За спиной узника скрипнул замок, и послышались неторопливые шаги. Не в силах обернуться, шпион скосил глаза и замер, напряженно ожидая появления пришедших в поле зрения. Чьи-то руки легли на спинку кресла и развернули его к двери.
— Генерал? — Полковник еще довольно плохо владел шершавым от жажды языком, и потому слова давались ему с большим трудом. — Объясните, в чем я провинился?
— Разве за провинности сажают под арест? — спросил расположившийся на стуле Ветер. — В тюрьму попадают за преступления…
— Но я же не совершил ничего противозаконного! — Шпион попытался наклониться вперед, однако силовое поле сдержало его порыв, и он вновь выпрямился. — В чем вы меня обвиняете?
— В шпионаже, — просто ответил Ветер. — В пользу Галактики и кое-кого еще.
— Это ошибка, — испуганно прошептал полковник. — Я принадлежу древнему роду… Я дворянин… Посудите сами, генерал, зачем мне губить свою жизнь?
— Я пытаюсь, — ответил Ветер, — но, как вы и говорите, не могу понять, зачем вам это. Состояние вашей семьи позволяло жить очень хорошо, положение при дворе оставалось стабильным, армейская карьера складывалась вполне успешно, и я совершенно не понимаю, что заставило настолько удачливого человека, как вы, ввязаться в эту авантюру? Вас шантажировали? Нет? Тогда в чем же дело? Может быть, вы решили выразить таким образом протест? Против чего?
— Я не совершил ничего дурного! — продолжал упорствовать полковник.
— Хорошо, — согласился Ветер. — Тогда вас не должно смутить мое предложение. Сейчас вам введут довольно безобидный препарат, и мы побеседуем с глазу на глаз. Если вам действительно нечего скрывать, вы мне не откажете.
— Мне нечего скрывать, генерал! Но я протестую! Я вам не какой-нибудь андроид или безродный воспитанник кадетского корпуса, я дворянин! Ваши действия нанесут мне глубочайшее оскорбление! Не будь вы командующим Главной Армией, я бы вызвал вас на дуэль! — Несмотря на мучившую его жажду, губы полковника покрылись пеной.
— Хорошая мысль, — равнодушно взирая на его страдания, заметил Ветер. — Дуэли — это, конечно, архаика, но что-то притягательное в них есть… Только не надейтесь, полковник, у вас не будет такой возможности. Вас скорее всего просто расстреляют, как и положено поступать со шпионами в период ведения боевых действий. Впрочем, я могу убедить трибунал, что выявил и склонил вас к сотрудничеству еще до начала войны. Тогда ваше дело будет рассматриваться как случай шпионажа в мирное время со смягчающими обстоятельствами. Лет двадцать вам придется провести на суровой планете Гелвар, но потом вы получите полное право вернуться в свое родовое гнездо и спокойно дожить оставшиеся дни в глуши уютного поместья…
— Я не понимаю, чем заслужил такое отношение, генерал, но требую, чтобы в трибунале меня представлял адвокат из Коллегии Чести!
— Ого! — Ветер усмехнулся. — Это обойдется вам в кругленькую сумму. Однако вы не совсем правильно поняли мою мысль, полковник. Я ведь только предложил оформить арест задним числом, а не сказал, что так и сделаю… Пока ситуация складывается совсем не в вашу пользу. Баргон ведет войну с Галактикой, а вы шпион землян. Так что до полноценного трибунала дело вряд ли дойдет. Вас будет судить военно-полевая коллегия. И угадайте, кто ее председатель?
— Вы не посмеете этого сделать, Ветер! Император мой троюродный дядя!
— А мне он вообще как отец родной, — насмешливо заявил генерал. — Ну и что? Вы думаете, что родственные узы заставят Императора простить вам предательство?
— Я не предавал государя! — багровея от негодования, крикнул полковник.
— Вы забываете, что всего два дня назад я командовал армейской разведкой, — спокойно сказал Ветер.
— Господи, ну не предавал я! — теряя остатки самообладания, пробормотал узник.
— Если так, соглашайтесь с моим предложением, — холодно проронил Ветер. — Обещаю, что не буду задавать вам вопросов об эпизодах прелюбодеяния или придворного интриганства. О них я знаю и так. Меня интересуют несколько сугубо специфических вопросов, и, если вы действительно не знаете, как на них ответить, я вас отпущу и даже компенсирую нанесенный моральный ущерб.
— Я не виновен… — уже подвывая, как раненый пес, произнес полковник, опуская голову.
— Доктор! — позвал Ветер. — Приступайте…
— Нет! — шпион поднял на генерала покрасневшие глаза и умоляюще прошептал: — Я расскажу все сам!
— Честно говоря, это избавляет нас только от необходимости увеличить дозу препарата, — равнодушно произнес Ветер и, обернувшись к доктору, приказал: — Стандартную…
Врач деловито ввел полковнику препарат и, посветив миниатюрным фонариком в глаз, ехидно спросил:
— На что жалуетесь, больной?
— В бедре тупая боль, — ответил полковник, уставившись отсутствующим взглядом в стену.
— Это пройдет, — сказал доктор. — Рана чистая, помощь была оказана вовремя…
— Достаточно, — отстранив врача, сказал Ветер. — Ваше полное имя?
— Князь Кот третий Баргонский…
— Ваше настоящее имя? — переспросил генерал.
— Саблин Константин Геннадьевич…
— Вот это уже разговор, — Ветер потер руки. — Когда вы были заброшены на Баргон?
