Убийство мужниных любовниц? Возможно. Пока что это – самый вероятный мотив. Но это не вмещается ни в какие рамки. Все трое снимались в их фильмах, являясь актрисами компании «Визионфильм Продакшн». Мирина рисковала разориться из-за смерти этих женщин. Смерть Тэсс вызовет новое расследование, новые страховые обязательства для «Визионфильма». Личные мотивы есть, но, если судить с профессиональной точки зрения, Мирина, поступая таким образом, совершает самоубийство.
Мирина – не глупая женщина. Если бы она захотела избавиться от любовниц Леонарда, она достаточно умна и предусмотрительна, чтобы дождаться окончания съемок.
Куинтана осматривал мотоцикл. Харм подошел к нему, рассказал, что он обнаружил, проверяя тормоза. Куинтана жевал жвачку, громко щелкая.
– Вот, значит, как. А что с Нией Уайтт? Я думал, она с вами в вертолете.
В ущелье собиралась толпа. Люди, прибывшие с места съемок, спускались с насыпи.
– Я оставил ее на площадке.
– Вам лучше поехать туда и разыскать ее, – сказал Куинтана. Харм вскарабкался по красным скалам к дороге, прижав одной рукой видеокамеру, а другой цепляясь за тощие сосенки.
Несколько миль вниз по шоссе Харм проехал в кузове золотистого автомобиля. Поблагодарив молчаливого водителя с черным конским хвостом на затылке, он спрыгнул возле трейлера Нии, затем торопливо постучал в дверь, распахнул ее, не дожидаясь ответа.
Мануэль Моравио склонился над обеденным столом. Он быстро выпрямился, по-птичьи наклонил голову, пытаясь разглядеть, кто пришел.
– Я жду Нию, – сказал Моравио, глядя на Харма яркими темными глазами. – Вы не знаете, где она? Мне кажется, она не знает, что произошел несчастный случай.
Несчастный случай. Моравио не знает еще, что Тэсс мертва. Харм поднялся в трейлер.
– Как вы сюда попали? – спросил он.
– Он был не заперт, – Моравио пожал плечами, – я постучал и толкнул дверь, так же, как и вы. Я знаю, вы думаете о вчерашней ссоре с Джакобсом. Мы во всем разобрались. Боюсь, я просто потерял голову и контроль над собой, – он сел на скамью у стола и подвинул Харму голубой конверт. Письмо было вскрыто. На тонкой бумаге выстроились отпечатанные знакомым шрифтом слова.
– Мне не следовало этого делать, я понимаю, – сказал Моравио, – но я прочитал его. Я сунул нос в чужое дело. Мне тоже пишут поклонники со всего мира, но никогда я не получал ничего подобного. Как можно реагировать на такое письмо? Извращенный вид преданности, вы не находите? Конечно, я не Ния. Кстати, какие новости с вершины? Никаких сломанных костей?
Харм не ответил. Он быстро просмотрел письмо.
