Ее плиссированная юбка была спущена до колен, белые балетки стояли в сторонке на полу. Все казалось застывшим. Голубая блузка без рукавов сползла с плеч, а под ней, на прекрасной загорелой коже, блестевшей от пота, виднелась белая ткань бюстгальтера.
Моя девочка. Моя. Она ждала, пока я сделаю или скажу хоть что-нибудь, поведу себя по-мужски, а я не мог найти в себе смелость.
Было так тихо, что я услышал, как она сглотнула. Потом она молча застегнула блузку, заправила ее в юбку и вышла из кабинета.
Я провел рукой по волосам. Впервые в жизни мне хотелось напиться. Прежде я никогда не пытался уйти от действительности таким способом.
Я направился к двери, по пути прихватив футболку. Домой. Я поеду домой, напьюсь и вырублюсь. Черт возьми, я понятия не имел, что мне делать без нее.
Сев в машину, я положил руку на руль и захлопнул дверь. Хорошо, что парковка была еще пуста. Немногим доводилось видеть меня в расстроенных чувствах – пусть так и остается. Сложно предвосхитить то, чего ты не понимаешь, и я привык держать себя в руках. Мне это удавалось. Почти всегда.
Я повернул ключ в замке зажигания и врубил музыку. Машина задрожала подо мной. Включив заднюю передачу, я бросил взгляд в зеркало и застыл, увидев отметины на шее – следы от ее укуса. Поднял руку, провел пальцами по глубоким впадинам от зубов. Она не ранила меня, но синяк останется точно.
Я едва не расплылся в улыбке. Она укусила меня.
Моя жалкая и беспомощная тихоня все-таки была сумасшедшей.
Однажды, когда она найдет себе другого парня, я смогу смотреть на нее и вспоминать о том, что она была почти моей. Он будет спать с ней каждую ночь, а я смогу вспоминать, что однажды держал ее – горячую и возбужденную – в своих объятиях, а она смотрела на меня как на ангела.
Я буду помнить о том, что она когда-то меня любила.
Я подъехал к тату-салону «Черная Деб» и, едва войдя в дверь, снял футболку. Сев в пустое кресло Ауры, подождал, пока она подойдет. Фоном играла песня
– Тебе известно, что такое предварительная запись? – съязвила она, положив руки на бедра. – Джаред записывается заранее.
Я наклонился вперед, уперев локти в колени, наклонил голову набок и показал ей след от укуса.
– Вытатуируй это.
Она внимательно изучила отметину, а выпрямившись, посмотрела на меня так, словно я ненормальный.
– Уверен?
Я кивнул.
– Хочу помнить.
Я вскрикнула и проснулась.
– Доброе утро, солнце! – Мэдок прыгал у меня в ногах, отчего кровать ходила ходуном. – Надеюсь, ты голая!
Я вцепилась в одеяло и подтянула его к подбородку.
– Мэдок!
Я была в шортах и майке, но все равно!
– Да ну брось, тигрица, – поддразнил меня Мэдок, все еще прыгая как семилетний. – Хватит храпеть. Хотя это было суперсексуально.
Он же пошутил. Я не храпела. О господи. Неужели я правда храпела?
– Мэдок, прекрати! – завопила я, не на шутку напуганная этой картиной.
Полуголый парень – чужой полуголый парень – прыгал на моей кровати. На нем были домашние штаны с нарисованными на них игроками в поло. И не было футболки. И он не должен был находиться в моей комнате. То есть в своей комнате. В бывшей комнате Фэллон. В моей комнате!
– Фэллон! – позвала я.
– Мэдок! – послышался ее крик, вероятно, из спальни напротив. – Оставь ее в покое!
– А что? – Он с невинным видом продолжал прыгать. – Две горячие телочки под одной крышей. У меня большая кровать, а Фрейд утверждает, что все бисексуальны. Давайте вы примете вместе душ. А я буду смотреть. Беспроигрышный вариант.
Я подняла голову с подушки.
– Слезь с кровати! – заорала я что есть мочи.
– Ого! – Его глаза округлились, и он расхохотался, а потом плюхнулся на кровать рядом со мной. – Дьявол твой папаша или он просто тебя вырастил?
Зарычав, я накрылась одеялом с головой.
– Не хочу жаловаться, у меня все-таки отдельная комната и все такое, но…
– Вот и не надо, – сказал он, стягивая одеяло с моего лица. – А если серьезно, то тебе пора просыпаться. У нас будет вечеринка.
– Что?
– Сегодня утром прилетел папа Тэйт, – начал объяснять Мэдок. – Его отпустили на пару недель. Мой папа и мама Джареда тоже приедут в город на выходные. Все уйдут в отрыв, – он лег на спину и положил руки под голову. – Мы решили устроить барбекю и пригласили народ. Нужно, чтобы кто-нибудь прибрался.
Я снова накрылась одеялом с головой.
– Шучу, – он сдернул его с меня, улыбаясь. – Ты же знаешь, как мне нравится над тобой прикалываться.
Я закатила глаза, а потом, теребя в руках краешек одеяла и не глядя на него, спросила:
– Значит, Джекс тоже приедет?
– Джекс будет на «Петле», – ответил он. – Но приедет Адам.
Мэдок скатился с кровати и пошел к двери, бросив напоследок:
– Одевайся давай. Лучше надень что-нибудь, что Фэллон сможет сорвать с тебя зубами!
– Мэдок! – завопила Фэллон из соседней комнаты, и я, покачав головой, рассмеялась в подушку.
