— Вообще нет, но я сейчас пойду договариваться. Моя внешность мне в помощь, — ответил Теодор. — У тебя не будет немного деньжат? Скажем тысяч триста.
Я молча протянул Теодору триста долларов.
— Понял, значит разберусь сам. Стильный прикид кстати, — он улыбнулся. — Я побежал, а ты сходи развейся.
Теодор вернулся к мужичку бандитской внешности, который терпеливо ждал в стороне. Я только сейчас заметил, что у него из-под кепки что-то выпирает, скорее всего, он тоже Титанец.
Желудок заурчал, вновь напоминая мне о своём существовании. Я огляделся по сторонам и вдалеке увидел бар с интригующим названием: «ВАЛЬХАЛЛА».
//Diary |06.01.2726|
Откуда всё-таки она взялась и почему у Элис такая же Пума как у меня? Почему она так загадочно себя ведёт и почему меня так к ней тянет? Куда она ушла и встретимся ли мы ещё с ней? Сколько вопросов…
Подойдя поближе ко входу в бар, я заметил вывеску с текстом, явно написанным от руки: «В честь дня голосования, скидка для всех адейкватных — 30 процентов. (За исключением элитного алкоголя)», а снизу подпись, первая часть которой неумело зачёркнута: «Пидорасы — за адейка». Ситуация явно напряженная. Я зашёл внутрь. Деревянные стены и старинные люстры, черный потолок и ужасно грязное половое покрытие. Справа и слева от входа располагаются круглые столы с пустыми стульями. В самом углу сидит несколько грязных мужиков в рабочей одежде. А передо мной длинная барная стойка и одинокий бородатый бармен, натирающий бокал белым полотенцем. Такое ощущение, что единственная задача барменов — до блеска натирать посуду. За ним несколько рядов с бутылками алкоголя и стопка потрёпанных меню. Я сделал несколько шагов и сел на барный стул по центру, мужики что-то крикнули мне вслед, а затем продолжили играть в карты.
— День добрый, молодой человек, паспорт имеется? — обратился ко мне бармен.
— Мне апельсиновый сок и что-нибудь горячее с мясом на ваш вкус, пожалуйста. Паспорта нет, — ответил я.
Неужели я забыл все документы в академии? Я же вообще не взял с собой никаких вещей. Хотя, наверное, просто не предполагается, что дозорные Javelina будут ходить по барам и сбегать со службы. Как бы меня ни поймали. Я же сейчас, получается, дезертир.
— 65.90, деньги вперёд, — сурово произнёс мужчина.
Я протянул ему сотню и попросил оставить сдачу себе. Ему это явно подняло настроение. Он быстро и умело налил мой напиток и поставил на пластиковую подставку рядом со мной.
— Вы явно не местный. Если не секрет, какими судьбами?
— Саймон, — я протянул бармену руку. — Сбежал со службы, хочу убить лидера goldenhand. — спокойно ответил я.
Бармен громко рассмеялся.
— Понимаю, не моё дело, — сказал он, пожимая мою руку. — Джейкоб.
Я совершенно выпал из новостной повестки за последние два года, хотя субъективно для меня прошло куда меньше времени, ведь большую его часть я пробыл в гибернации.
— Кто-то разрисовал ваш стенд у дверей, — пытаясь завязать разговор начал я.
— А это… Приверженцы ПРЗЧ. Партия Роботов За Человечество, ну даже звучит парадоксально, да? — живо и эмоционально заговорил Джейкоб.
Видимо, тема политики ему близка.
— А многие ведь клюют, — он поставил мою тарелку с едой, которую привёз робот-официант, приехавший из дверей с надписью «Staff only».
Зажаристые куски мяса и картофель фри с кетчупом. Джейкоб попал в точку с выбором.
— И какая у них программа? У этих ПРЗЧ, — приступая к трапезе, спросил я.
— Приятного, я попросил для тебя сделать горячее, обычно мы просто разогреваем старую еду. Че этим алкашам, какая разница, — стрельнув глазами в сторону мужиков, сказал он. — Да чистой воды популизм, понимаешь? Мол: зарплаты повысим, акцизы на водку снизим. Ещё бы пообещали каждому по бабе выдать — точно бы победили.
Я улыбнулся, обмакивая картошку в соус.
— Тут понимаешь че. Щас в парламенте и так почти половина голосует за разрешение степенного ИИ. Ничему история не учит. Выборы пройдут послезавтра и, если в нашей системе ПРЗЧ выиграет, или где-то ещё, то всё! Большинство будет у них, — Джейкоб, кажется, забыл, что у нас вроде как диалог. — Щас ходят байки всякие. Пугают, наверное, но всё-таки. Говорят, что роботы и андроиды, ну и шизы, которые им верят. Хотят чуть ли не революцию и войной пойти на SpaceVerasity. Типа, там рабский труд, нацизм, шовинизм, женщин бьют, мужчин ебут. Пропаганда тоже масла в огонь подливает. А у меня родственники на Проксиме живут. Всё у них гладко, — Джейкоб наклонился ко мне. — Явно получше, чем у нас, — сказал он шёпотом и рассмеялся. — Только тихо.
— Никому не расскажу, — наконец вставил слово я. — Обещаю. Плесни-ка мне ещё стаканчик сока, пожалуйста.
Джейкоб потянулся за бутылкой с оранжевой жидкостью, а я испытал приятное чувство насыщения. Впервые за долгое время человеческая еда.
//new message from «Теодор»:
Я договорился, сегодня ночью вылетаем. Ты где?
//answer:
Недалеко от гостиницы, в баре Вальхалла. Приходи, тут вкусно кормят//
Сообщение от Теодора напомнило мне о Брейсере.
«Брейсер, живой? Давно тебя не слышал.» — обратился я к своему фамильяру с помощью Пумы.
