– Не буду спорить с Вами, – сказал он. – В политике я не силен. Но меня больше интересует то, что происходит рядом, чем за семью морями. Я надеюсь, Ваш план сработает. Завтра же мы приступим к его выполнению. А сейчас, думаю, Вам пора возвращаться, – он взглянул на Элеонору. – Не хочу, чтобы на меня совершили набег из-за украденной принцессы.
Элеонора смущенно покраснела. Иллиандра улыбнулась:
– Я подожду тебя у привязи, – сказала она. – До свидания, Ренос.
Вечером Иллиандра, лежа в постели, в который раз обдумывала свой план. У нее уже сложились отдельные строки письма, адресованного королю, и она все добавляла к нему различные детали. Сожаления, поселившиеся в ее душе спустя несколько дней после того, как она покинула Авантус, уступили место воодушевлению.
«Я смогу, – сказала она себе, глядя в темный потолок своей комнаты. – Да, я смогу. И пускай мы не будем вместе – но я буду помогать тебе, Плоидис. Я всегда буду рядом. Пусть даже ты никогда не будешь знать об этом».
– Ну, что же, – сказала Иллиандра, оглядывая людей, выстроившихся напротив палаток. Эта сцена напоминала ей смотр стражи в Авантусе: однажды дядя Рошар пригласил их с Диадрой на такой. Только сейчас перед ней были не тренированные солдаты в форме и с мечами, а оборванные бездомные, да и сама она не слишком походила на капитана гвардии в этом глухом лесу. – Мы разработали план. Ренос и Элеонора, – Иллиандра с благодарностью взглянула на них, – зная вас лучше, чем я, распределили вас по деревням. Нужно опросить как можно больше людей. И не забывайте записывать, иначе легко спутать все в голове.
– Записывать? – переспросил кто-то, и Илли удивленно взглянула на него, но, обведя взглядом остальных, едва слышно вздохнула и отступила на шаг.
– Вы не умеете писать, верно? – огорченно сказала она и оглянулась на Элеонору.
– Ренос умеет, – ответила Элеонора. – Может быть, еще кто-то?
Джане неуверенно подняла руку. Остальные лишь покачали головами.
– Хорошо, – сказала Иллиандра, вновь обретая свою привычную бодрость духа. – Придется немного задержаться.
– Ты собираешься обучать их грамоте? – тихо спросила Элеонора. – Да на это уйдет не один месяц.
– Что ж, придется им пройти ускоренный курс, – слегка улыбнулась Илли. – Конечно, многому мы их не научим, но по-другому нельзя. В их головах в миг все перепутается, – и она, обращаясь к толпе, громко спросила: – Кто из вас может сейчас написать хотя бы одну цифру, здесь, на песке?
Несколько человек неуверенно вышли вперед.
– Ну же? – чуть нахмурилась Иллиандра. – Смелее!
Люди несмело присели на землю и принялись аккуратно выводить пальцами кривые линии.
– Илли, это будет непросто, – заметил Ренос, наблюдая за их усилиями.
– А кто говорил другое? – посмотрела на него девушка. – Конечно, мы не станем учить их письму. Достаточно будет цифр и нескольких простых рисунков.
К ним подошла Джане.
– Илли, так мы не скоро станем шпионами, – расстроенно проговорила она. – Их придется долго учить.
– Не торопись, Джане, – Илли улыбнулась и потрепала ее по плечу. – Успеется. Какие же будут шпионы без умения записать то, что увидел?
– А мы уже даже придумали тебе тайное имя, – печально сказала Джане.
– Мне? – удивилась Иллиандра, скрывая внезапную усмешку.
– Да, – Джане улыбнулась. – Ты ведь пришла, чтобы спасти нас… поэтому мы решили, что будем называть тебя Архитогор.
– Архитогор? – переспросила Илли. – Да, я помню эти древние легенды. Но ведь это мужское имя…
– Вот именно, – довольно произнесла Джане. – Чтобы никто не догадался.
Иллиандра вновь сдержала усмешку, а Элеонора вдруг сказала:
– Да, по-моему, это звучит очень неплохо. Молодец, Джане. А сейчас иди и проверь, что нарисовали там наши друзья.
– Немного пафосно, ты не находишь, – с усмешкой сказала Иллиандра, как только Джане отошла. – Архитогор, великий страж справедливости и милосердия… «озаренный солнцем», так, кажется, переводится его имя?
– Да, – улыбнулась Элеонора в ответ. – Но ведь они хотят быть настоящими шпионами. Со всеми этими тайными именами, секретными знаками и прочей романтичной ерундой. И пускай для того, чтобы расспросить людей об урожае, всего этого не требуется, и пусть это не шпионство вовсе – они хотят в это верить. Ты понимаешь, к чему я, Илли?
– Да, – кивнула Иллиандра с одобрительной усмешкой. – Пожалуй, ты права. Что ж, пусть в жизни будет немного романтики, даже если работа наша будет чересчур банальна.
– Значит, отныне мы – Братия Архитогора, – усмехнулся Ренос и, оглянувшись на своих подопечных, добавил: – Кажется, там какая-то суматоха. Что ж, пойдемте, – он улыбнулся и внезапно подмигнул: – Пора учить наших собратьев тайному языку знаков.
Роэл сидела у окна и, закутавшись в огромный плед, читала книгу. В камине потрескивал огонь, и Роэл, оторвавшись от чтения, вгляделась в его яркие, метавшиеся языки. Они прыгали, извивались, возникая то в одном месте, то в другом, неожиданно, непредсказуемо, и вновь исчезали, вспыхивая и угасая.
«Надо же, он никогда не повторяется», – подумала Роэл, не отрывая взгляда от огня.
