– Может быть, я была ей всю жизнь? - засмеялась Наймира. Теперь она стояла совсем недалеко от него. Элинин скосил глаз на напряжённого гвардейца, не стал задираться и снял шляпу, галантно кланяясь. Ат Лав засмеялась, но не так, как смеются открытые, доверчивые люди, а негромко, так, себе под нос. - Рада, что ты меня не гонишь…
– А как я смею? - вздохнул он, выпрямляясь. - Хотя бы угостить тебя ты позволишь? Или и в моём погребе уже побывала твоя свита?
– У меня есть только четыре гвардейца, - негромко сказала она, - и они не занимаются хождением по чужим погребам…
– Ну тогда я могу пригласить тебя если не в дом, так к столу! - воодушевился Элинин, никак не понимая, рад ли он приезду Наймиры. Да, он ждал её всё это время, но… Она не знает о нём всей правды. И она так странно себя ведёт… Так настороженно…
Когда они поднялись по крыльцу - он пропустил её вперёд, замечая одновременно, что ни один из гвардейцев не сводит с него глаз - он негромко сказал ей в спину:
– Я правда очень рад, майви.
– Почему хотя бы меня не поцелуешь? - спросила она напрямую, оборачиваясь на верхней ступени. - Боишься моей охраны? Вдруг, они подумают, что ты хочешь меня убить? - Элинин поймал озорной огонёк в её глазах и, крепко обхватив за талию, приподнял над ступенями:
– А поцелуи мы с вами, ваше высочество, оставим на потом!
"Он чувствует, - подумала Наймира с сожалением. - Он чувствует, что я что-то знаю… Ах, зачем эта проклятая служанка Хозяина мне сказала!…"
Два дня прошли, как в полусне.
Будто бы оба они были рады этой встрече. Элинин даже попросил Наймиру приказать запереть ворота вновь, и ни один посторонний не попал во двор его дома за это время, хотя желающих узнать, что творится в доме капитана из Сарратара, было множество.
Но одновременно они оба чувствовали, что не вполне доверяют друг другу. Особенно Элинин - он острее всего ощущал, что каждый жест сопровождается пристальным взглядом любого из людей в красных плащах. Наймира делала вид, что всё так, как должно быть.
Наконец, Элинин не выдержал. Очередным утром Наймира проснулась раньше него и устроилась перед зеркалом причёсываться. Элинин услышал шевеление и проснулся, как всегда, с мыслью, что хорошо, что эти гвардейцы не присутствуют в их спальне.
Зато стоят прямо за дверью.
Он сел в постели и первым делом коснулся рукой повязки, почти машинально, проверяя, на месте ли она.
Её не было.
Он вздрогнул от поразившей его мысли и бросил быстрый взгляд на Наймиру. Она самозабвенно причёсывалась.
Мгновенно Элинин понял, что она всё знает. Иначе не была бы она так спокойна, узрев на лице своего батара гладкую кожу вместо одного глаза. Это должно было показаться ей жутким… Она должна была испугаться, или разбудить его, или… Но не сесть причёсывать волосы!
– Доброе утро, - она положила расчёску на столик и повернулась к нему. У неё было очень спокойное выражение лица. - Может быть, я должна была сделать это как-то менее резко, но мне показалось, что тянуть с объяснением не стоит…
Элинин перевёл взгляд на дверь, а потом обратно на Наймиру. Определённо, она знает, что он служил Хозяину… Может быть, думает, что он служит до сих пор? Что он нарочно встретился тогда с ней? Что он - участник какого-то заговора? Скорее всего, её охрана готова в любой момент ворваться сюда…
Но если она знала - почему не сказала раньше? Две ночи, проведённые в такой близости, неужели не составляли бы для неё опасность, будь он коварным слугой Хозяина?
Элинин привычно улыбнулся, показывая, что совершенно не выбит из колеи.
– Что ты хочешь, чтобы я тебе объяснил, майви? - спросил он без вызова.
– Леди Аджит сказала, ты служишь Хозяину, - также напрямую объяснила Наймира. - Но ты не сделал мне ничего плохого. Я хочу только узнать, насколько ты принадлежишь ему. Так сложилась, что я, вместе с моим непутёвым братом, оказалась на пути противоборства Хозяину, хотя всю жизнь мечтала жить в тишине и спокойствии. Если окажется, что ты действительно его слуга, я просто исчезну, как будто меня не было.
Элинин почесал подбородок, в первый раз в жизни не в силах подобрать слова:
