– Средне, – покаялась Аня. – Я не самый лихой водитель, осторожный очень, могу засмотреться, задуматься, отвлечься, поэтому и осторожничаю, – и похвалилась, компенсируя признание: – Зато в аварии ни разу не попадала, хотя стаж у меня больше десяти лет.
– Давайте я вас отвезу, – внезапно предложил Северов. – Мне тоже надо бы в Питер. И на моей машине проще проехать по тем местам и дорогам, куда вы собрались.
– Антон Валерьевич… – пришла в полное замешательство Анна, – …это как-то неудобно. Зачем вам кататься, это же километров пятьсот выйдет, не меньше?
– Я в отпуске и свободен в ближайшее время, места там сказочно красивые, с удовольствием полюбуюсь, и мне так будет спокойней.
Он уже принял решение, поняла Аня, и не отступится, потому что ему на самом деле так будет спокойней. И, поняв это, она в момент перестала сомневаться, удивляться и пытаться отговаривать этого добровольного помощника.
– Хорошо, – легко согласилась Анна. – Тогда выезжаем в шесть утра.
– Я за вами заеду.
– На этой вашей страшно загадочной машине? – вдруг улыбнулась она совсем по-девчоночьи.
– На ней, – кивнул Северов и, попрощавшись, вышел за калитку ворот.
– Антон Валерьевич вызвался отвезти меня завтра в Питер, а после в лагерь за Ромой, а оттуда привезти нас в «Озерное», – вернувшись в дом, сообщила Анна о предложении соседа.
– Ну, где-то так я и предполагала, – не удивилась ни разу тетушка Александра.
– А вы не забыли, что его подозревают в убийстве того несчастного? И мы этого человека совсем не знаем. А ты так легко согласилась с ним ехать бог знает куда, – высказала свои опасения Лена.
– Он этого не делал, – отмахнулась от обвинения как от ерунды Аня и напомнила, в свою очередь: – Меня тоже подозревают, ну и что? И, кстати, просили поселок не покидать, а я уматываю, почти в ночи.
– Ерунда, – отмахнулась тетушка, – я сообщу следователю, что ты уехала по важным делам. Ты же подписку о невыезде не давала. Ну а что касается причастности Антона Валерьевича к этому нелепому убийству, то это просто смешно. Если бы этому мужчине понадобилось кого-то лишить жизни, он бы сделал это с элегантным профессионализмом и, конечно же, не разбрасывался бы полутрупами где попало.
– Это разумеется, – согласилась с тетушкой Аня. – Но я совершенно по иной причине утверждаю, что он этого не делал. Я вижу, чувствую и точно знаю, что это не он.
– Ой-ей… – вздохнула безнадежно-протяжно Александра Юрьевна, посмотрев на племянницу сердобольно. – Все-таки ты у нас блаженненькая, Аннушка, знаешь человека два дня и так уверена в его порядочности. Но этот твой поразительный дар, способность видеть истинную суть человека, тщательно скрываемую личину – единственное, что питает мою надежду, что ты не дашь обдурить и обмануть себя всякому мошеннику и недостойному мерзавцу. Хотя они сейчас такие ушлые, бойкие пошли, что и твой дар не спасет.
– Антон Валерьевич уж точно не относится к их числу, – уверила тетушку Аня.
– Определенно не относится, – согласилась Александра Юрьевна. – Еще и поэтому я очень рада, что он предложил свою помощь в поездке. Мне будет абсолютно спокойно за тебя и Рому, а то я вся извелась, думая о том, что ты собралась в столь непростую поездку одна на машине.
Прогноз, сделанный Северовым накануне вечером, полностью подтвердился, и закончившийся было ночью дождь снова зарядил с утра, повиснув в пространстве мелкой водной взвесью, делая призрачно-расплывчатым весь мир вокруг.
В этой туманной призрачности они и выехали из поселка, обменявшись лишь парой приветственных слов, когда Аня загружала в багажник сумку с вещами и садилась в машину. Да так молча и катили какое-то время, пока Антон не разбил затянувшееся молчание вопросом:
– Сколько лет вашему сыну?
– Двенадцать, – улыбнулась Анна, как всякая любящая мать, встрепенувшись с готовностью бесконечно рассказывать о своем чаде, когда кто-то из собеседников, проявив неосторожность, спросит что-то о нем.
Антон Валерьевич неосмотрительности не проявлял, а вполне себе расчетливо и намеренно задал этот вопрос и ожидал продолжения, понимая, что коротким ответом здесь не обойдется. И не ошибся в своих расчетах:
– Он у меня замечательный, – улыбаясь, принялась рассказывать Аня. – Очень умный. Технически одаренный ребенок. В технике и электронике разбирается на уровне серьезного специалиста. Принимал участие в акции помощи детям из малообеспеченных семей, у которых нет компьютеров, во время карантина. Сам подписался, кинул клич в сетях, чтобы ему приносили старые и поломанные компьютеры, мониторы, клавиатуры. Чинил, разбирал, собирал из деталей, целыми днями что-то паял, настраивал, и мы с ним развозили починенные и уже рабочие компы по адресам нуждающихся детей.
– Надо же, – искренне поразился Северов.
– Он увлекается еще и робототехникой, придумал и сконструировал робота-помощника. И этот его проект выиграл на конкурсе, – с радостью хвалилась Анюта.
Замолчала, посмотрела в боковое окно, о чем-то глубоко задумавшись. Повернулась, посмотрела на ведущего уверенно и спокойно машину Северова и поделилась своими тревогами:
