По его анонимному заказу был изготовлен необыкновеннейший яд, убивающий через несколько минут после принятия так, что потом не остаётся никаких следов отравления. Изготовитель был убит сразу же после исполнения. С маленьким пузырьком в ладони и свитком из гербовой бумаги Тау'ган'ар проник незаметно в покои, где находился в полубессознательном состоянии первый старший принц.
Тот заметил его и промычал что-то невнятно. Тау'ган'ар поприветствовал его, как полагается, с поклоном и витиеватой речью, хотя и знал, что многое сейчас Нау'лег'ар просто не осознаёт.
Никого из лекарей не было, хотя обычно они постоянно дежурили у постели больного. Тау'ган'ар подошёл к изголовью кровати и проговорил негромко, но чётко:
– Я принёс вам чудесное лекарство, первый старший принц.
Взгляд Нау'лег'ара дёрнулся в сторону лица третьего среднего принца. Кажется, первый старший уловил смысл фразы.
– На меня свалилось множество дел с тех пор, как с вами случилось это несчастье. Мне нужно было бы, чтобы вы подписали несколько бумаг, чтобы я мог отправить их нашему королю. Боюсь, моя подпись может быть посчитана недействительной…
Глаза Нау'лег'ара беспокойно заметались. Под воздействием яда проснулся до этого дремавший порок их рода - безумие. Тау'ган'ар молился Силе Ночи, чтобы с ним не случилось ничего подобного. Дар, что был у него, позволял ему приносить жертву взамен на благосклонность Силы Ночи в том или ином деле. Конечно, Сила Ночи любила получать в жертву Светлых, но таковых Тау'ган'ару не попадалось, и он иногда жертвовал души простых людей. Сейчас, когда власть Силы Ночи в мире была не так велика, этого было достаточно, чтобы привлечь её благосклонность. Тау'ган'ар осмелился однажды спросить, а есть ли в нём тоже проклятье всей династии За'ар Маари. Ночь ответила, что есть, и с тех пор он жил в постоянном беспокойстве.
– Я понимаю, как вам сейчас тяжело, первый старший принц… Но напрягитесь, ради вашего здоровья, ради блага Шавалина, - он силой посадил Нау'ган'ара, что-то прохрипевшего в ответ, и положил ему на колени бумагу. - Подпишите, это всё, что я прошу вас сделать. И я тотчас дам вам чудодейственное лекарство. Вы выздоровеете.
Нау'ган'ар, кажется, понял только последнюю фразу. Пошевелил рукой, видимо, требуя перо. Мгновенно Тау'ган'ар обмакнул перо в чернильницу и подал, чуть промокнув края, чтобы не появилось чернильных пятен.
В руках первого старшего принца перо ходило ходуном, а безумный и потерявший всякий блеск разума взгляд останавливался то и дело на миниатюрном флаконе в кулаке вежливого гостя.
Рука только благодаря привычке совершила привычное движение, оставляя несколько корявую, но подлинную подпись. Тау'ган'ар склонился, вытащил из стола печать Нау'ган'ара, закрепил ей документ и довольно улыбнулся.
Больной прорычал что-то утробно, дико. Третий средний принц вскрыл склянку и протянул своему дальнему родственнику. Тот нервно и жадно выпил, не пролив ни капли, хотя руки его тряслись, и повалился обратно на подушку, видимо, в ожидании.
Тау'ган'ар забрал склянку, поклонился с открытой насмешкой лежащему умирающему и вышел, чуть-чуть помахивая письмом, чтобы просохли чернила.
В его руках приговор Моэ'ран'ару.
Элинин заказал ещё одну кружку пива и задумчиво поглядел в окно таверны. Для капитанов в Небесной Пристани всё стоит намного дешевле, и можно позволить себе посидеть часок-другой в неплохой компании…
Таверна была неплохой, особого сброда тут не околачивалось, да и вид из окна был необычный для такого рода заведений: на море. А слева высились мачты кораблей, с висящими белыми парусами и мельтешащими маленькими человеческими фигурками…
Когда Хозяин отпустил его, Элинин подумал, что теперь и без того беспечная жизнь вовсе не будет омрачаться никакими делами. Однако попав в шторм на пути от Сарратара к Небесной Пристани он понял: вместе с Хозяином ушла его невероятная удача, лицо и выгода капитана Элинина из Сарратара.
Он тщательно скрывал, что оказался в эпицентре бури. Команде выплатил вдвое больше, чтобы не болтали и не портили репутацию "Ветерка", а сам всерьёз призадумался. Всё Побережье наслышано о нём, как о капитане, чей летучий корабль никогда не попадал в переделки. Если сейчас кто-то поймёт, что Элинин наравне с другими капитанами, многое может измениться. Поэтому Элинин сначала опустил корабль вдалеке от Пристани, привёл его в порядок и вернулся, как ни в чём не бывало. А о порванном парусе приврал, что отчего-то разгневался Владетель Ключей… Ему поверили, и дней семь никто не отправлялся к Сарратару.
Тайно Элинин нанял астролога. Раньше он не нуждался в прогнозе, а теперь, как и другие капитаны летучих кораблей, должен был немного разориться. Пришлось даже съездить в Кастел, приобрести там побольше золотых безделушек, чтобы расплачиваться. Астролог обещал без огласки сообщать ему всё, что станет известно о приближающихся погодных условиях, но люди с такой профессией часто ошибаются.
