Ив добрался до первых деревьев и уселся на корнях, которые выступили из земли и сплелись в удобное кресло. Ожерелье лежало на груди, холодное и тяжелое. Ив накрыл его ладонью, веки у него опустились, и он спокойно заснул, не боясь замерзнуть во сне: из леса кто–то всю ночь смотрел на него и согревал теплым дыханием.
Ив проснулся с рассветом. Впервые за долгое время было ему спокойно – как будто дело, его тяготившее, наконец завершилось. Озеро Туманов медленно впитывало свет поднимающегося солнца. Шелестела по берегам высокая трава – куда выше и гуще, чем помнилось Иву.
Он коснулся рубинового ожерелья на шее и спрятал его под одежду. Это движение причинило боль руке. Ив приподнял рукав. Хирург туго перевязал его, но за ночь повязка пропиталась кровью.
— Она не остановится, — пропищал поблизости чей–то голосок. — Так и будет бежать, покуда не вытечет вся без остатка.
Ив вздрогнул. Ни великана, ни чудовища, ни другого рыцаря он не испугался бы; но перед ним в глухом лесу явилось существо, похожее на мальчика лет десяти. Оно заросло диким волосом и было облачено в косматую шкуру. Пряжки, скреплявшие части шкуры на плечах, были старинными, золотыми, погнутыми; драгоценные камни из них были выковыряны. Темное личико человечка морщилось в усмешке.
Он кивнул на руку Ива:
– Пока они всего тебя не выпьют, брат мой, не будет тебе от них избавления.
— Не называй меня братом, — сказал Ив.
— Почему бы это, Ив де Керморван? – Человечек с любопытством склонил голову набок, рассматривая Ива со всех сторон. — Я знал тебя еще за триста лет до твоего рождения!
— Ты мне не брат, вот почему.
— Ха! Ты дал это наименование какому–то безродному Эрри, когда похоронил его в аббатстве Креси–Гранж, — напомнил человечек. – Кто он тебе? Никто. Ты его терпеть не мог. Чем я–то хуже? Я – первый, кого ты встретил после освобождения из Озера Туманов. Запомни!
– Будь ты проклят за то, что я теперь не смогу тебя позабыть! – сказал Ив.
Человечек сделал едва заметное движение и вдруг очутился прямо перед Ивом. Он задрал голову и оскалился, показывая острые желтые зубы:
– Кого ты освободил своей кровью? – Он кивнул на Озеро Туманов. – Уж не Алису ли? Я основательно ее проклял: ни невинность, ни любовь не в силах были ей помочь, только кровь сородича – да и то лишь в том случае, если он сам об этом догадается… – Он прищурился. – Сколько трудов пошло из–за тебя прахом…
Ив молчал. А человечек так и вился вокруг него
— Ну, что же ты, братец? Почему не спросишь, кто я такой и за что тебя ненавижу?
— Я знаю, кто ты такой, — ответил наконец Ив. — Что до твоей ненависти, то она ничуть меня не занимает. Скажи мне лишь одно: сколько лет осталось проклятию?
— Девять, Ив де Керморван, — ответил человечек как будто против воли и весь затрясся. – Всего девять лет! Но берегись: и за девять лет многое может случиться.
Ив перевел взгляд на озеро, на лес и понял, что времени действительно прошло на земле немало. Береговая линия изменилась. Другими стали и растения по берегам, по–иному выглядели деревья. Все постарело, стало гуще, толще, на всем лежал отпечаток чуждости.
Ив наклонился и подобрал суковатую палку. Человечек предостерегающе поднял сухую лапку:
— Но–но! Осторожней, Ив де Керморван! Не вздумай бить меня, не то…
– Уйди с дороги. — Ив замахнулся палкой, но пошатнулся, потеряв равновесие.
Человечек тотчас отскочил, вереща, как будто его действительно огрели.
— Погоди, погоди, Ив де Керморван! – кричал он, удирая со всех ног. – Дай только срок! Девять лет – это много, очень много! Через девять лет ты будешь выть и кататься по земле, вот так, вот так!..
Он бросился на землю, превратившись в лохматый грязный шарик, и покатился в лес. Ив поглядел ему вслед и побрел в другую сторону.
* * *
По крайней мере, в одном человечек оказался прав: кровь не останавливалась. Из–под повязки вытекали густые капли и срывались на землю. Иногда они попадали прямо в следы Вивианы, и в эти мгновения кривые тропы выпрямлялись, а длинные – сокращались; мир складывался гармошкой, чтобы поскорее вывести друга корриганов туда, куда он направлялся. Но Ив не замечал этого; он шел и шел, медленно переставляя ноги и опираясь на палку.
Наступал вечер. Между деревьями поднимались клочья тумана. Казалось, если коснуться их рукой, то они колыхнутся, как стены в замке Хунгара, и окажутся каменной кладкой, а потом незаметно растворятся и вновь сделаются невесомыми.
Внезапно Ив вышел из леса. Он не понимал, долгий ли путь проделал. Напрягая последние силы, он взобрался на холм и впереди увидел море. Из–за горизонта медленно поднималась луна. Ив отбросил палку и помчался вниз с холма. Несколько раз он падал, но снова вставал и бежал. И под конец покатился по земле, как и предрекал ему лохматый человечек; но сейчас Ив не помнил о нем и, следовательно, предсказание не засчиталось.
Море, самый большой друг Ива, заполняло собою весь мир, как и в детстве. Ив упал на колени и опустил руки в морскую воду. И тотчас перестала течь кровь.
