– Я не обижу ее! – горячо пообещал Арсен Шерхану, чтобы хоть немного успокоить его, насколько это возможно после пережитого. Шерхан насторожено посмотрел человеку в глаза и понял, что теперь она в безопасности, и он может со спокойной совестью отправиться, чтобы разыскать злодея и отомстить.
– Шерхан! – остановил Арсен тигра, – Я знаю, что ты хочешь отомстить. Но позволь это сделать мне! Иди и задержи его для меня.
Оставив Кристину на попечение врача и служанок, Арсен нашел Шерхана по визгу пойманного Милена, на конюшне.
– Арсен, убери с меня это бешеное животное, – взмолился Милен, лишь только заметил Арсения.
Он лежал на земле, и на его груди сидел Шерхан и грозно рычал ему прямо в лицо.
– Ты, кажется, хотел покинуть нас, не попрощавшись, Милен?! Это невежливо… Ты не находишь? – язвительно насмехался Арсен.
– Я… не хотел будить тебя, Арсен. У меня неотложные срочные дела в городе…
– Неужели?! А как же я смогу поблагодарить тебя?! За твой чудесный подарок, Милен?! Ты ведь знаешь, я не люблю быть в долгу!
– Ну что ты, дорогой друг! Какие между нами могут быть долги! – задыхаясь от тяжести Шерхана с придыханием произнес Милен – НЕ стоит благодарности! Совершенно не стоит! – В голосе Милена затеплилась надежда, что Арсен, по какой то невероятной причине еще не видел Кристины…
– И все же, ДРУГ мой, – с угрозой произнес Арсен, разбив несмелую надежду Милена ретироваться безнаказанно, вдебезги – Я должен, отдать тебе дань благодарности, все сполна, честь по чести! Вот только объясни пожалуйста, будь любезен, пару Малюсеньких моментов, которые я что то не понимаю! Отчего Шерхан, так прежде дружелюбный к тебе, так зол на тебя, что готов разорвать?!
– Я не знаю, Арсен, отчего взбесился твой ручной монстр, мне нужно ехать, срочно ехать.… Прикажи ему отпустить меня, Арсен, и я с радостью забуду этот неприятный инцидент.
Арсен зло рассмеялся.
– Ну конечно, ты с радостью забудешь и предпочтешь сбежать от меня, как жалкий скунс! Но я не прощу тебя! – взорвавшись, гневно вскричал Арсен, – Я бы позволил разорвать тебя Шерхану, но это отнимет у меня чувство отмщенности, когда я наколю тебя на острие своей верной спутницы-шпаги. А ведь ты, как никто другой, знаешь, как я люблю это чувство!
– Шерхан! – коротко приказал Арсен и тигр, пройдясь по Милену, улегся в стороне, чтобы не мешать поединку.
– Защищайся! – Арсен бросил Милену шпагу, и сам стал в стойку. – Сейчас я буду благодарить тебя, очень рьяно, за все те удовольствия что ты мне доставил!
– Нет, Арсен, я не хочу с тобой драться! – умолял Милен, ясно понимая, что этот поединок будет последним, что он успеет запомнить в этой жизни.
– Защищайся, Милен! Или я буду вынужден отдать тебя в руки правосудия. Думаю, гильотина или бесчестие галер тебя привлекают меньше.… Ну же, Милен, я помогу тебе умереть с честью. Никто не будет плакать на этой грешной земле по тебе, и она хоть немножко свободней вздохнет, избавившись от обязанности носить на себе такого негодяя.
– Как ты мог, Милен?! Как ты мог?! – с болью в голосе прорычал яростно Арсений- Я принял тебя в своем доме! Как друга! Я доверял тебе!
– Ты забыл свою собственную заповедь Арсений – С иронией возразил Милен, его глаза осветились злобной издевкой – Нельзя доверять никому! И ты забыл ВСЕ! Не только это! Ты забыл о нашей дружбе! Ты бросил ее под ноги этой паршивой девчонки!
– Не смей касаться ее своим грязным языком! – взревел в отчаянии Арсений. – Ты, подонок! Как ты мог так поступить с ней! Ты же знал, она не игрушка для меня! Я люблю ее, всем сердцем! Я никогда, никого не любил так прежде! Она не просто моя любовь, она моя жизнь! И что ты сделал с ней?! Ты расстоптал ее! Она чистый ангел!..
– Не слишком ли много красноречия, Арсен, – с иронией, горько заметил Милен, прервав Арсения, поднимая с земли шпагу, – ты красуешься, словно пилигрим на сцене! Посмотри на себя, ты становишься жалок под влиянием этой женщины! Да, ты уже не тот Арсений, что я знал…
– Да! Не тот! Я больше не то озлобленное чудовище, каким был прежде! Она пробудила во мне человека! И тебе никогда уже не удастся понять, что это такое – быть человеком, а не безжалостным, озлобленным на весь мир чудовищем. Что ты сделал в своей никчемной жизни? Есть ли хотя бы одна живая душа, искренне любящая тебя? Какую память ты оставишь о себе?
Арсений набросился на Милена, нанося ему гневные удары шпагой, которые он с хладнокровием ловко отражал. Он был холоден, собран и зол. Его сосредоточенность, позволяла ему с первокласным превосходством удерживать Арсения на расстоянии.
– Все это картинные слова, Арсен! – отражая удары Арсения, ответил Милен. – Я не знаю, любил ли кто-нибудь когда-нибудь меня, но я всю свою жизнь был под властью любви, и она приносила мне только боль и страдания!
– Ты любил?! – Арсен был так удивлен, что неосмотрительно открылся, но вовремя успел отскочить от почти настигнувшей его шпаги, она полоснула его, разрезая ткань рубашки и, оцарапав неглубокой кривой отметиной грудь, окрасила одежду Арсения в кровавые, красные размывы.
Милен торжествующе расхохотался.
