— Искали цветные металлы, идиоты. Так вот, в мине сработали механическая ловушка и пиропатрон, ну и батарея, конечно же, взорвалась. Короче, двоих разнесло в клочки.
— И чего?
— А того, что остатки мины потом изучали специалисты и пришли к выводу, что до самого момента подрыва батарея еще выделяла ток. Странно, как еще сама мина не взорвалась. Тогда уж точно мало не было бы. Так что эти штуки могут ждать долго, а потом…
— Жаль.
— Мне тоже.
В считаные минуты мы пересекли городок и остановились у железнодорожного переезда. Где-то неподалеку планировалось припарковать автомобиль с четырьмя контейнерами в двух ящиках. Около семи утра должен произойти взрыв, а дальше…
В это время здесь полно народа: выезжающие электричками и автобусами трудиться в Москву, рыночные рабочие, уличные торговки и многие, многие другие. Даже так похожие на жителей Средней Азии попрошайки из цыганского племени «люли», веками кормящиеся исключительно подаяниями. В случае подрыва контейнеров все они — покойники. А потом газ пойдет гулять по городу, подгоняемый порывами переменного ветра, и найдет еще немало жертв, тем более что к такому повороту событий никто там не готов. При поражении этой гадостью наука настойчиво рекомендует надеть на пострадавшего противогаз и ввести ему антидот, лучше всего — атропин. Хотелось бы знать, сколько в том Никольске противогазов, не говоря уже обо всем остальном.
Тем, до кого газ не дойдет, тоже не следует проявлять особого оптимизма — они все равно в той или иной степени обречены, потому что как минимум полгода город и окрестности (в том числе и водохранилище) будут заражены этой гадостью.
И так получилось, что разбираться со всем этим придется двоим едва протрезвевшим алкашам, нам с Кирой. Почему именно нам? Да потому, что территория НИИ давно уже не охраняется никакой спецмилицией. Вместо нее службу несут довольно-таки специфические личности из местного ЧОПа. «Обычная пьянь, — сказал о них полковник, — как ты или вот он». — И показал на Кирилла.
Ну что ж, пьянь так пьянь. Мы тоже кое на что можем сгодиться, если, конечно, нас как следует разозлить. А разозлились мы конкретно.
— Как мы их, а? — тихо произнес раскинувшийся на переднем сиденье Кирилл. Очень тихо, чуть слышно. Поди, поори-ка с простреленной грудью.
— Как в лучших домах, — ответил я, внимательно следя за дорогой и стараясь не угодить колесом в очередную колдобину. Каждое сотрясение нашего тарантаса вызывало у раненого нешуточную боль.
Чертово дежавю! Все почти так, как тогда, опять я драпаю, и опять у меня в машине раненый. Только там, на другом конце географии, дороги были в полном порядке.
Мы пробрались на объект затемно и тут же принялись разыскивать доблестную охрану. Ребят надо было быстренько и ласково (алкаш алкаша не обидит) нейтрализовать, после чего где-нибудь спрятать от греха подальше, потому что очень скоро должны были подтянуться очень плохие дяди, которые вряд ли стали бы проявлять чудеса гуманизма и оставлять в живых свидетелей.
Очень скоро нашли их, всех шестерых, в караулке, уже нейтрализованных и обездвиженных. Наш с Кирой верный друг, зеленый змий, как всегда, сработал безукоризненно. Восемь поллитровок «Путинки» под плотную закуску в виде маринованных огурчиков и нескольких плавленых сырков надежно перевели всю компанию в состояние летаргии.
Утеплившись черного цвета казенными куртками с надписью «Охрана» на спине и черными же вязаными шапочками, мы заступили на охрану и оборону объекта. Перед тем как покинуть караулку, Кирилл прихватил с собой кусок арматуры, а я заботливо перевернул одного из спящих на бочок, чтобы, не дай бог, не захлебнулся во сне.
Дальше оставалось только ждать. Незваные гости пожаловали минут через сорок, мы даже толком не успели замерзнуть. Подъехали вчетвером, на двух, естественно, машинах. Быстренько проникли внутрь и разделились: двое, один за другим, направились к караулке, двое — к складу. Действовали быстро и уверенно, чувствовалось, что накануне они сюда уже заглядывали. Шли умело, но без лишней осторожности, не питая напрасных иллюзий по поводу бдительности здешней охраны.
Как говорится в идиотских штатовских киношках, «сюрприз!». Мы ждали их, Кира у караулки (лучше назвать ее спальней), а я у склада. Сделал петельку и пристроился этим двоим в хвост, волнуясь, как в первый раз, дабы не чихнуть в самый неподходящий момент и не наступить на сухую ветку. Я не стал в лучших традициях рыцарских романов громогласно вызывать их на честный бой, а просто-напросто перерезал одному, горло, а второго удавил позаимствованной из квартиры на Беловежской гитарной струной.
