Цин Няоло была капризной и вздорной, но в память о прошлом он прощал ей это, ведь именно она поддержала его в самое тяжелое время.
– Прошу ваше величество о милосердии. Ответственность за пожар в Малой Башне Искушений несет построивший ее Во Фоцзы, это неоспоримо. Однако я лично порекомендовала его, выбрала неподходящего человека, а потому добровольно и покорно приму наказание.
Юйвэнь Ху заметил, что ее волосы были заколоты одной лишь серебряной подвеской с четырьмя бабочками. Это был подарок, который он преподнес ей в самом начале их знакомства. Цин Няоло только еще больше запутала все дело тем, что добровольно пришла с повинной. Юйвэнь Ху крепко задумался, молча обдумывая, что необходимо предпринять. Чжэн Цецзун и Ло Шэньли тоже пришли в изумление. Весь Дворец Белоснежных Цветов в одну минуту погрузился в тишину.
– Ваше величество, это снадобье приготовил Во Фоцзы, многие годы совершенствуя рецепт. Его свойства удивительны, Во Фоцзы сварил его специально для вас и просит принять в дар, – не зная всех тонкостей сложившейся ситуации, сказала Цин Няоло, высоко подняв кувшины из тыквы-горлянки, полные чудодейственного снадобья.
– Глава уезда Чжэн, вам слово. Как стоит поступить?
Юйвэнь Ху пристально посмотрел на красный и зеленый кувшины и понял, что это два снадобья с разными назначениями. Первое – долгая жизнь без старости, а второе – увеличение мужской силы. Судя по окраске тыкв, снадобья наверняка несут эти два эффекта, просто Цин Няоло было неловко напрямую заявить об этом прилюдно, но он сам все понял.
Уже давно ходили слухи, что этот Во Фоцзы знаком с чародеем и по его наставлениям занимался изготовлением пилюли бессмертия. Однако Юйвэнь Ху доверял только монаху, получившему рекомендацию Юйвэнь Чжоу, и никогда не пробовал рецептов других даосов. После жуткого инцидента прошлой ночью он временно перестал принимать и эти пилюли. Вспомнив соблазнительный облик Цинь Хуа, он почувствовал, как страстное желание вновь забурлило, и решил сегодня вечером опробовать снадобье Во Фоцзы. Если оно окажется действенным, то можно будет и вину ему простить, что же тут сложного?
– Я бы хотел сначала услышать ваше мнение, государь. – Чжэн Цецзун медлил: он не хотел определять тяжесть преступления, в котором созналась Цин Няоло.
Юйвэнь Ху понимал, что тот боится наломать дров и испортить отношения с супругой Цин.
– Во Фоцзы проявил свою преданность мне. Заключить его сперва под стражу, дождемся более детального рассмотрения дела. Супруга Цин проявила готовность добровольно взять на себя ответственность, а потому все обвинения с нее снимаются, она может вернуться во Дворец Утренней Зари, – устало потерев брови, принял решение Юйвэнь Ху и объявил его голосом, не терпящим возражений.
– Благодарю ваше величество! – Цин Няоло вне себя от радости поклонилась и направилась к выходу, а Ло Шэньли проводил ее, предварительно приняв кувшины.
– Вот и славно! Я утомился, так что ты тоже можешь быть свободен. – Юйвэнь Ху закрыл глаза и зевнул, после чего Чжэн Цецзун с поклоном удалился.
– Супруга Цинь, где же ты? Хочу вина выпить, составишь мне компанию? – Юйвэнь Ху принялся высматривать прелестную фигуру Цинь Хуа. Он и сам был в недоумении, откуда у этой женщины такая власть над его чувствами, почему его так непреодолимо тянет к ней.
– Ваше величество, ваша слуга здесь, подойдите же и найдите меня!
Спрятавшаяся за прикроватным пологом Цинь Хуа игриво выглянула наружу, открыв лишь половину лица. Затем она высунула обнаженную ножку, маня его к себе.
– Ага, попалась! Я иду.
Юйвэнь Ху скинул просторный халат, оголяя крепкие руки, на каждой из которых была татуировка в виде свирепого зеленого дракона, оскалившего зубы и выпустившего когти, – два змея гневно смотрели друг на друга.
Цинь Хуа ловко пряталась, ускользая от Юйвэнь Ху. В конце концов он стремительно кинулся на нее, будто голодный волк на овечку, и придавил к полу. В порыве чувств он произнес:
– Когда я отправлюсь в последний путь, ты последуешь за мной в могилу, чтобы мы остались супругами и в будущей жизни, разве не здорово будет?
Услышав это, Цинь Хуа затряслась от страха, но он не обратил на это внимания. Он был ее любовником, он же был злейшим врагом, желавшим отобрать ее жизнь, – от любви до ненависти всего один шаг.
– Отвечай мне! Разве не здорово будет? – Он грубо схватил ее за горло, свирепо выпытывая ответ.
Лицо Цинь Хуа побагровело, но уголки рта бесстрашно усмехнулись. Не желая удовлетворить его желание, она произнесла в ответ лишь пару слов…
На улице Чанъань за северными стенами Дундучэна пыль стояла столбом – Юйвэнь Чжоу и Сюэ Цыбэй верхом на быстроногих конях мчались друг за другом по направлению к даосскому храму, где Дуань Чуньян занимался изготовлением пилюли бессмертия. Юйвэнь Чжоу хотел перехватить монаха и лично сдать его государю, ведь если Чжэн Цецзун доберется до него первым, то это доставит ему много проблем.
