Неразбериха заполнила ее разум оттого, что ему было известно ее имя. Адреналин бешеным потоком мчался по ее венам, пронзая ее, отравляя ее тело и своим натиском затемняя ей зрение. Арианна попыталась покачать головой и отползти от незнакомца, говорящего с ней. Осознав ее страх по отношению к нему, мужчина убрал руку и установил некую дистанцию между ними, чтобы больше не волновать ее. Посмотрев в сторону, он позвал кого-то и на расстоянии приказал невидимому собеседнику отыскать Джозефа.
Боль замедляла ее движения. Арианна осторожно оттолкнулась от земли, но ее внимание было сконцентрировано на мужчине, стоящем на коленях рядом с ней. Она сейчас же натянула брюки, было стыдно, что незнакомец увидел ее практически обнаженной. Женщина не могла самостоятельно полностью подняться, поэтому отодвинулась назад к дереву, ее голова клонилась в сторону, сопротивляясь потере сознания. Она хотела бежать, уйти от незнакомца, который лишь несколько секунд назад жестоко лишил жизни другого человека без всякого колебания и стыда.
Ее веки тяжелели, а голова пульсировала от боли из-за прилива крови по всему телу. Каждое биение сердца эхом отражалось в мозге, кожу на щеке жгло, словно та пылала огнем. Ее голова слабо качнулась в сторону, позволив глазам встретиться с протяжной полоской освещенной солнцем земли, проливающей свет на подход к лесистой тропе, где она сидела. Мужчина рядом с ней оставался спокойным, но боковым зрением Арианна заметила, что он тотчас встал, как только освещенный солнцем путь, на который она смотрела, был затенен силуэтом ее мужа и еще двоих мужчин, бежавших за ним.
Джозеф быстро подбежал к ней, его руки сразу же начали ощупывать тело жены, ища раны. Когда его взгляд упал на ссадину на ее лице, темный гневный блеск словно захлестнул серую сталь его глаз.
— Арианна… — Он контролировал свой голос, но был почти на самом краю и не в состоянии произнести больше ни слова. Подняв, муж прижал ее к груди и быстро развернулся, чтобы выйти из леса. Черный туннель так и продолжал омрачать ее сознание, и последнее, что Арианна видела с того времени, как Джозеф забрал ее из-под навеса деревьев, — трое мужчин, которые треугольным клином молча шли позади, когда он подходил к особняку.
— Она изменит мнение, Джозеф. Уверен, жена любит тебя достаточно, чтобы понять те решения, которые ты принимаешь ради нее. Образ жизни, который она ведет, неведом большинству дам ее круга. Она является предметом для зависти каждой женщины, которая ее знает.
Джозеф откинулся в кожаном кресле, встретившись глазами с человеком, которому доверял больше всего, сидевшему напротив него на расстоянии большого деревянного стола. Голос его был печален, когда он произносил эти слова:
— Должен ли я чувствовать ответственность за то, что произошло вчера в лесу? Что, если бы она знала? Тогда она бы оставалась там, где ей стоило оставаться, и не подверглась бы нападению. Сейчас я ничего уже не могу поделать, кроме как быть честным с ней. Она захочет уйти, она никогда не поймет, что выбор, который я сделал, я сделал исключительно для нее, чтобы дать ей все, чего бы она только ни пожелала.
Коннор кивнул головой в знак понимания.
— У тебя была возможность объясниться? Ты уверил ее, что с этого момента она будет в большей безопасности? Это больше не повторится, я не позволю.
Серые глаза цвета стали встретились с изумрудно-зеленым взором преданного охранника. Трезвое понимание наполнило взгляд этих глаз от осознания того, что Коннор бы не поколебался и не потерпел неудачу — именно это было видно в том взгляде.
— Ты должен все время быть на ее стороне. Я вверяю тебе полномочия каждый день следить за ней, за тем, что она делает, чтобы удостовериться, что ни один человек из нашей среды не вступает с ней в контакт.
Откинувшись назад, Джозеф положил одну руку поверх другой, а подбородком уперся на них сверху, раздумывая о том, как именно собирался открыться своей жене.
— Я еще не разговаривал с ней, она проспала почти всю ночь, просыпаясь время от времени от ужасных кошмаров, от которых я не в состоянии защитить ее. Утром в особняк приходила медсестра, обработать ее раны. Я хочу дать ей немного времени, прежде чем объяснюсь.
Вновь кивнув, Коннор расслабился в своем кресле.
— Я пойду с тобой, когда ты будешь объясняться. Произошедшее, кажется, сделало ее более восприимчивой к моему присутствию.
Джозеф мрачно усмехнулся: он знал, что его скромная душою жена никогда бы не причинила вред другому и никогда бы не одобрила этого — она никогда не смогла бы понять те темные дела, которые он творил на протяжении многих лет.
— Она не поддастся. Арианна может и кажется слабой, но в ней есть намного больше, чем это видно на первый взгляд. Тем не менее, она достаточно умна, чтобы знать, что у нее нет другого выбора, кроме как оставаться там, где она будет цела и невредима. Каждый демон снаружи теперь знает мое имя, знает, что если и существует некая слабость во мне, которую можно использовать или подвергнуть нападению, то это она.