. Она же не сумасшедшая! Просто Лера, как и множество людей, не видит разницы между так похожими на слух, но в то же время совершенно разными специальностями – психологом, психиатром и психотерапевтом. А ещё Лера не догадывается, что в своём недоумении не одинока. Все свидетели её безумной выходки в зоопарке удивляются, зачем такой молоденькой девушке, как Лера, забираться в вольер ко львам и нарушать одно из самых главных правил поведения в зоопарке. Может быть, она пыталась покончить жизнь самоубийством из-за неразделённой любви? Или никто не лайкает её фотки в Интернете? Или, возможно, не сдала пробный ЕГЭ? Вариантов такого поведения Леры можно придумать большое множество, вплоть до расстройства личности, но вряд ли кому-то вообще придёт в голову, что она просто хотела сфотографироваться с одним из самых грозных хищников планеты. Даже в самых безумных мыслях не имеющего здравого рассудка человека.
Несмотря на тупую боль в расшибленном виске, Лера резко приподнимается и садится, свесив с кушетки ноги. Её вовсе не заботит своё здоровье. Она думает лишь о смартфоне, который был в её руке перед падением, ведь в нём хранится самое дорогое – селфи со львом для турнира на самого лучшего селфиста, которое досталось ей с таким трудом. В его поисках Лера безуспешно обшаривает свои карманы, пока Психолог, пристально наблюдая за её действиями, продолжает рассказывать о прелестях персонализированной программы лечения в клинике, где он работает, а также об индивидуальном подходе в диагностике, консультациях узкопрофильных специалистов и максимуме внимания, которые ждут Леру, если она согласится поехать с ним. Он настаивает на том, что ей необходима квалифицированная помощь, иначе её селфизм может пойти crescendo94.
Эмотикон Леры сейчас :-/
Психолог по-прежнему не отрывает от Леры взгляд, напоминающий ей стеклянные глаза чучела волка, которого она однажды видела в музее. Лере этот взгляд определённо не нравится, но она старается делать вид, что в комнате кроме неё больше никого нет. Заметив, что девушка не стремится активно идти с ним на контакт, Психолог неспешно вынимает из кармана песочного пиджака её смартфон и будто бы невзначай держит его некоторое время на виду, так, чтобы Лера непременно обратила на него внимание. Тем самым просто не оставляя ей иного выбора. Лера, нервно сглатывая слюну, подобно собаке Павлова, протягивает к телефону руку, но Психолог, коварно улыбаясь, резко отводит его на недосягаемое для неё расстояние. Он лукаво грозит ей пальцем и объясняет, что отдаст телефон только в том случае, если она внимательно выслушает его.
Первая мысль, возникающая в её голове, – устроить скандал и потребовать свою собственность назад. Но следом приходит более разумная мысль – пока ничего не предпринимать и успокоиться, выждать удобного случая, чтобы сбежать. Она уверена, что долго искать её не будут. В конце концов, Лера не прожжённая уголовница, а всего лишь ванилька, увлекающаяся селфшотами. Если повезёт, то её родители ничего не узнают о случившемся. К тому же, по Лериному мнению, даже при худшем раскладе вряд ли дома её ждёт наказание суровее, чем блокирование доступа к Интернету на неделю.
«Всево и делоф-та, – думает Лера, – выслушать какого-то странного чувака. Вроде не слишкам бальшая цина за вазвращенее майево афигенски крутова сэлфи са львом».
Прежде чем эмотикон Леры становится 8-O, Психолог вкратце объясняет ей цель своего появления. Оказывается, Психологом его называют вовсе не потому, что у него такая профессия, а благодаря его способности выискивать для создателей турнира самых талантливых селфистов, бесконечно преданных своему делу, но в силу своей неопытности имеющих кое-какие трудности, поэтому так остро нуждающихся в его поддержке и сопровождении. На самом деле по роду деятельности правильнее было бы называть его «Исправителем» или «Устранителем», поскольку именно он исправляет досадные ошибки, допущенные избранными селфистами, и устраняет проблемы, мешающие им сделать по-настоящему крутые селфшоты.
Из речи Психолога становится ясно, что именно благодаря нему Лера и оказалась в рядах избранных. Он достаточно долго наблюдал за ней и не раз проверял её, так сказать, на вшивость, всё больше убеждаясь в том, что не ошибся, предложив создателям турнира её кандидатуру на пост победителя турнира «Король / королева селфи». Недавно сделанный селфшот Леры со львом и тот факт, что смартфон намного дороже ей собственного здоровья, ещё больше укрепили его убеждение. И всё же, несмотря на успехи Леры в создании оригинальных селфшотов, он заметил некоторые её затруднения в выполнении заданий, а потому предлагает сделку, поскольку видит в ней огромный потенциал и решимость идти до конца в поставленных ей задачах.
Возможности Психолога оказываются практически безграничными. В его прейскуранте, кажется, есть всё – от обычной консультации по заданиям создателей турнира до заказного убийства людей, мешающих выполнению этих заданий. Кроме того, заключившему с Психологом договор положен ряд бонусов, включающих в себя все разновидности диверсии, демагогию, «промывание мозгов», манипуляцию массовым сознанием и многое другое. В списке есть даже хакерская атака и сетевая разведка. Бонусы заказчику-дебютанту обычно ничего не стоят, так сказать, за счёт фирмы. А вот за всё остальное придётся заплатить немалую сумму. Но здесь есть одно «но». Психолог не берёт обычными купюрами, поскольку зарплату получает от создателей турнира весьма щедрую. Вместо денег заказчик оплачивает его услуги лайками, которые снимают со счёта, накопленного в процессе выполнения заданий. Конечно, риск в этом немалый, ведь как бы рьяно ни старался делать свою работу Психолог, конечный результат её всё же зависит от качественно сделанного заказчиком селфи. Но, с другой стороны, Психолог способен устранить все необходимые препятствия на пути к победе заказчика в турнире, что в итоге может приумножить лайки заказчика сразу в несколько раз. В общем, есть над чем задуматься.
Эмотикон Леры сейчас :-|
Не сводя с неё своих волчьих глаз, Психолог вынимает лист бумаги, на котором много и мелко что-то написано, и молча протягивает его Лере. При ближнем рассмотрении листок оказывается типовым договором с приложением, в котором указан прейскурант услуг и их цена в лайковом эквиваленте. Психолог не торопит Леру с принятием решения, наоборот, он тактично встаёт со стула и, повернувшись к ней спиной, чтобы не смущать её своим стеклянно-пристальным взглядом, тихо отходит к окну. Но прежде тонко намекает ей на то, что он с лёгкостью может замять сегодняшний инцидент в зоопарке и сделать так, что не только её родители, но и СМИ ничего об этом не узнают. Причём если она прямо сейчас подпишет договор, он всё утрясёт абсолютно бесплатно, в противном случае ей придётся полностью оплатить его услуги. И ещё. Подписав договор, Лера уже не сможет изменить его условий до конца срока его действия, т. е. до окончания турнира.
Предложение, бесспорно, интересное, но Лера не спешит его принимать. Она просматривает прейскурант Психолога и ужасается его ценам. К примеру, только за то, чтобы никто не узнал, что она учудила в зоопарке, ей придётся выложить ему как минимум 2000 лайков. Это же грабёж среди бела дня! А если ей, к примеру, понадобится избавиться от какого-нибудь надоедливого типа, мешающего ей сделать селфи, то и все 3000. И это далеко не самые высокие расценки. С одной стороны, Лере жалко отдавать такую огромную сумму, ведь конкуренты и так наступают ей на пятки. Возможно, уже прямо сейчас Лера далеко не первая в турнирной таблице. Но, с другой стороны, создатели турнира определённо сделали ставку именно на неё (иначе этот Психолог вряд ли вообще появился бы) и ожидают от неё победы, а не поражения. Вряд ли Лера сможет рассчитывать на их помощь, если провалит хотя бы ещё одно задание. Так или иначе, они дают Лере шанс доказать верность всему братству селфистов. И она его не упустит. Ни в коем случае.
И Лера, как и всегда, не читая, подписывает документ.
Психолог держит своё слово. Улыбаясь ещё коварнее прежнего и аккуратно складывая подписанный Лерой лист в кожаную папку, он отдаёт ей смартфон.
Эмотикон Леры сейчас :-*
После оральных ласк, которыми она одаривает своего самого лучшего полифонического друга из пластика и металла, Лера интересуется у незнакомца, как ей с ним связаться. Не проронив ни слова, Психолог достаёт из кармана пиджака свой иссиня-чёрный смартфон и начинает набирать какое-то сообщение. Странно, но Лера не может визуально определить ни производителя, ни серию его модели. Точнее, она даже не уверена, что видит перед собой смартфон. Эта штуковина в руке Психолога мнётся и гнётся, словно пластелин, и по виду больше напоминает ей широкий браслет. Интересно, как он вообще умудряется набирать с её помощью СМС? И с чего, позвольте узнать, она взяла, что он делает именно это? Быть может, в данный момент он активирует детонатор бомбы, заложенной в этом здании. Но звук входящего сообщения, пришедшего к ней на телефон, заставляет её резко прервать эти бесполезные мысли. Стараясь не спускать взгляда с Психолога, Лера читает:
Когда Лера заканчивает читать сообщение, незнакомца в песочном костюме уже и след простыл. А ведь ещё несколько секунд назад он стоял прямо перед ней. Лера удивлённо смотрит по сторонам, но никаких признаков присутствия Психолога не обнаруживает, будто и не было его вовсе. Прямо не человек, а ходячий мираж какой-то! Более того, его сообщение, которое она только что прочла, тоже чудесным образом испарилось из её списка «Входящие». И как только ему это удалось? Но заниматься выяснением этого вопроса у Леры определённо нет ни времени, ни желания, потому что её ждут другие, более важные и насущные дела. Она проверяет свой лайковый баланс, как говорится, прямо не отходя от кассы. Психолог не обманул. Он действительно увеличился на 500 единиц. Лера не может поверить своей удаче. Теперь она на 100% уверена, что у неё есть неплохой шанс на победу.
Забрав со стола медсестры все свои вещи и выпив натощак очередную баночку энергетика, она заказывает такси. На сегодня её приключения заканчиваются. Пора ехать домой, чтобы хорошенько отдохнуть перед следующим заданием турнира.
