На квадратной земляной террасе высотой в пять чи[75] на расстоянии в один чжан[76] друг от друга были установлены два больших щита, на каждом из которых было нарисовано по пестрому павлину. Правила битвы за невесту были простыми: кто сумеет попасть в глаза обоих павлинов, тот и будет удостоен чести стать зятем рода Чжэн.
Величественный глава уезда Чжэн торжественно сидел на возвышении. Его драгоценная дочь, красивая и милая Чжэн Ми сидела подле него, одетая в длинную юбку с узором из нежных цветов персика, ее лицо было скрыто белой вуалью. Хотя ее внешность нельзя было разглядеть, одна ее обворожительная поза уже привлекала всеобщее внимание.
У возвышения уже давно собралась толпа гуляк, каждый из которых с нетерпением рвался вперед, норовя проявить себя.
Сидя верхом, Юйвэнь Кай обогнул толпу, делая вид, что просто осматривается. Чтобы не быть опознанным, он достал белый платок и обмотал им лицо. Подумав немного, он решил, что этого недостаточно, доехал до небольшой лавки и купил там широкополую бамбуковую шляпу с черной вуалью. Надев ее, он оказался надежно защищен двумя слоями ткани.
Славные юноши наперебой стремились поучаствовать в соревновании, но их результаты были далеки от идеала. Большинство попадало только в один глаз павлина, а те, кто подбивал сразу два, не попадали в их середину. Суровая реальность охладила энтузиазм части претендентов, половина из них ушла, а вот желающих поглазеть на зрелище прохожих становилось только больше.
Юйвэнь Кай подстегнул коня и подъехал ближе. Сидевшая на возвышении Чжэн Ми то и дело украдкой бросала на него взоры, а он притворился, что не замечает их. Закрыв глаза, он сосредоточился и словно впал в медитативное состояние. В темноте мало-помалу стали отчетливо видны два павлиньих глаза размером с горошину. Юйвэнь Кай знал: его навыки стрельбы из лука верхом ни в какое сравнение не идут с умением Юйвэнь Сюна. Однако он был почти полностью уверен, что попадет в эти крошечные глаза павлина.
Глава уезда Чжэн терпеливо ждал, как и полагается руководителю, Чжэн Ми куда-то уплыла мыслями. В этот момент из толпы внизу выскочил человек и в один прыжок оказался на возвышении. Заняв прочную позу, он извлек из колчана за спиной лук и стрелы. Одна за другой свистнули две стрелы и впились в середину павлиньих глаз. Толпа ахнула в один голос, а Чжэн Ми взволнованно вскочила на ноги, желая рассмотреть, что за удалец справился с заданием.
Юйвэнь Кай про себя восхитился и тут же решил устроить веселую проделку. За миг до того, как судья должен был объявить победителя битвы за невесту, он дал волю коню, взлетел на земляной вал, выхватил две короткие стрелы и со свистом уверенно запустил их в сердцевины павлиньих глаз. Пары стрел, торчавших из мишеней, слегка подрагивали, обступившие возвышение со всех сторон люди издавали одобрительные восклицания, и их восторженные крики накатывали волнами, одна мощнее другой.
Юноша на земляном валу был одет в коричневое платье с длинными рукавами, кожа его отдавала зеленоватым оттенком, придавая ему болезненный вид. Взгляд его был мрачен – он коршуном смотрел на толпу, спокойно стоя на месте и не произнося ни звука.
– Прошу прощения, дорогой друг! – Юйвэнь Кай соскочил с лошади и поклонился ему, обхватив ладонью одной руки кулак другой.
– Что вы, господин! Ваши навыки стрельбы из лука верхом великолепны, я в восхищении! – Юноша в коричневой одежде ответил на приветствие таким же поклоном. По выражению его лица было не ясно, расстроен он или обрадован.
– Оба молодых господина отлично стреляют из лука, трудно определить, кто из них лучше. Как насчет того, чтобы им снова помериться силами в стрельбе, но на этот раз с закрытыми глазами? – Судья поднялся на вал и обратился с поклоном к толпе вокруг.
Толпа одобрительно закричала.
– Дорогой друг, после вас. – Юйвэнь Кай кивнул в знак согласия и пропустил вперед юношу в коричневой одежде.
В глазах того мелькнула нерешительность, но уже в следующий миг он сложил руки в почтительном жесте и ответил:
– Повиновение – лучшее проявление уважения.
Вслед за этим судья достал черную повязку и закрыл ему глаза. Рука юноши, которой он доставал стрелы, медлила и подрагивала. Юйвэнь Кай закрыл глаза и погрузился в думы, пытаясь мысленно представить расстояние между двумя глазами павлина. Тут раздался свист.
– Попал! – одновременно с судьей воскликнула толпа.
Юйвэнь Кай ощутил стремительный ветерок, возникший от полета острой стрелы, но не шелохнулся, а по-прежнему сосредоточенно смотрел внутрь себя, крепко закрыв глаза.
– Эх, промахнулся на целый цунь[77], как досадно!
Только услышав огорченный голос, Юйвэнь Кай спокойно открыл глаза. Юноша, выглядевший расстроенным, снял повязку и собирался уйти.
– Друг мой, не спеши. Исход состязания еще не ясен, к чему расстраиваться? – Юйвэнь Кай схватил его за рукав и деликатно намекнул, что тому следует уважать правила.
– Тоже верно. – Юноша встряхнул рукавом, вырвав его из руки Юйвэнь Кая.
