Первое впечатление обмануло: Кирилл оказался архитектором с большим рабочим стажем, и в свои тридцать восемь лет добился немалого уважения, и, конечно же, достатка. Что было немаловажно.
Они досидели до самого закрытия, и Лиза уже плохо соображала, что к чему, — только глупо улыбалась на шутки, смысл которых не понимала. Лицо Рината, протирающего бокалы, смешно раздваивалось и, слава Богу, что из посетителей в зале больше никого не осталось. Стыдно представить, что теперь о ней подумает этот мальчишка. Вряд ли при следующей встрече его оленьи глаза засияют от восторга.
Чуть позже, поддерживая друг друга, они выбрались на улицу и, спустившись по каменным ступеням на мощеную дорогу, побрели в сторону сквера. На небе, в окружении бледного полумесяца, сияла россыпь мелких, но ослепительно ярких звезд.
— Какая красота!
— Не то слово. В последний раз я любовался звездами, когда был подростком.
— Не может быть. Ведь это же непростительно! Как можно жить и не видеть ничего вокруг? — В темноте лицо Кирилла превратилось в белое пятно с блестящими точками-глазами, которое мерно покачивалось на невидимых волнах. Лиза не могла и уже не хотела отводить от него глаз.
«Шампанское. В этом точно оно виновато, но зато — ни одной мысли о Жене. До этого момента».
Почувствовав, как легкая тошнота подкатывает к горлу, она запрокинула голову: просто удача, что схлынула сумасшедшая жара, уступив место ночной прохладе.
— Тебе плохо? — Кирилл заботливо придержал за локоть, но она отрицательно замотала головой, мысленно удивляясь, как это ему удалось ни капельки не опьянеть.
— А я сегодня без машины. — Кирилл шумно вздохнул и попытался разглядеть время на циферблате наручных часов. — Двенадцать. Хочешь, вызову такси и провожу до дома?
Стараясь не смотреть на поблескивающие в темноте глаза и губы, Лиза задумалась о том, что ее ждет буквально через каких-то полчаса — пустая захламленная квартира, холодная постель, и мысли. Снова эти убийственные мысли, которые не дают нормально спать и превращают жизнь в бесполезное существование. А наутро обязательно вернется отрезвление и привычная тоска.
Как-то слишком быстро случилось неожиданное знакомство. В книгах, такие встречи, как правило, имеют таинственное значение, а в жизни… а в жизни нет. Кирилл послушно стоял рядом, слегка касаясь плечом и терпеливо ожидая ответа.
— Знаешь, как-то непривычно навязываться, но, может, побудешь со мной еще немного? Просто слезы на глаза наворачиваются, как подумаю, что сейчас останусь одна. Или, твоя будущая жена…
— Т-сс. — Кирилл приложил палец к губам и, подойдя вплотную, внимательно заглянул в лицо. Он пытался оставаться серьезным, но рот сам собой растянулся в улыбке.
— Разве я похож на человека, который может бросить женщину в таком состоянии?
Возле дверей старого отеля горели скрюченные фонарные столбы — перед мутными лампами мелькали белесые мотыльки и, словно пьяные, время от времени с тихим стуком врезались в стекло. Через окно на первом этаже проступали неясные очертания стойки рецепшен: за столом, ссутулившись над книгой, сидела девушка. Сквозь белую шелковую штору не было видно ее лица, но Лиза узнала Анюту по заколотым высоко на макушке черным волосам. При малейшем движении головы заколка поблескивала серебристым светом, а тяжелые кудри водопадом спадали на оголенные плечи.
Больше ни в одном окне света не было, и Лиза мысленно усмехнулась: люди перестали снимать номера и превратились в приличных граждан, или сегодня выдалась одна из редких, но чертовски удачных смен?
— Я здесь работаю. — Перейдя на шепот, она оглянулась и посмотрела на Кирилла. Он рассеянно проводил взглядом скрывшееся за углом такси и подбросил в руке очередную, еще не откупоренную бутылку шампанского:
— И не боишься вызвать негатив коллектива? Если хочешь, можем поехать в другое место.
— Нет, я брезгую ночевать в незнакомых гостиницах, а домой нельзя. — Она нетерпеливо потянула Кирилла в сторону дверей: сейчас она представляла перед собой совсем другое лицо. Женино.
— Ну, хорошо. Но готовься — тебе придется выпить это. До самого дна. — Кирилл помахал в воздухе бутылкой.
— И даже не рассчитывай, что я откажусь. Тебе от меня ни за что не отделаться.
Они ввалились в холл со смехом, больше похожим на подростковую истерику. Аня оторвала голову от книги и подслеповато прищурилась. Через секунду ее васильковые глаза расширились от изумления. Мастерски совладав с эмоциями, она с учтивой улыбкой выдала ключ от номера люкс и продолжила читать книгу. Лиза мельком взглянула на корешок и фыркнула: «Обреченная страдать». Надо же, какое поразительное совпадение!
