– Он был замечательным человеком, – начал он. – Справедливым, целеустремленным. И у него была потрясающая сила воли, это всегда восхищало меня в нем. Мне кажется, ничто не могло сломать его. Даже я чувствовал себя… защищенным рядом с ним, не говоря уже о том, какую веру он мог вселить в свой народ. Но кроме этого, он был замечательным отцом. И я знал, что он по-настоящему любил меня… и уважал. И гордился мной, – Плоидис вздохнул. – Это очень много значило для меня. Он был примером для подражания… не каждый отец может стать таким для своих детей. Чаще мы отмечаем в родителях те качества, которые не хотели бы повторить, – Плоидис помолчал немного и продолжил. – А теперь оказывается, что он был еще и романтиком. Брак с Аолиттой был чистой воды политикой, а вот моя мать… Помнится, он рассказывал мне, что она была его первой любовью, но он никогда не говорил мне, насколько он был влюблен. Эти письма тронули меня, – сказал Плоидис с печальной улыбкой. – Я увидел его таким, каким он был в моем возрасте… таким, каким никогда не видел его сам. Это всегда так странно, осознавать, что твои родители когда-то тоже были молоды, чувствовали так же ярко, и совершали те же ошибки, и так же были уверены в том, что они – первопроходцы на этом пути, хотя эта дорога уже была исхожена миллионы раз до их появления, – Плоидис взглянул на Иллиандру. Она внимательно слушала его, и глаза ее были полны участия и понимания. Однако король вдруг нахмурился: – Простите, Илли, я, похоже, забыл, зачем Вы пришли сюда. Думаю, нам пора заняться делами.
– Конечно, как Вы пожелаете, – сказала Иллиандра и тихо добавила: – Вы можете доверять мне, Ваше Величество. Я никогда не предам Вашего доверия.
Плоидис сощурившись посмотрел на Иллиандру.
– Я знаю, Илли, – мягко сказал он и обратился к стопке бумаг, лежавших перед ним. – Но давайте все же перейдем к делу. Нам многое предстоит обсудить сегодня.
– Ди, перестань вертеться. Я неровно заколю тебе локон, – Иллиандра уже больше часа сооружала на голове подруги высокую вечернюю прическу к балу в честь дня рождения принцессы Иоланты.
– Я не могу столько сидеть не двигаясь, – пробурчала Диадра, впрочем, выглядела она довольной. – К тому же, Илли, ты сама не успеешь собраться.
– Какая разница. Ведь это ты хочешь покорить сердце короля, а не я, – легкая тень облачком пробежала по лицу Иллиандры, но тут же исчезла, не успев даже отразиться в зеркале. – Ой, извини, я уколола тебя? У меня рука дрогнула.
– Ничего, – ответила Диадра, разглядывая свое отражение. Иллиандра долго подбирала ей платье и украшения к нему, прежде чем остановилась на том, что ей действительно понравилось. Диадра же одобрила выбор подруги с первого взгляда, отметив, что у Иллиандры был отменный вкус.
– Ну все, – сказала Иллиандра, отходя на шаг и любуясь своей работой. – Сейчас еще только немного пудры и кармина – и никто не устоит перед тобой, будь он хоть трижды королем.
– Илли, – смущенно проговорила Диадра, заливаясь краской.
Иллиандра усмехнулась, но на мгновение в ее глазах блеснул грустный огонек. «Зачем я вновь делаю это?.. – виновато подумала она. – Ох, Ди, милая, прости меня… я так запуталась. Я знаю, как ты обидишься, если узнаешь, что я чувствую к нему… а между тем, какая разница?.. Мы обе живем лишь напрасными надеждами… он ведь король, Ди. Он король. Кто мы для него?.. Всего лишь две провинциальные девушки, которые по случаю слишком надолго загостили в его дворце…»
Иллиандра быстро оделась и, почти не глядя в зеркало, нарочно небрежно заколола волосы.
«Вот так, – злобно сказала она себе. – В таком виде можешь и не надеяться, что он обратит на тебя внимание».
– Эй, Илли, что ты сотворила у себя на голове? – спросила Диадра, подходя к ней и вытаскивая из ее волос все заколки. – Садись, я сделаю тебе нормальную прическу.
– Ди, зачем ты это сделала? – расстроено проговорила Иллиандра. – У меня была хорошая прическа.
– У тебя волосы торчали в разные стороны, – ответила Диадра, беря в руки расческу. – Или ты ослепла, или перетрудилась над моей головой.
Диадра постаралась на славу, но Иллиандре это не принесло радости.
– Илли, что с тобой? – заботливо наклонилась к ней Диадра.
– Что? – Иллиандра вздрогнула, но тут же улыбнулась. – Все в порядке, Ди. Просто задумалась, – Иллиандра встала. – Давай я тебя накрашу.
Бал был не очень пышным – после нападения на Авантус денег все еще было немного, да и те король хотел потратить на более разумные цели. Тем не менее, шампанское и музыка делали свое дело: к полуночи веселье было в самом разгаре.
Иллиандра танцевала вальс с Плоидисом. Она дала себе слово, что не будет танцевать с ним больше одного танца – и тем не менее, это был уже третий, и она чувствовала, как трясина отчаяния все больше затягивает ее. Зачем, зачем она позволяет себе это?.. Как же должна она справиться с этими глупыми чувствами, когда видит так близко его теплые глаза?..
– Вам уже наскучили танцы, Илли? – спросил вдруг Плоидис, и Иллиандра удивленно подняла брови.
