Падение Коцита полностью

— Наш мир таков, что перешедший на новую ступень развития меняет своё тело. Например, Смотряка. Ты не заметил, что он так странно линяет? Новая шёрстка взамен у него не растёт. Меняется кожа. То же самое происходит и с его подружками. Дело в том, что они избрали путь тройного Соединения. Подобное случается не очень часто, но всё же случается. Пары Соединённых, избравших Путь Соединения в раннем возрасте, на первых этапах развития, — как правило, перебираются на Дерево Соединённых. Тоже — Мировое. А вот трёхсоставное Соединение душ нашей планеты требует уединения на летающем цветке. Так уж повелось. Планете — виднее. Она намного старше любого разумного на своей поверхности.

То же самое и с моим телом. Подошло время и мне перейти на новую ступень развития. Моё тело тоже изменится. И теперь мой путь — за пределы планеты.

— Ух ты! — загорелись глаза Двойной Шёрстки.

Хорошо так загорелись. Прямо полыхнули. Небесным огнём. Мягкая Лапка так даже немножко взревновала. Так, самую капелюшечку.

Старейший смотрел на них и улыбался. Как же ему всё это было знакомо, только давным-давно…

— А другие планеты — они какие? И как изменится твоё тело, а, Старейший? А мне, то есть нам, если Лапка захочет, — можно на цветок? Немно-о-жечко… А, Старейший?

Старейший рассмеялся. С удовольствием.

— Моё тело, и не только моё, — окончило свой путь развития на поверхности планеты. Мы заслужили возможность пребывания в лучистой форме бытия. В таком виде живут между планетами и между звёздами. Но мы сохранили способность создавать для себя тело пребывания и на других планетах… Наше Дерево улетает на планету Океан. На ней вся поверхность планеты покрыта водой. И разумные начинают путь развития своей души в плавающих формах тел. И только изредка из поверхности глубоких вод вздымаются ввысь острые каменные пики. Нет, они не похожи на наши горы. Горы тебе Лапка покажет, девочек туда водила Старейшая.

Глаза Старейшего видели видимое только ему.

— А там — другое. Подобно нашим Мировым Деревьям, каменные иглы высятся в местах каналов входа и выхода, мест обмена Силой и Знанием между планетой и Космосом. Впрочем, что вверху, то и внизу. Саму планету также можно сравнить с Мировым Деревом, — только в пространстве. На пересечении силовых линий солнечных систем. Ну да ты, в своё время, Двойная Шёрстка, и сам всё узнаешь.

— А что ещё там? На той планете? И где там будет расти наше Дерево?

— Дерево станет кружить над водами, как летающий цветок. А временами дерево станет обнимать своими корнями один из горных пиков, что высятся из вод. И тогда живущие в воде, — кто захочет и кто сможет, разумеется, — будут забираться вверх и знакомиться с гостями своей планеты. На Дереве улетают и пары Соединённых, и кое-кто из гостей нашей планеты, ступившие своей душой на путь развития через Путешествие. Много кто улетает. Часть отбывающих летит прямо в своих телах. Некоторые, вроде меня, в лучистой форме сопровождают Дерево.

— А как это — в лучистой? — недоумевал Прыгающий по Ветвям. Впрочем, Мягкая Лапка также ушки навострила. Любопытство, составная часть любой живой души. Страсть к познанию нового. Впрочем, всё хорошо в меру. А то получится — Чеши Ухо. В одно ухо влетело, в другое вылетело. Тут кусочек запомнился, там кусочек запечатлелся. А туда же — всем подряд советы давать. Надо же, чего удумал — девчонок за хвостики дёргать!..

Тем временем уж полдень наступил. И всё затихло в предвкушеньи чуда. И дивное явило лик свой миру. Всё дрогнуло — и началось движенье. Неспешное, как поступь великана.

Ввысь устремил себя планеты пласт немалый. Громада Дерева, и ширь земли с травою. В два раза шире, чем размах Ветвей. И мощь Корней себя явила свету. С землёю меж своих переплетений. Но большинство свободно вниз свисало. Волшебным конусом.

Взмерцало вдруг видинье: в поверхность вод вдруг погрузились Корни. И тени тел подводных душ смутились. Вторжением в привычный мир — иного. Другого. Непохожего. И вдруг — поднялись вновь и в небе растворились. Испуг сменился тут же любопытством. Ведь запах дружбы растворился в море. В безбрежном Океане…

Взмерцало вкруг Древес. И кокон световой на диво стал похож. На что же? На Яйцо. Что оболочкой изначальной служит телу. Для новой, воплотившейся души. Подобно всё на этом белом свете…

Когда Двойная Шёрстка и Мягкая Лапка очнулись, на месте Мирового Дерева имело место быть соответственных размеров углубление, быстро заполнявшееся подземными водами.

— Что же это с нами было? — ошарашенно спросила Мягкая Лапка, дивно хлопая чýдными глáзками. Двойная Шёрстка аж залюбовался.

— Нет. Взаправду? — и она требовательно посмотрела на него. — Кто из нас мальчик? Кто обязан познавать новое?

Двойная Шёрстка почувствовал, что его ну вот прямо вот распирает от собственной важности. Вот он какой вот! Это девчонкам всё объяснять надобно, а он — он сам сможет! Он ну вот прямо вот, прямо сейчас — и — сам!!