Эмотикон Леры сейчас (> x
Лера обшаривает все свои тайники, но безуспешно. Сигарет и след простыл. Только зря раздразнила себя и ещё больше захотела курить. С досады она ложится обратно в постель и начинает грызть простой карандаш. Конечно, желание покурить это не заглушает, но нервы немного успокаивает. Неожиданно раздаётся тихий стук в дверь, а за ним звук поворачиваемого в замочной скважине ключа. Лера замирает, прислушиваясь. А затем резко набрасывает на себя одеяло и притворяется спящей. Она слышит звук открываемой двери и чьи-то мягкие, почти неслышные шаги, приближающиеся к кровати. Вряд ли отец стал бы так тихо подкрадываться. Она давно выучила его повадки и знает как облупленного. После вчерашнего он наверняка открыл бы дверь ногой или, того хуже, совсем не пришёл бы её проведать и не стал бы разговаривать весь день, что обычно означает, что он очень на неё сердит и прощать её выходку не намерен. Однако, как показывает Лерина практика, всегда прощал, прощает и прощать будет. Ведь, как-никак, она папина дочка.
Лере чудится еле уловимый (определённо не мужской) шёпот, в котором по наитию она угадывает своё имя. Лера из любопытства чуть приоткрывает один глаз и слегка откидывает край одеяла. У кровати стоит её мать с приложенным к губам и вертикально направленным вверх пальцем. Она молча кладёт Лере под подушку её любимый смартфон, ставит на прикроватную тумбочку поднос с завтраком и всё так же молча, на цыпочках удаляется, не забыв закрыть за собой дверь обратно на ключ. Лера не успевает даже поблагодарить её за столь ценный подарок, ведь мать на самом деле очень рискует, идя против воли своего мужа. А это, надо сказать, она делала всего лишь два раза в жизни – только что и 17 лет назад, когда не захотела делать аборт и решила оставить будущей дочери жизнь.
Отец Леры, конечно, поначалу был очень недоволен решением своей жены, поскольку был убеждённым чайлдфри99. В то время это движение только начинало набирать обороты. Оно было очень популярно среди его близких друзей и знакомых, не желающих кардинально менять свой уклад (что неизбежно при рождении ребёнка) и вообще считающих отсутствие детей привилегией «развитого» социума. Устав от постоянных скандалов и нервотрёпки, мать Леры была вынуждена оставить мужа и уехать жить к матери. За всю её беременность он приехал к дому тёщи лишь однажды, но вовсе не для того, чтобы осведомиться о здоровье своей жены и ребёнка, а чтобы попросить о разводе. Но его даже не пустили на порог. Обозлённый, он уехал, так ничего и не добившись.
Следующий раз он показался своей жене на глаза лишь после родов Леры, во время её выписки из роддома. Увидев его в костюме и с цветами, мать Леры поначалу хотела пройти мимо, но он сам подошёл к ней, встал на колени и попросил у неё прощения. А потом взял дочку на руки, прослезился и поцеловал её в лоб. Ну как после такого было его не простить! И она простила. И ни разу об этом впоследствии не пожалела. И никогда не спрашивала его и не пыталась выяснить причину, почему он так резко изменил своё мнение. Да и зачем? Ведь она впервые в своей жизни была по-настоящему счастлива и не хотела копаться в грязном белье прошлого, когда на пороге стояло новое и чистое настоящее.
А причина была, на удивление, проста. Осознание того, что ты можешь оставить после своей смерти хотя бы одну собственную ксерокопию, помимо зарытых в землю костей и бессмысленно нажитых за всю жизнь пожиток, оказывается, способно коренным образом изменить мировоззрение даже самого злостного чайлдфри. Вероятность, конечно, мизерная. Примерно один шанс на миллион. А может, и того меньше. И всё же случилось так, что этот единственный шанс отец Леры сумел использовать. Хотя его первоначальные намерения остаться в семье были основаны лишь на эгоцентричном желании не умереть в одиночестве, он и сам не заметил, как изменил ему. После нескольких месяцев общения с маленькой Лерой он постепенно стал забывать о своих убеждениях, растворившись, словно сахар, в уюте домашнего очага и искренней любви обожающих его жены и дочери.
На этом, собственно, можно было бы и закончить немного грустную предысторию этой семьи, если бы не новое «увлечение» отца Леры. Так уж устроен человек, что пытается заполнить любую образующуюся внутри себя пустоту. Чем угодно и как угодно. Лишь бы заполнить. И не важно, чем это продиктовано: обычным голодом и урчанием в желудке либо желанием избавиться от иссушенных мумий уже давно неактуальных идей и мыслей с целью заменить их на более новые и, как людям кажется, более актуальные. Важно то, что и первое, и второе – естественные потребности человека, без которых он существовать просто не может, хотя нет на этом свете, наверное, тяжелее бремени, чем сосуществование с ними. Вот и отец Леры, отказавшись от идеи чайлдфри, не смог долго мириться с образовавшейся внутри себя идейной пустотой. Нужно было срочно чем-то её заполнить. И тут ему помог один случай.
Как и в любой нормальной семье, между супругами случаются ссоры, порой даже серьёзные. С битьём посуды, обоюдной руганью и хлопаньем дверьми. Конечно, подобные стычки родителей Леры обычно заканчивались перемирием. Но часто складывалось так, что дочь неизбежно присутствовала при них, слушала и запоминала все крепкие слова, произнесённые в сердцах, причём как отцом, так и матерью.
Однажды, когда Лере только-только исполнилось 3 года, произошёл случай, который заставил, наконец, её родителей всерьёз задуматься над своим поведением и попытаться искоренить вредную привычку нецензурно выражаться в присутствии дочери. Дело в том, что на день рождения Леры отец с матерью пригласили много гостей, среди которых были родственники, друзья, знакомые и даже соседи. Почти все пришли со своими детьми. Праздник удался на славу! Мать Леры чувствовала себя безвольным исполнителем циклического алгоритма с постусловием. Со скоростью света она летала по квартире от плиты к гостям, от гостей к детям, от детей снова к плите и т. д., в общем, хлопотала, чтобы все были сыты, довольны и веселы. Отец Леры хлестал с мужиками водку. Дети во что-то играли. В общем-то, стандартный детский праздник. Но в самый разгар веселья имениннице почему-то вдруг не понравилось, что все приглашённые дети без разрешения трогают её игрушки, и она стала обзывать их матерными словами, которые частенько слышала в речи отца или матери. Родителям Леры после этого случая было так стыдно перед гостями, что они решили больше никогда при дочери не выражаться. Тут-то отец Леры и придумал, что можно ругаться посредством текстовых сообщений через «Вайбер». Поначалу, конечно, было очень непривычно и трудно себя сдерживать. Так и хотелось во время подобной текстовой ссоры чем-нибудь брякнуть или произнести всё накипевшее вслух. Но постепенно они научились обуздывать собственный гнев, доведя текстовые баталии до такого невербального совершенства, что Лера зачастую даже и не подозревала о том, что её родители поссорились.
Некоторое время всё складывалось наилучшим образом. Лера не слышала, как ругаются родители, родители больше не краснели за свою дочь, да и посуда в доме стала биться лишь по воле случая. Но потом временная необходимость в невербальном общении переросла в самую настоящую зависимость. Родители Леры просто перестали разговаривать друг с другом, а вскоре и с дочерью. Вообще. Да и зачем лишний раз напрягать свой речевой аппарат, когда существуют другие, как им казалось, технически более совершенные способы передачи информации. Так квартира, в которой живёт Лера, постепенно оказалась взята в блокаду плотным слоем тишины. Иногда она начинала давить девочке на уши так, что ей хотелось выть от тоски и бежать без оглядки куда глаза глядят. Но, видимо, правду говорят, что со временем любой человек способен привыкнуть ко всему, даже к тому, что в принципе противоречит его жизнеспособному существованию.
Привыкла и Лера.
Нащупав рукой под подушкой свой любимый смартфон, она, не теряя времени, первым делом проверяет список входящих сообщений. Среди кучи спама и стандартной рекламной рассылки от оператора сотовой связи Лера без труда находит глазами СМС от создателей турнира.
Похоже, Леру это задание саму застало врасплох, потому что её эмотикон сейчас (V_v)
Итак, задания, как и предупреждали создатели турнира, действительно усложняются. Впервые объектом селфи является человек, а значит, Лере придётся изрядно попотеть. Ведь он не будет стоять на месте, молчать и безропотно ждать, пока ты сделаешь с ним селфи. Тем более, если этот человек – известная личность.
«Блин! И где жэ мне найти эту знаминитасьть?» – думает Лера.
И действительно, где? Лера живёт далеко не в столице. Конечно, в её родном городе достаточно много известных людей. Например Ашот, владелец сети автомоек, прославившийся наличием большого количества внебрачных детей. По официальной статистике, у него их 57, неофициальных же данных не знает и сам Ашот. Или вот Степаныч – местный самогонщик, «экологически чистый» продукт которого весь город разбирает влёт, особенно во время ограничения продажи крепкого алкоголя в выходные дни. Причём берут даже те, кто, собственно, этот запрет и утверждает. Ну, или, в конце концов, Вовка Чернобыль, бывший вор в законе, который на данный момент является директором строительной фирмы, по странным обстоятельствам не имеющей конкурентов во всём районе. Этот товарищ, наверное, самый известный из перечисленных. По крайней мере, в местном ОМВД его фото раньше висело на самом почётном месте, прямо под заголовком «
Этот список, в принципе, можно продолжать ещё очень долго, но, к сожалению, среди всех этих «замечательных» людей нет мировых знаменитостей, а потому Лера вряд ли сможет получить за селфи с ними много лайков. Повезло, конечно, тем участникам турнира, которые живут, например, в столице, ведь там знаменитости почти на каждом шагу. Даже суперзвёзды есть. Хотя с ними селфи сделать ещё сложнее. Живут они наверняка на суперохраняемой территории, так что на пушечный выстрел не подберёшься. К тому же, скорее всего, день и ночь за ними неустанно следят телохранители. Даже если Лере повезёт и ей удастся сделать селфи с подобной знаменитостью, причём, как сказано в задании, «в самом неожиданном месте», она всё равно наверняка проиграет этот этап турнира, потому что в данный момент заперта на ключ в своей комнате на восьмом этаже многоквартирного дома. Также она уже потеряла половину отведённого ей на задание времени, и с каждой секундой её шансы на победу убывают по экспоненте. В общем, как ни крути, вряд ли снова Лере удастся стать первой по лайкам.
Лера, конечно, далеко не гэнки100, но она и не из тех, кто падает духом и сходит с дистанции при первой возникшей трудности. Для начала она решает написать через «Вайбер» матери. В конце концов, если она смогла (в тайне от отца) передать Лере смартфон, то, вероятно, сможет и выпустить её из заточения. В любом случае попытка не пытка.
Лера пишет:
«момо я хачу в туалет памаги плиз кстати сибки за сотик».
Через несколько минут ей приходит ответ:
«дочь прости не могу отец ключ перепрятал куда я не знаю выкручивайся сама боюсь представить что будет когда он увидит что твоего телефона нет на месте не пиши мне больше сообщение это удали».
Эмотикон Леры сейчас :-/
«Ладна я тибе эта ищё препомню», – думает она и с размаху падает на кровать.
Насчёт желания сходить в туалет Лера, конечно, соврала. Придётся ей набраться терпения и подождать, пока гнев отца сойдёт на нет. С другой стороны, а зачем ждать? Может быть, вынудить его открыть эту злосчастную дверь? Оказывается, есть множество способов. По крайней мере, после непродолжительного поиска в Интернете Лера находит несколько подходящих. Например, можно устроить поджог или перерезать себе вены и орать как сумасшедшая. Хорошо, что Лера ещё не настолько близка к отчаянию, чтобы следовать этим неадекватным советам.
Лера уже собирается просить о помощи у Психолога, но вовремя останавливает себя, поскольку считает, что крайний случай ещё не наступил. В её голове неожиданно рождается новая идея, не требующая съёма с её счёта огромного числа бесценных лайков. Лера заходит на свою страничку в соцсети и пишет:
«миня запирли в маей комнте! памагите ктонебуть! (_SOS_)».
Не забыв указать свой точный адрес проживания, она отсылает это сообщение всем своим виртуальным друзьям. Ожидание скрашивает поеданием хрустящих хлебцов с яичницей, чашкой уже порядком остывшего кофе и, конечно же, селфшотами, количеством превышающими первые шесть чисел Лейланда101 вместе взятых, и просмотром хентайных аниме. Лера настолько поглощена последним, что совершенно забывает о своём домашнем аресте. Сидит и пускает слюни в раскавае. Не подумайте чего плохого, ведь Лера вовсе не фудзёси102, поскольку даже не способна в сёнэн-манге103 найти признаки яоя104. Ей хочется верить в то, что обязательно кто-то должен прийти к ней на помощь. Но прошло почти 3 часа, а из 1720 человек в соцсети, легкомысленно добавленных Лерой в друзья, до сих пор не отозвался ни один. А ещё друзья называются! Лера снова начинает жалеть о том, что прогнала Вов4еГа, хотя припоминает, что в списке контактов её любимого смартфона наверняка есть номерок одного бокэ105, который, возможно, сможет ей помочь в этой проблемной ситуации.
На форумах, в чатах и в своём блоге он всегда подписывается IP-адресом «8.16.18.1», числа в котором соответствуют порядковым номерам букв русского алфавита и, складываясь вместе, образуют уменьшительную форму его имени. Его часто спрашивают, почему он использует IP-адрес для своего названия, несмотря на то, что родители при рождении дали ему вполне адекватное (хотя и не очень модное для нынешней молодёжи) доменное имя – Георгий. Он предпочитает отмалчиваться на этот счёт, но изредка пишет в ответ, что «цифры гораздо информативнее, чем их буквенные эквиваленты».
Ему 28 лет, но выглядит он как педагогически запущенный подросток. И дело даже не в его внешнем виде, а скорее в образе мыслей и поведении. Большинство его сверстников уже давно остепенились, завели детей, имеют престижную работу и кучу жизненных планов. У 8.16.18.1 же даже нет девушки. Ему вообще никто не нужен, кроме его закадычных друзей – сетеголизма и кибераддикции. Поэтому он до сих пор сидит на шее у своих предков. Дни и ночи напролёт 8.16.18.1 проводит в Интернете, тратя драгоценные годы своей жизни на онлайн-игры, общение в соцсетях и распространение мемов106. Родители его считают, что в этом виновата школа, которая была просто обязана сотворить из него общественно активную, образованную, воспитанную и вообще всесторонне развитую личность. А вместо этого он еле-еле окончил её со справкой. Учителя же, напротив, считают, что во всём виновато исключительно родительское воспитание, а точнее, недостаток в нём. Обе стороны никак не могут примириться и принять даже мизерную долю своей вины, с пеной у рта доказывая друг другу, кто прав, а кто виноват. И пока их споры остаются лишь спорами, 8.16.18.1 продолжает практически круглосуточно находиться онлайн, где он чувствует себя словно сисадмин в серверной. Конечно, 8.16.18.1 неоднократно пытался выйти в агрессивную по отношению к нему офлайновую среду, но отсутствие возможности сохранения и постоянная потребность в еде, сне и личной гигиене так сильно его напрягала, что он стремился как можно быстрее снова погрузиться в виртуальный мир, где воплощались все его несбыточные мечты и желания.
Именно поэтому в качестве потенциального помощника Лера выбрала 8.16.18.1. Ведь помощь от него требуется вовсе не реальная, а виртуальная, поскольку она решила не сидеть сложа руки, а действовать. Даже если её отец в ближайшее время откроет дверь, она всё равно не успеет выполнить задание турнира, поэтому Лера решается смухлевать и пойти ва-банк. По задумке, нужно, чтобы 8.16.18.1 сделал фотомонтаж Леры с какой-нибудь знаменитостью. Он, конечно, тот ещё кадр, но зато профессионал своего дела. Если повезёт, то сделает так, что создатели турнира не заметят обмана. Риск, конечно, очень велик, ведь её могут вообще исключить из турнирной таблицы и с позором выгнать из сообщества селфистов. Но иного выхода она просто не видит. Звонить 8.16.18.1 на сотовый Лера не хочет. Даже если он и ответит ей, то наверняка откажет в просьбе. Но можно попробовать написать ему несколько сексмс через «Вайбер», ведь он самый настоящий эмоанингфил107. Если Лера сумеет правильно подобрать как можно больше «грязных» символов, то 8.16.18.1 наверняка сделает для неё всё, что угодно. Постараться, конечно, ей придётся изрядно, ведь он предпочитает общаться исключительно на «олбанском йезыге108». Несмотря на то, что Лера не понаслышке знакома с этим орфографическим беспределом, она никак не может усмирить своё волнение вместе с дурацкой дрожью в коленях. Её одолевают сомнения, и, нужно сказать, небезосновательно, ведь от того, как пройдёт разговор с 8.16.18.1, зависит дальнейшее участие Леры в турнире на звание самого лучшего селфиста года.
Эмотикон Леры сейчас (> _>)
Собравшись с мыслями, она решает в первую очередь «попробовать воду», т. е. обычное, ни к чему не обязывающее приветствие, поскольку боится в самом начале общения с 8.16.18.1 откровенно сексмсить. Вдруг он, несмотря на свою страсть к непристойным сообщениям, испугается её чрезмерной напористости и явного доминирования в разговоре.
Лера пишет:
«превед медвед!»
И неожиданно останавливается.
Эмотикон Леры сейчас :-|
Если далее она напишет банальное «как дела?» или «как ты?», то 8.16.18.1 вряд ли сможет настроиться на непристойный разговор. Нет, уж лучше сразу задать сексуальный тон общению, чтобы он знал, чего от Леры можно ожидать.
«мне аццки скушна, – продолжает она, – можт чонеть вместе замутем кросафчег?»
Лера терпеливо ждёт ответа около 15 минут. За это время ей невероятным образом удалось сдержать себя в руках и не отправить 8.16.18.1 кучу пошлых СМС, которые так и вертятся у неё на языке. И правильно делает. Рано тянуть удочку, когда рыбка ещё не успела толком проглотить наживку.
«превед мэганэкко109, – получает она наконец ответ от 8.16.18.1, – думал ты меня уже сафсем забанела110. гоу в анлайн-клубешнег там сёдня кульна111».
«спс112 дафай ща тока аденусь и йа фся твая», – поднимает Лера ставку сексмс.
«омг113 неужеле ты имеешь введу што ты бес адежды».
«а чо есле йа пакажу тебе то што емею введу, – ещё выше поднимает ставку Лера, – йа сняла с себя фсё и лежу под адеялам. тут так холадна. не хочешь пагреть меня?»
«хех ну ты жжошь не по деццки мэганэкко. ты случайна не кэп114? канешна хачу».
«Наканец-та клюнул, – думает Лера, – теперь можна переходить к болие канкретным действеям».
«o rly?115 тагда йа хачу штоп ты [глагол] маю [часть тела] нужные слава патстафь сам».
Следующего сообщения от 8.16.18.1 Лере пришлось ждать ещё минут 15.
«Неужеле саскачил? – с досадой думает она и собирается рвать на себе волосы. – Зря я навернае патарапилась с предыдущим сексмс».
Но не успевает она об этом подумать, как получает долгожданное сообщение.
«извени мэганэкко што йа так долга атвечаю но мая правая рука немнога занята».
Эмотикон Леры сейчас :-D
Похоже, ей всё же удалось поймать рыбку на крючок. И теперь самое время её подсекать. Лера приводит в боевую готовность тяжёлую артиллерию сексмс, чтобы нанести сокрушающе-возбуждающий удар по cerebral cortex116 8.16.18.1.
Она пишет:
«Сначала ты джойнишься117 к маему FTP серверу, штобы слинкануться118 са мной па пратаколу TCP, а йа выхажу анлайн и аткрываю тебе полный доступ к сваиму винту119. Ты же в эта время уже наченаешь нежна таптать маи батоны120 и кликать меня везде, где вздумаецца, пака не скачаеш весь мой зазипованный121 архив и не распакуешь ево пряма на свойом рабочем стале. Прежде чем аткрыть в нём папку, ты нежна вводишь свой лагин и пароль, а патом, медлена наченаешь сравневать хэш-суммы122 маих файлаф, успевая при этам ласкаво юзать сваим плагином па всему маему интерфейсу».
Эмотикон 8.16.18.1 сейчас (^3^)
В ответ он пишет Лере не менее оригинальную сексмс, больше похожую на программный код С++123 с комментариями, чем на любовное признание:
«do «
{
^} {^ «
(.) (.) «
8==> «
s=e+x «
i> *z «
^@^ «
х=8 «
j> n* «
(%) «
}
while (s <10617517)» «
Лера более чем польщена, поскольку знает, что 8.16.18.1 начинает писать на языке высокого уровня124 только тогда, когда он влюблён до потери всех кластеров125 в загрузочном секторе его мозга. Что ж, это как раз ей на руку. Пришло время просить исполнения заветного желания у пойманной рыбки.
Лера пишет:
«пачему бы нам не прадолжить в оффлайне? хачу штобы маи руки занялись чем небуть кроме смс».
8.16.18.1 по-прежнему пишет одной рукой:
«йа так вазбуждён што еле пешу не магу даждацця какда мы прадолжем этат разгавор вжевую».
«не тарапись кросафчег, фсё успеешь, – немного усмиряет его пыл Лера, – сначала зделай мне адно маленькае адалженее, а патом фся мая таблитса размещения файлаф в тваём распоряжении».
«для тебя мэганэкко всё што хочеж йа даже касплэйщеком126 гатоф стать».
«ок такда слушай меня внемательна…»
Через несколько часов на «мыло» Леры приходит несколько файлов от 8.16.18.1. Фотомонтаж, конечно, удался на славу. Здесь селфи на любой вкус: хелфи127, на котором Лера и Майли Сайрус демонстрируют свои новые причёски от Криса МакМиллана; груфи128 с Лерой и голливудскими звёздами на церемонии вручения «Оскара»; релфи129 с Лерой и Бредом Питтом; белфи Леры с американской светской львицей Ким Кардашян; бифи Леры с российской поп-певицей Нюшей; фелфи130 Леры с доберманом известной порно-актрисы Саши Грей; шуфис с Рианой и сагли с Мэрилином Мэнсоном; даже есть совместный лифтолук131 с Дмитрием Медведевым. В целом, сделано всё очень нячно, не подкопаешься. Именно этого, в принципе, она и желала, но почему же тогда во время просмотра этих профессионально подделанных селфи её эмотикон с *О* постепенно меняется на :-С?
«Што эта за стрёмные фотки? Я такова не заказывала! Кде лонданский Биг Бен на заднем фоне и развевающийся бретанский флаг на переднем? Фи… Никакой ванильности! И кде ф канце канцоф селфи с Настей Шевченко, Робертом Паттинсоном и Эмили Уэллс?» – молчаливо возмущается Лера и пересматривает фотки ещё раз, в надежде, что пропустила что-то стоящее.
«што за ганзятену132 ты мне преслал?» – с места в карьер пишет она 8.16.18.1.
«заначуешь севодня у меня мэганэкко. сугойно133 праведём время. йа такда тебе астальные аддам», – получает она в ответ.
Эмотикон Леры сейчас :-/, но она старается писать сдержанно, потому что по-прежнему нуждается в помощи.
«меня претки под замог пасадили. асвабадишь такда саглашусь».
«сагласишься на i> *z? х=8? j> n*? иле на фсё сразу?».
«сначала асвабади такда пасмотрим».
«прасти мэганэкко но мне такой лоликон134 не нужен. проще найти другуйу бисёдзё у каторай преткафф нет дома так што саёнара135».
«ты подлый бака ну и фапай в адиночестве перет сваим экраном манитора».
Эмотикон Леры сейчас D-:
За окном уже вечереет, а у неё до сих пор нет ни селфи для выполнения задания, ни даже плана по его выполнению. Что ж, придётся ей всё же прибегнуть к помощи Психолога, как бы дорого он ни оценил свою помощь.
По-прежнему находясь в бешенстве, Лера пишет ему:
«превет меня запирли ф комнате маи дебильные претки паможешь ат них исбавитса?».
В ответ лишь глухое молчание.
Проходит 5 минут, 10, 15. Ни ответа, ни привета.
«Вот падлец! – думает Лера. – Ниужэли и он меня кинул? И зачем я толька этат дагавор патписывала!»
Если бы науке была известна точка кипения Лериной злости, то она наверняка была бы выше, чем у вольфрама. В состоянии гнева она чуть не бросает свой смартфон об стену, но, вовремя опомнившись, аккуратно кладёт его на прикроватную тумбочку. Нельзя ни в коем случае допустить, чтобы с ним что-нибудь случилось, ведь смартфон для неё стал дороже всех друзей в соцсети. Да чего уж кривить душой – дороже даже родителей. Сейчас он её единственный шанс стать «Королевой селфи», и потерять его было бы верхом неразумности. Но куда тогда девать злость, которая кипит у неё внутри? Ответ на этот вопрос приходит сам собой, когда она бросает случайный взгляд на запертую вчера отцом дверь. В кровь Леры мгновенно выбрасывается адреналин, повышается давление и частота сердечных сокращений, а лицо становится ализаринового цвета. Со всей силы сжав кулаки, она набрасывается на дверь, словно разъярённый зверь. В ход идут все Лерины конечности, плечевые и коленные суставы, ногти, некоторые участки лобной области, а иногда даже зубы. Но дверь, увы, не поддаётся её гневу, каждый раз невозмутимо встречая её мягкое и упругое тело своим жёстким и ко всему готовым прочным царговым корпусом.
Эмотикон Леры сейчас :-@. Жаль только, что никто не способен это услышать.
Наконец, обессилев, Лера, тяжело дыша, падает на кровать. Ей жутко хочется сейчас зареветь, но, как она ни старается напрягать свои слёзные железы, не может выдавить ни одной слезинки. Батарея Леры оказывается почти полностью разряженной, поэтому она вынуждена перейти в режим экономии энергии, жертвуя при этом своей производительностью. Было бы очень кстати, если бы Лера сейчас смогла достать из-под кровати очередную энергетическую заначку в виде кофеиносодержащего стимулятора бодрости, но она, как назло, не способна даже пошевелиться, словно у неё неожиданно начинает развиваться синдром «запертого человека». Лишь её глазные яблоки, чем-то отдалённо напоминающие веб-камеры, ещё способны в реальном времени фиксировать изображения. Но и в них постепенно гаснут огоньки-индикаторы.
Неожиданно становится очень темно, настолько, что Лера даже не сразу понимает, открыты у неё глаза или нет. Ей почему-то начинает казаться, что она находится в замкнутом пространстве, быть может, даже в гробу, закопанном глубоко под землёй. Страх железными тисками тотчас сковывает её тело, не позволяя пошевелиться. И это, наверное, к лучшему, поскольку сейчас в кромешной тьме любое движение может стать для Леры опрометчивым. Через пару минут, когда её палочки и колбочки начинают генерировать менее белый родопсин136, она, наконец, начинает различать очертания предметов.
Эмотикон Леры сейчас :-)
Оказывается, она лежит на кровати в своей комнате, а за окном уже поздняя ночь. Но это абсолютно иррационально, ведь ещё минуту назад был день. Перебрав в голове все известные ей причины подобного явления (вплоть до солнечного затмения), Лера делает вполне логичный вывод, что она находится во сне. А как ещё объяснить то, что совсем недавно она от усталости не могла даже моргать, а теперь заряд её аккумулятора восстановлен до 100%. Неужели, когда Лера находилась в режиме OFF, кто-то смог поставить её на зарядку, словно смартфон? Даже если и так, то это никак не объясняет высокую скорость такой зарядки. Решив оставить разгадку этой головоломки на потом, Лера поворачивается на правый бок и неуклюже пытается нашарить рукой свой смартфон, оставленный ею на прикроватной тумбочке, но странные звуки, доносящиеся из-за двери, заставляют её на время застыть в довольно неудобной позе, напоминающей пловца кролем во время взмаха рукой для гребка. И вовремя, потому что в темноте она чуть не ныряет рукой в тарелку с уже холодным супом, по-видимому, оставленным матерью во время Лериного непреднамеренного сна. Её же верный друг смартфон лежит чуть поодаль и с нетерпением ждёт приказов своей хозяйки.
Поначалу звуки напоминают Лере бессмысленное бубнение. Но постепенно она начинает различать в этой кажущейся сперва однообразной звуковой каше новые оттенки. И уже совсем скоро становится ясно – где-то в дальней комнате, а скорее всего на кухне, говорят трое. Причём двое из них, чьи взволнованные голоса явно выделяются на фоне третьего, однозначно её предки. Несмотря на то, что их голосов она не слышала уже много лет, Лера с лёгкостью узнаёт лирический баритон отца и драматическое меццо-сопрано матери, словно эта информация всегда хранилась в ячейках её постоянной памяти, просто она к ней долгое время не обращалась. Но ведь в их доме уже давно действует вербальный запрет. Что же такое могло случиться, если впервые за столько лет предки нарушили его? К чему гадать, наверняка Лера просто спит и всё это ей снится. По крайней мере, это самый простой ответ на поставленный каверзный вопрос.
Лера, наконец, отмирает и берёт в руки свой любимый смартфон. Щурясь от ярко светящегося экрана, она с трудом пытается различить цифры, которые показывает приложение точного времени. Оказывается, сейчас уже третий час ночи. Вряд ли часовой пояс в приложении мог самопроизвольно измениться. Остаётся тогда один вывод: Лера провела в состоянии сна почти четверть суток, хотя ей показалось, что в реальности прошло всего несколько минут. А это значит, что до окончания срока выполнения задания турнира остаётся менее пяти часов.
Эмотикон Леры сейчас (V_v)
«Нет, эта точна не сон, – думает Лера и для большей уверенности в истинности собственного умозаключения больно щипает себя за руку. – Но кто жэ такда мок прейти к предкам в такой позний час?»
Она на цыпочках подходит к двери. Взвесив все «за» и «против», свет решает пока не включать. А вдруг грабитель или какой-нибудь сексуальный маньяк пробрался в квартиру. Наверняка он только того и ждёт, чтобы Лера выдала ему своё присутствие. Нет, уж лучше перебдить, чем недобдить (как частенько любил поговаривать её дед, когда Лера была ещё маленькая). Она крепко прижимается к двери ухом и прислушивается, но особого результата это не даёт. Бубнение усиливается, но вместо гармонического звукоряда Лера слышит лишь какофонию. И всё же с горем пополам ей удаётся узнать третий голос.
Эмотикон Леры сейчас :-)))))
«Наканецта! А то йа думала он ужэ не придёт», – думает Лера и облегчённо вздыхает.
В своих мечтах она рисует незамысловатые картины. На первой изображена бытовая сцена на кухне. На переднем плане злорадно ухмыляется Психолог (как всегда, «по умолчанию» одетый в костюм песочного цвета), словно при венчании на царство торжественно держащий в правой руке моток крепкой верёвки, а в левой – свою курительную трубку. Его хищный взгляд направлен в сторону Лериных родителей, в страхе прижавшихся друг к другу и забившихся в угол между стеной и холодильником. На второй Психолог, уже успевший их привязать к стульям и заклеить рты скотчем, с важным видом читает им лекцию о том, как строгое воспитание негативно сказывается на хрупкой детской психике. Третья картина представляет собой портрет родителей Леры крупным планом. Глаза их наполнены ужасом и одновременно сожалением о ранее содеянном со своей дочерью. Теперь их ждёт то же наказание. Они сидят взаперти в своей спальне, без доступа к Интернету, без всех своих суперсовременных телефонов и гаджетов. В кромешной тишине. Один на один с кризисом среднего возраста.
Эмотикон Леры сейчас *О*
Пока Лера строит воздушные замки, подслушивая под дверью, бубнение на кухне неожиданно прекращается и начинается какая-то возня. Затем раздаётся громкий хлопок, а следом глухой грохот, будто на пол уронили что-то тяжёлое и мягкое, возможно боксёрскую грушу с песком или мешок с мукой. Или человеческое тело. В ту же секунду она слышит истошный меццо-сопранный крик, который резко обрывается очередным хлопком. А потом наступает абсолютная тишина, прерываемая лишь звуками биения Лериного сердца.
Поначалу Лера радуется, предвкушая свою полную свободу действий и долгожданную независимость от родителей. Уж теперь-то никто не помешает ей делать то, что вздумается: курить, не вылезая из постели, сидеть в соцсетях всю ночь и, конечно же, селфить столько, сколько хочется.
«Так вам и нада, хех! Теперь сами пасидите и падумайте о свайом павидении, можэт атпадёт ахота сажать миня под дамашний арест», – злорадствует она.
Но коварная тишина, подобно малой концентрации монооксида углерода, незаметно для Леры проникает через слуховые каналы и дыхательные пути в её организм, нарушая биохимическое равновесие в тканях, вызывая тошноту и головокружение. Странно, за столько лет, проведённых с родителями практически в полной тишине, Лера, по идее, должна быть обладательницей неслабого к ней иммунитета. Но разве можно привыкнуть к полному отсутствию любого акустического шума? Разве можно с этим смириться? Лера пока не может. Поэтому буквально прирастает ухом к двери в надежде услышать хоть что-то, помимо течения крови по своим кровеносным сосудам.
Странно! Никакой возни, ни шагов, ни голосов… Ни звука. Может быть, все эти непонятные хлопки и голоса на кухне было не что иное, как слуховая галлюцинация? И всё на самом деле совсем не так, как Лера себе представляет. А значит, Психолог вовсе не пришёл к ней на помощь, а родители не разговаривали с ним на кухне. А значит, никто их не связывал, и не заклеивал им рот, и уж тем более не запирал их в спальне. Наверняка они прямо сейчас преспокойно спят на своём супружеском ложе и видят сны.
Эмотикон Леры сейчас %0
Что ж, если звуки, доносившиеся с кухни, действительно были лишь плодом её больного воображения, то тогда у неё есть шанс попытаться открыть дверь какими-нибудь сподручными средствами, пока родители спят. Хотя нет, лучше не рисковать. А вдруг они не спят, а занимаются сексом, просто ведут себя тише прежнего. Лера даже не удивилась бы, узнав, что их невербальное общение уже давно достигло своего апогея, при котором оргазм достигается при помощи текстовых сообщений. Если они услышат, как их дочь пытается выбраться из заточения, то снова отберут смартфон, и уж тогда о выполнении пятого задания турнира нечего будет и мечтать.
Так что же ей теперь делать?
Ответ на этот вопрос приходит к Лере в виде входящего СМС-сообщения на её любимый смартфон. Происходит это настолько неожиданно, что, глубоко погружённая в свои мысли, она чуть не описывается от страха, когда в её руке внезапно начинает вибрировать телефон.
«Апять какой небуть бака спамит137», – думает Лера, открывая сообщение.
Но ошибается. Его прислал Психолог.
«
Эмотиконы Леры сейчас 8-O и (> x
Омг! И как она могла забыть посмотреть в прейскурант Психолога, прежде чем просить его о помощи! Лера пытается посчитать, сколько на её счету останется после снятия этой баснословной суммы, но никак не может припомнить последнее значение своего баланса. По её примерным подсчётам, у неё сейчас осталось чуть больше половины лайков, заработанных ею за все предыдущие дни турнира. Не так уж и много, учитывая, что в последнее время удача, как назло, отвернулась от неё. Именно поэтому ей ни в коем случае нельзя опускать сейчас руки. Необходимо как можно быстрее воспользоваться своей свободой, чтобы восстановить, а ещё лучше приумножить количество своих лайков, оставив конкурентов далеко позади. Но для этого…
Стоп! О какой свободе идёт сейчас речь, когда Лера по-прежнему находится взаперти?
«ты забыл миня выпустить так што вазвращайса и аткрой мне эту чортову дверь а то йа ужэ запарелась тут», – пишет она Психологу.
И через некоторое время получает ответ:
«Извини, Rainy Girl, но это не входило в мои планы, тем более что в тексте твоей просьбы не было ни единого слова про твоё освобождение. Если хочешь, я выполню и эту просьбу, но она будет стоить тебе ещё 1000 лайков».
Эмотикон Леры сейчас :-C
«пачиму так дорага?»
«Уж извини – ночной тариф. К сожалению, я тоже вынужден иногда спать, чтобы качественнее выполнять свою работу».
«ну и хрен с табой сама бес тваей помащи выбирусь».
Лера вскакивает, словно ужаленная, и снова с досады чуть не швыряет смартфон о стену. Она до глубины души возмущена меркантильностью Психолога, хотя саму в первую очередь заботит лишь рейтинг в турнире да количество лайков на расчётном счёте.
Но больше всего её возмущает собственное бездействие и стремительно развивающаяся абулия138. Неужели какой-то кусок деревяшки способен стать преградой между ней и её стремлением к победе? Нет, она этого ни за что не допустит!
Эмотикон Леры сейчас D-:
Теперь она твёрдо решила самостоятельно открыть эту до смерти надоедливую дверь. Любым из доступных ей способов. Если потребуется, она готова даже прогрызть в ней дыру, лишь бы поскорее вырваться наружу. Настолько ей осточертело безвылазно сидеть в комнате. Лера понимает, что решение проблемы с дверью сейчас не имеет первостепенное значение, поскольку времени на выполнение задания турнира остаётся очень мало, но есть одно обстоятельство, которое настойчиво склоняет чашу весов явно в пользу двери. Дело в том, что Лера давно не справляла малую нужду или, как она сама часто любит говорить, не «отправляла СМС». И на полу в своей комнате она это делать однозначно не собирается.
«Главнае не нервнечай, не савершай реских двежений и всё будет нячна», – мысленно успокаивает сама себя Лера и включает в комнате свет.
Она ещё раз внимательно осматривает ненавистную ей дверь. Похоже, открыть её будет непросто. Но на помощь, как и всегда, приходит второй самый верный друг Леры (после любимого смартфона, естественно) – Интернет. Несколько минут она скрупулёзно изучает варианты взлома межкомнатных дверей. Несложных способов вскрытия, чего и следовало ожидать, великое множество. Главное, что не нужно прибегать к полному демонтажу. Достаточно лишь наличие нескольких вспомогательных предметов, многие из которых, например толстая шпилька, длинная линейка, пластиковая карта и пилочка для ногтей, в Лерином арсенале имеются. Жаль только, что все они находятся в другой комнате.
Эмотикон Леры сейчас :-@
Она несколько секунд молча смотрит на дверь, словно гипнотизируя её своим уставшим и полным отчаяния взглядом, а потом что есть силы снова начинает молотить по ней кулаками. Но дверь, как обычно, уйдя в глухую оборону, достойно отражает её контратаку, отвечая неподвижным безмолвием. На этот раз первоначальный запал Леры довольно быстро пропадает. От безысходности она сползает вниз по глухому дверному полотну, совершенно случайно ухватившись за дверную ручку и мягко опустив её вниз.
И (омг!!!) дверь неожиданно открывается!
Эмотикон Леры сейчас 8-O
Она тяжко оседает на пол и с изумлением смотрит в проём, где несколько секунд назад ещё была царговая преграда. В это время в голове Леры всплывает многомерный динамический массив ругательств, который она просто физически не успевает проиндексировать. Неужели всё это время дверь была открыта и она в любой момент могла спокойно выйти?! Нет, не может этого быть! В последний раз, когда Лера видела свою мать, дверь однозначно была заперта на ключ. Когда мать принесла ей смартфон и завтрак, она открыла её ключом, а потом закрыла на два оборота. Это точно. Лера помнит, как раздались два чётких щелчка. А что было позже? Увы, она не припоминает, чтобы слышала подобные щелчки ещё раз. Единственным чёрным пятном в её памяти остался непреднамеренный сон после первой рукопашной борьбы с дверью. Лера в это время спала как убитая, поэтому ничего не слышала. Наверняка именно тогда мать приходила во второй раз и принесла ей тарелку супа, а потом, уходя, просто забыла закрыть дверь. Она часто что-нибудь забывает. Или всё же сделала это нарочно, чтобы дать своей дочери возможность сбежать?
Эмотикон Леры сейчас (> _>)
Несомненно, здесь есть над чем поразмыслить. Но сидя на полу делать это не обязательно, когда в квартире есть специализированное место, где совершенно спокойно и с полным комфортом можно это сделать. К тому же там тоже ловит вай-фай, а для Леры это одно из самых значимых условий комфортности её жизнедеятельности.
Процедура низкоуровневого форматирования139 Леры через BIOS140 проходит весьма продуктивно и на удивление очень быстро. Она не только успевает отправить СМС, но и придумывает план, как ей сделать селфи со знаменитостью без посредников, причём не выходя из квартиры. Конечно, если не помешает её единственный на данный момент враг – время. Но прежде Лере не терпится утолить свой никотиновый голод. Вряд ли отец смог отыскать все её заначки, поэтому вполне возможно, что ей удастся найти хотя бы одну сигаретку. Хотя всем известно, что каплей воды невозможно потушить жерло вулкана.
Последовательно включая в комнатах свет, Лера осматривает свои тайники, но они, как назло, оказываются пустыми. Непроверенным остаётся лишь один, но он находится в родительской спальне. Кому-то может показаться, что идея спрятать сигареты в таком месте схожа с бредом параноика. Но, как показывает практика, то, что находится под самым носом, зачастую оказывается самым неприметным. Как бы не в фокусе. Ко всему прочему, родители Леры склонны к воспитательской близорукости. Они уделяют дочери катастрофически мало внимания, практически вычеркнув себя из её жизни. Да, они её поят, кормят, одевают. Да, они дают ей деньги на карманные расходы. Но на этом, в сущности, их родительские функции заканчиваются. По сути, её просто выращивают, как какую-нибудь плодовую овощную культуру. Только делают это без самого значимого удобрения в жизни любого человека – любви. Лера даже не может вспомнить, когда последний раз получала на свой телефон сообщение «я тебя люблю» хотя бы от одного из них. И уж тем более слышала эти слова в свой адрес. Именно поэтому она часто чувствует себя подобно Сэму Уиту141. Особенно когда ей ежедневно приходится наблюдать пустые взгляды родителей, устремлённые сквозь неё. Несмотря на то, что она до сих пор скрывает от них своё пристрастие к сигаретам, ей кажется, что если бы она даже курила им прямо в лицо, они не обратили бы на неё никакого внимания.
Целиком поглощённая желанием покурить, Лера не сразу замечает, что в квартире по-прежнему стоит жуткая тишина. Но ведь если Психолог оставил её предков связанными в спальне, они должны подавать хоть какие-то признаки жизни, несмотря на то, что являются приверженцами невербального общения. Возможно, он вколол им лошадиную дозу снотворного или сильно надавил им на сонную артерию и они потеряли сознание. Или просто вырубил их, саданув по голове что есть силы. Судя по его прейскуранту, всё это цветочки по сравнению с тем, на что он реально способен. Но Леру это нисколечко не пугает. Она вообще довольно спокойно и равнодушно размышляет о том, что могло статься с её предками. По идее, ей как минимум должно быть их жаль. Но, по сути, Лере просто на них наплевать. В конце концов, яблоко от яблони недалеко падает.
«А фдруг ани ваще дуба дали? Такда блин накрылась мая зеркалка на денюху. И кто мне щас будет аплачевать инет и давать баблы на тусы? Вот аблом!» – рассуждает она.
Подойдя на цыпочках к двери родительской спальни и приложив к ней ухо, Лера ровным счётом ничего не слышит. Боязливо приоткрывая дверь, она долго и тщетно пытается вглядеться в кромешную темноту, но в комнату входить не решается. Нет, она далеко не робкого десятка. И боится вовсе не темноты, а того, что она за собой скрывает. Как бы она ни относилась к своим предкам, но увидеть их порубленными на куски ей бы не хотелось. Однако, встроенный механизм биологических часов в очередной раз напоминает Лере о том, что ей нужно поторапливаться, и она скрепя сердце наконец решается включить свет.
То, что она видит перед собой, никак не может уложиться в её голове. Она ожидала увидеть всё, что угодно, в том числе изувеченные тела родителей, которые можно опознать лишь по зубным коронкам, или самое настоящее кровавое месиво с вывернутыми наизнанку кишками. Она морально была готова к худшему развитию событий. Но не к тому, что предстало перед её взором.
Эмотикон Леры сейчас 8-O
Спальня пуста. В ней никого нет. NULL. Постель аккуратно застелена, и на ней нет ни капельки крови. Но где же тогда Лерины родители и что с ними сделал Психолог? Убил? Продифференцировал?
«А, пофиг! Какайа разнеца? Зато не будут мишаца под нагами! Хатя, есле увижу ищо рас этава Психолага, то можэт и спрашу ево ради преличия. А щас главнае выиграть этат турнир. Вот стану „Каралевай селфи“ – и весь мир будет у маих ног!» – наивно рассуждает Лера.
Но прежде нужно обязательно покурить. Мир её подождёт, а вот никотиновая зависимость ждать не будет. Ей всё сразу и сейчас подавай! Лера приближается к родительской кровати. Именно под ней спрятана её заначка, прилеплена скотчем к тыльной стороне одной из боковин основания. Конечно, это не самое лучшее место, где можно спрятать сигареты, но зато надёжное. Лера знает, что если поднять матрац, то даже через ламели спрятанная ею пачка будет видна как на ладони, однако, мать переворачивает матрац всего лишь один раз в 3 месяца и исключительно утром по воскресеньям. Так что, зная этот нехитрый график, легко успеть перепрятать сигареты на время в другое место, например приклеить под сиденье стула.
Лера достаёт долгожданную пачку и, облизываясь, вынимает сигарету. Её эмотикон тотчас становится :-Q. Прямо в спальне родителей.
«А чо, им жэ щас всё равно!» – думает она.
Поджигает, подкуривает, жадно затягивается… Сизыми эллипсами выдыхает дым.
После нескольких минут, проведённых в раскавае, Лера наконец-то готова к труду и обороне. Она снова слышит в своей голове вопли беснующихся фанатов, в едином порыве скандирующих её имя. Они хотят, чтобы она своим очередным селфи порвала весь Интернет. Да без проблем! Ведь стать знаменитым в 21 веке может абсолютно любой человек всего лишь за 15 минут. В этом Энди Уорхолл был чертовски прав. Но он не знал, что упасть с пьедестала виртуальной славы можно ещё быстрее. Теперь Лера сама ощутила это на своей шкуре. Но ничего, она наверстает упущенное. Она кровь из носу
Итак, от Леры требуется сделать селфи со знаменитостью. Ясное дело, что ночью, всего лишь за несколько часов до окончания задания, она не сможет его эффективно выполнить, даже если бы в её городе находился музей Марии Тюссо. А если и сумеет, то получит очень мало лайков. Как же тогда ей быть? Лера в смятении. Она даже стала подумывать о том, чтобы всё-таки воспользоваться поддельными селфи, которые ей сделал 8.16.18.1. Но, если подумать, откуда у ванильной девочки из какого-то Мухосранска142 могут быть фотки с голливудскими звёздами или доберманом Саши Грей. Как бы профессионально не были сделаны эти селфи, они явно поддельные. И чтобы понять это, не обязательно быть экспертом. Поэтому после непродолжительного раздумья Лера всё же решает пойти другим путём. Она хочет попросту «примерить» на себя лица знаменитостей. Сделать что-то наподобие проекта Sleeveface143. Конечно, это тоже своеобразный монтаж, только не на компьютере, а вживую. Если делать всё аккуратно, то может выйти очень даже неплохое селфи. Жаль, что у неё совсем нет виниловых пластинок. К тому же ей в одиночку всё равно не удастся правильно совместить лицо на обложке со своим. Зато у неё есть другая идея. Обложку пластинки можно заменить её любимым смартфоном, а остальное – дело техники. Во-первых, нужно выбрать в инете фото какого-нибудь знаменитого человека, только чтобы его лицо было крупным планом. И ещё желательно, чтобы его цвет волос и причёска совпадали с Лериными. Во-вторых, поставить это фото на смартфон в качестве заставки и, стоя перед зеркалом, путём проб и ошибок попытаться «примерить» это фото на своё лицо. В-третьих, выложить полученное селфи на сайт турнира и тупо ждать. Авось создатели сжалятся над ней и подбросят за оригинальную идею на её счёт хотя бы несколько сотен лайков. Было бы кульно!
На всё про всё у Леры уходит не больше получаса. Из гросса144 селфи, что у неё получились, она выбирает в итоге лишь тройку самых удачных и незамедлительно выставляет их на сайт турнира. До 7 утра она не смыкает глаз, следя за продвижением своего никнейма по турнирной таблице. Снова нервничает, пьёт кофе и курит сигареты. Ещё бы! Ведь на кону её настроение на весь день. Но чуда не происходит. Как бы всеми фибрами своей души ни желала этого Лера. В итоге (и то благодаря её предыдущим заслугам) она оказывается на третьем месте. И её разрыв с некой LиLе4k@, победительницей этого этапа турнира, довольно внушительный.
Эмотикон Леры сейчас (V_v)
Из любопытства она решает посмотреть, что же такого могла сделать эта выскочка, что её поместили на первую строчку рейтинга. Лера смотрит на многочисленные селфи LиLе4k@ с мировыми знаменитостями со всего света. Всего их 70. Ей даже удалось сфотаться с такими неуловимыми личностями, как Томас Бенгальте и Ги-Мануэль де Омем-Кристо145, которые не любят показывать свои лица публике, скрываясь под масками футуристических роботов. И, самое главное, все селфи LиLе4k@ – не подделка. Неудивительно, что её осыпали лайками прямо с головы до ног.
«Тожэ мне Ванесса Скай Эллис146, блин. Нечево, мы ещо пасмотрим кто каво!» – мысленно возмущается Лера.
Она по-прежнему не теряет надежды и ждёт лайкового бонуса от создателей турнира. Она даже не задаётся вопросами, кто вообще такие эти создатели, зачем они всё это устраивают и чего в итоге хотят добиться. Лере всё это по барабану. У неё есть свои причины участия в этой вакханалии – стать знаменитой, узнаваемой, чтобы её все уважали и любили. К сожалению, ей не дано понять, что, достигнув первой половины своего желания, она может за всю свою жизнь никогда не добиться второй. И в этом никакие лайки ей не помогут.
Но Лера всё равно продолжает ждать.
И надеяться.
И верить.
