Элис положила мне руку на плечо и пустила внутрь меня поток Пумы. Мне стало тепло и спокойно, но я вовремя понял, что она опять хочет уйти от ответов, так необходимых мне. Я столкнул её руку со своего плеча и грозно на неё посмотрел.
— Ты не можешь себе даже представить, как я хочу тебе всё рассказать. Но пока не могу, некоторые события должны произойти, — она произнесла это максимально серьёзно.
— Я потерял одного друга и, кажется, теряю второго прямо сейчас. А ты со мной играешь в какие-то игры, — я схватился за голову, не справляясь с эмоциями. — Скажи же мне хоть что-нибудь!
— Прости, мне нужно бежать. В нужный момент я помогу. Смотри, там птица! — она показала пальцем на небо.
Я поднял голову, но ничего не увидел, а опустив — не увидел и Элис. Она опять пропала. Я закрыл глаза и выдохнул.
//Diary |06.01.2726|
Ну и пошла ты. Играется со мной, как с ребёнком, зачем я вообще с ней разговариваю. Почему же меня к ней так тянет…
Вечереет, становится прохладно. Загораются уличные фонари. Людей становится намного больше, видимо, смена на заводе закончилась и все вышли отдыхать. Потные и плохо пахнущие мужики, как газ, равномерно заполонили пространство вокруг. Я ощутил необъяснимый комфорт. Голоса, запахи, движение — всё это затянуло меня в свой поток. Мои переживания и эмоции будто смешались с эмоциями и проблемами других людей, перемешались в непредвзятом комбайне и разделились на количество людей. Ещё через пятнадцать минут растрёпанный и счастливый Теодор закончил в горячих цыпочек и подошёл ко мне.
— Было когда-нибудь с близняшками, Сай? Рекомендую! — он рассмеялся.
Я посмотрел ему в глаза, они светились от радости, но было понятно, что это всё как-то не по настоящему.
— Я тебя совсем не узнаю, — сказал я. — Ладно девочки и алкоголь, хочешь развеяться — не вопрос, но рога то ты нахуя отпилил. Ты же рассказывал, что это стержень и гордость любого Титанца.
— А нет у меня ни гордости, ни стержня, — он, вложив всю свою печаль, пнул каменную клумбу. — А рога, щас увидишь, пошли!
Я, отряхнув обувь от песка и земли, образовавшихся из треснувшей клумбы, молча пошёл за ним. За всю дорогу мы не проронили ни слова. Дышащая жизнью улица, заполненная грязью, сменилась на мрачный переулок со спящими прямо на земле бомжами и жгучей бедностью заколоченных досками окон. Каждый последующий дом становился хуже и беднее предыдущего, в окнах становилось меньше света. Появились совсем заброшенные дома, а затем и руины. Мы оказались на занимающем весь горизонт пустыре. Потресканная от нехватки влаги земля, покрышки и мусор и одно единственное дерево вдалеке. На секунду мне показалось, что мы дошли пешком до основания моей души. Там сухо и грязно и есть лишь одна приятная деталь — дерево, олицетворяющее моё стойкое стремление, проросшее там, где ничего больше не смогло вырасти.
— Справа от дерева, в режиме маскировки, стоит наш корабль. Самый лучший, что тут вообще есть, — сказал Теодор. — Готов?
Это возможно самый важный вопрос за всю мою жизнь.
— Готов.
Мы зашли на борт маленького корабля класса разведчик. Внутри трое крупных мужчин бандитской внешности и миловидный, на первый взгляд, Титанец. Как оказалось, Теодор нанял нескольких охотников за головами на нашу миссию, пообещав им, в случае успеха горы золота.
— На полной скорости лететь 15 часов, давайте не создавать друг другу проблем, — сказал рулевой и запустил двигатель.
Засыпать в такой компании было некомфортно, поэтому большую часть полёта я находился в полудрёме, когда ты вроде почти там, но всё ещё тут. Я почитал немного про историю Титана.
