Затем боль в груди, нанесённая этим же лезвием. Помутилось в глазах, потемнело от ощущения этой нескончаемой, особенно мучительной для неё боли. Она упала на колени, нити оборвались. Сдавленно дыша, Нигаи на несколько секунд потеряла ориентацию в пространстве. Сердце бешено билось, она отдалённо ощущала это в висках.
Она неумело отклонялась, отползала, а противник с ней будто игрался: доводил до предела. От боли и бессилия даже начало тошнить.
— Неплохо сработано, Дейшико! Клон был как раз вовремя! И запас чакры у неё уже на исходе: вряд ли она теперь сможет выкинуть что-то, — один из них усмехнулся.
Ему явно было забавно смотреть на потерянную в пространстве девчонку.
— Ты посмотри, как визжит, — горласто хохотнул второй. — Несильно порежь — уже задыхается от страха и боли!
— Она чё, боится боли?
Кто-то явно захотел это проверить, потому что по груди, свободной от плаща, тотчас прошло лезвие. Нигаи вскрикнула, из глаз брызнули слёзы.
— Это тебе за наших товарищей!
Нигаи была в бреду. Почти полное отсутствие чакры, усталость и постоянное чувство боли… Ей было трудно даже дышать. Она уже хотела потерять сознание, чтобы не ощущать весь этот ад, но её то и дело приводили в чувство: «Никто тебя не потащит! Сама пойдёшь!».
Она измученно закрыла глаза.
— Ладно, хватит, нужно доставить её Казекаге и рассказать о случившемся. Там-то ей точно несдобровать! Вставай! — её дернули за руку в попытке поднять и привести в чувства.
Она попыталась открыть слипшиеся веки. Тело ныло, любое движение отзывалось новой пронзающей болью. «Альгинофобия для шиноби… Звучит, как приговор…» — куноичи хотела усмехнуться, но вышла лишь какая-то кривая гримаса.
Перед глазами мелькнуло что-то рыжее. Быстро и точно нанося удары, кто-то перебил оставшихся троих шиноби. Нигаи не сразу поняла, что происходит, когда чьи-то сильные руки подхватили её тело. Стало невыносимо больно — она нахмурилась, обессиленно простонав. Затем провалилась в забытье…
***
Пробуждение было не менее болезненным, чем провал в беспамятство. Но она чувствовала, что теперь уткнулась во что-то теплое, мягкое и приятное. Нигаи приоткрыла зелёные глаза, наблюдая стремительно меняющуюся картинку. От резких изменений пейзажей замутило: Нигаи побледнела и начала рвано дышать.
— Ура, Нигаи-сан очнулась!
«Тоби?» — недоумённо вскинула брови куноичи, узнав режущий слух голосок. Она растерянно приподняла голову, обнаружив, что напарник нёс её всё это время на спине.
— Тоби… — прохрипела Нигаи, стиснув сильнее его плащ руками. — Ты цел?
Тоби ответил не сразу. Хотя Нигаи показалось, что это она заторможено понимает его речь.
— С Тоби всё в порядке, — как ни в чём не бывало, заверещал он. — А вот за Нигаи-сан Тоби очень беспокоится!
«Пустяки ведь…» — вновь Нигаи устало прикрыла глаза, вздохнув.
Он спас ей жизнь. Это доказывало, что Тоби — отнюдь не бесполезное существо, коим его считала Нигаи, причём небезосновательно.
— Тоби думает остановиться где-нибудь, чтобы Нигаи-сан могла отдохнуть.
— Было бы неплохо…
Сейчас, до тех пор, пока она вновь не уснёт, у неё было время обдумать всё произошедшее…
Комментарий к Глава 2: «Боль»
Альгинофобия — боязнь боли. Возникает из-за пережитых крайне болезненных (физически или психологически) ощущений.
Танто — японский кинжал.
========== Глава 3: «Почти что кот» ==========
Густой туман лениво полз между кустами, оседая тяжёлыми каплями на листах, стволах деревьев, земле. Влажным воздухом было невыносимо тяжело дышать. Вокруг всё стало мокро. И тихо. Всё умолкло, пережидая неудержимо сеющий мелкий дождь. Он сначала набирал силы, притихая, а потом неумолимо выплёскивал скопившуюся влагу. Небеса заволокли тёмные тучи. Эти рваные клочки, казалось, застыли, не желая сдвинуться с места.
По стеклу окон постукивали капли проливного дождя. Нигаи, которая лежала на кровати, развалившись, этот звук начинал нервировать. Как назло она не могла уснуть. И во всём винила, вздыхая, этот неугомонный дождь. Усталость после успешно выполненного задания в Суне почему-то не повалила её напрочь, а напротив — дала какую-то неимоверную концентрацию. Оттого она постоянно прислушивалась к шорохам: то по коридору гостиницы пройдёт гость, то жалобно мяукнет кот, который просил укрытия от холодного дождя…
Она вновь перевернулась с боку на бок. Теперь её сковала слегка сыроватая одежда. Устало простонав, она кое-как поднялась с постели, потерев глаза рукой. В комнате было довольно темно — свет она намеренно не включила. Незачем было: куноичи намеревалась поспать, и никто ей не должен был помешать. Даже Тоби, который дал слово не беспокоить её зазря, расположился подальше от неё — в другом номере. Но дождь был очень некстати!
