На носилках, разукрашенных кистями и пучками травы, несли королеву. Она была такой маленькой, что потерялась среди покрывал и подушек. Вокруг ехали на конях корриганы, и среди них беловолосый Ллаухир. Он заметил Ива и приветственно махнул рукой. Замыкал процессию великан Хунгар. Он был таким большим, что ехать за ним никто не захотел – кто разглядит тебя рядом с великаном! А корриганы знали толк в шествиях и процессиях. Если уж идешь на празднество, так будь добр постарайся, во–первых, разодеться как можно красивее, а во–вторых, сделай так, чтобы все могли любоваться тобою!
Левенез подергала Ива за рукав:
— Мой господин!
Ив обернулся к ней:
— Что тебе, Левенез?
— Не ты. – Она показала пальцем на приближающееся шествие. – Там. Там мой господин Хунгар.
— Я вижу, — сказал Ив.
— И мой отец, — добавила Левенез. И указала на Ллаухира. – Видишь его?
— Я не слепой, — сказал Ив.
— Правда? – удивилась Левенез. – Иногда мне кажется, что ты слеп. Но это свойство многих людей.
— Что ты хочешь от меня, назойливый оруженосец?
— Кого мне обнять? К кому бежать? К кому тянуть руки? Кого целовать сперва, а кого потом? А кого не целовать вовсе? Или же я должна остаться с тобой, бесчувственная, как полено? Ведь мой отец поручил меня Хунгару, а Хунгар поручил меня тебе, и со мной ты победил великана, так что теперь мы с тобой стали почти единым целым.
— Левенез, — сказал Ив, — ступай в ручей и не возвращайся, пока не отыщешь великаний глаз.
— Ха! – Левенез извлекла из–за пазухи блестящий камень, подозрительно похожий на огромный человеческий глаз. – Вот уж чего я не упустила! Лучше дай мне другое поручение.
— Ступай сперва к отцу, — распорядился Ив. – Поцелуй его и отправляйся к Хунгару. Проси у него возведения тебя в рыцарское достоинство.
— Ой! – вдруг перепугалась Левенез. – Уже можно? Пора? А кто это установил? А вдруг он откажет?
— Ступай, — повторил Ив.
Йонана медленно провела смычком по струнам, извлекая из виолы нестерпимо тоскливый звук, от которого вся душа зачесалась и начала изнывать.
Ив сказал Йонане:
— Я сломаю тебе руку.
— Не получится, — ответила Йонана. – У меня руки гнутся. Их можно даже в узел завязать. Хочешь, покажу?
Левенез все медлила. Ив спросил ее:
— Что еще, надоедливый оруженосец? Почему ты не бежишь сперва к отцу, а потом к Хунгару?
— Потому что здесь королева, — сказала Левенез. – Может быть, сперва я должна поцеловать королеву?
— Нет, — ответил Ив. – Королеву буду целовать я. А ты еще недостаточно хорош, оруженосец, чтобы приставать к ее величеству со своими поцелуями. К тому же она моя родственница.
— Ты все–таки ужасно умный, — сказала Левенез. Она вложила ему в руку великаний глаз и побежала к Ллаухиру.
Беловолосый корриган подхватил девушку в седло, обнял ее, засмеялся и сказал:
— Здравствуй, мой маленький Квинт Фарсал.
Йонана проводила ее мрачным взглядом и сыграла короткую песенку, в которой слышалось отчаяние.
— Королева–то умирает, — подал голос Нан. – Я слышал, как корриганы говорили. – Он покосился на Йонану, но та безучастно наигрывала импровизацию на темы только что отзвучавшей песенки. – Мол, как помрет – тут–то всему и конец: вода в озере больше не будет волшебной. Хлынет и все затопит.
— А как спасти ее – не говорили?
Нан пожал плечами и не ответил. Вид у него почему–то стал несчастный.
Ив сказал:
— Пора.
Он поднялся на помост и уселся в кресло. Теперь собравшиеся были видны ему как на ладони. Он подолгу задерживал взгляд на каждом и каждому кивал и улыбался. А корриганы махали ему руками, кричали приветственно и показывали пальцами на детали своего костюма, которые считали особенно удачными: на цветы, банты, пряжки, ожерелья, вышивки, кисти, ленты.
Спрыгнул с коня Ллаухир и помог сойти своей дочери–оруженосцу. «Ллаухир, Ллаухир, Ллаухир, — подумал Ив, и тотчас же мысли корригана коснулись его мыслей. – Рад видеть тебя, Ллаухир». – «Ты не об этом думаешь, — ответил ему корриган. – Задавай свой вопрос». – «Как спасти королеву?» — тотчас вырвалось у Ива. «Неправильный вопрос, — ответил Ллаухир. – В ответе на него не будет смысла. Спрашивай еще раз».
Ив встретился с ним глазами и подумал сразу о десятке разных вещей: о великанах, о любви, об арфах, о девушках по имени Квинт Фарсал, о лохматом черном шарике, который завлек Алису в ручей, об отцах и дочерях и о сапогах огромного размера.
«Кто может спасти королеву?» — спросил Ив. Ллаухир глядел на него серьезно, но Ив ощущал его улыбку. «Ты, — донеслись до Ива мысли корригана. – Ты можешь спасти ее. Ты Ивэйн из проклятого рода, твое присутствие целебно. В тебе спрятан ответ, который нетрудно найти».
И корриган, улыбнувшись Иву, ушел из его мыслей.
Хунгар спешился, подошел к носилкам и взял Алису на руки. С королевой, крошечной в его огромных ручищах, он поднялся на помост. Ив продолжал сидеть – ноги на скамеечке, руки на подлокотниках. Рядом с великаном он был мал, но не ощущал никакого неудобства.
Йонана проиграла мелодию, похожую на призыв римской боевой трубы, и все затихли, слушая, что скажет сир Ив, убийца злого великана.
Не вставая с кресла, Ив произнес:
