За длинной хромированной стойкой протирал бокалы молодой черноволосый парень — «и вовсе никакой не толстяк, без жилета и золотых зубов». Он быстро осмотрел Лизу с головы до ног и дружелюбно улыбнулся. Народу в зале было немного, но воздух гудел от возбужденных голосов и звона бокалов. За крайним столиком сидела женщина в зеленом платье и отпиливала ножом на тарелке маленькие кусочки бифштекса. От ее усердий светильник в форме цветка мелко потряхивало, и он отбрасывал на скатерть дрожащие оранжевые тени. Такие лампы стояли на каждом столике, и все вокруг наполнялось непривычным, почти домашним уютом. На темно-бордовых стенах поблескивали картины в золоченых рамах — персики и гроздья винограда, сочная дыня, яблоки, бананы и киви, а справа, в маленьком углублении прятались длинные серебряные вешалки на гнутых ножках. Кроме нескольких летних кардиганов никакой одежды на них не висело.
— Посоветовать что-нибудь легкое? — официант за стойкой почтительно склонил голову и замер в ожидании. Лиза отодвинула пластиковое меню и изучающе посмотрела в карие, полные живого интереса глаза. «Милый парень. Из тех, кто только недавно начал отличать хорошее от плохого». Он смотрел на нее, пытаясь неумело скрыть смущение.
«Ну да, уходит немало времени, чтобы привлекать восхищенные взгляды, но разве результат не оправдывает усилий»? На этот раз она не знала, что правильно, а что нет. Ничего, кроме горечи и разочарования на сегодняшний день не выпало. Зачем ей красота, если тот, ради кого все это делалось — собрал вещи и ушел? Правда, у него и вещей-то почти не было.
— Бутылку шампанского и белый шоколад. И ещё сигареты.
Легким кивком Лиза указала на красную пачку за стеклом и подумала о завтрашнем дне: с утра на смену, а значит, много пить нельзя, от шампанского вечно трещит голова и сухость во рту до самого вечера. Но сегодня она могла себе это позволить. Сегодня как никогда хотелось расслабиться и хоть на несколько часов заглушить ноющую боль в груди. Чертова боль, мерзкая штука. А она-то думала, что такое испытываешь только в подростковом возрасте. Да, ещё Ози. Стоит ли рассказывать о нем сестре? Наверное, нет. От новости, что она ходила к психологу, Крис явно не придет в восторг, наоборот, возникнут ненужные вопросы. Она и так вечно занята в своем банке. Лиза издала тихий смешок, чем удивила парня за стойкой: он неловко оттянул бабочку на шее и опустил глаза — тонкие пальцы нервно подрагивали, разламывая в черном блюдце дольки шоколада.
Из динамиков лилась успокаивающая музыка. Чтобы не смущать мальчика ещё больше, Лиза отвернулась от стойки и перехватила взгляд женщины в зеленом платье.
За столиком возле окна увлеченно щелкал клавишами ноутбука мужчина. Его правый локоть летал в опасной близости от чашки с дымящимся кофе. Полностью погруженный в работу, он не обращал внимания на окружающее. А жаль, наверное.
Лиза прошла за дальний столик и убрала табличку с просьбой не курить. Курить, как всегда, хотелось. Удобно устроившись на стуле, она прикурила первую сигарету и поднесла к губам бокал шампанского: по прозрачным стенкам бокала лопались и расходились в стороны воздушные пузырьки.
Мысли не давали покоя: какой бы уютной ни была атмосфера в баре, она не могла заглушить острую боль в груди. На часах десять вечера, а внутри все больше разрасталась ужасная, просто невыносимая пустота. Казалось, только вчера дни были наполнены суетой и заботами, а сегодня все резко закончилось. С уходом Женьки окружающее потеряло смысл.
Хотя, на самом деле, после его побега все осталось как прежде: работа, дом, уборка, приготовление еды… все, что было привычным и порой ужасно раздражало, теперь стало единственным, что скрашивало дни, полные тоскливого существования. Все, что она делала, не приносило удовлетворения и выполнялось механически, на автопилоте. Странное состояние, смутно напоминающее сонный паралич, было даже приятным.
От сумасшествия спасали звонки матери по вечерам, и, конечно же, общение со старшей сестрой. Интересно, чем она сейчас занимается? В последнее время Кристи совсем отдалилась и перестала звонить, а если звонила, то старалась быстрее закончить разговор, ссылаясь на работу. Почему-то в эту мифическую занятость совсем не верилось. Ну, какие у нее могут быть проблемы в банке? Сиди себе, да заполняй бумажки.
Лиза вспомнила, что в прошлое воскресенье мама жаловалась на то, что Крис отложила свой приезд чуть ли не на середину сентября, — а это значит, что сестра по какой-то причине не приедет на день рождения. «Прекрасно. Она всегда считалась только со своими чувствами и желаниями, не думая, что своим поведением может причинить кому-то боль».
И все же, два раза в месяц они пересекались в деревушке за сто пятьдесят километров от города и оставались на несколько дней, помогая по дому, а осенью все вместе перебирались в город. Зиму мама жила с Кристи, потому что не хотела причинять неудобства и вмешиваться в отношения с Женей. Что ж, теперь она может не переживать по этому поводу.
— Здесь свободно?
