Падение Коцита полностью

Повернулся к жителям нагорья, сохранившим себя от демонизации Серишета.

— Можете уходить с нами. Если хотите — оставайтесь тут. Говорите всем, кто ещё не заражён: пусть уходят к нам. Примем. Проверим и примем. У нас тоже есть заражённые, будем отправлять на лечение вместе. Но только тех, чьи души ещё не успели выесть вселённые демоны. Все остальные — умрут.

Снова повернулся.

— Ратуан, бери десяток охраны, лучших конников, — и немедленно, слышишь? — немедленно!! — уходи. Передай Каруну, чтобы связался с Девятижды Вернувшимся. И пусть он вызовет светлых богов. Хотя бы одного. Иначе — скоро Коцит ступит тут полной ногой, а потом и двумя.

Повернулся к лучникам службы Каруна.

— Вы ещё тут? Выполняйте.

— Всю площадь?

— Да. Они заражены.

— Знаю. Детей — тоже?

И человек из службы Каруна прищурился на своего повелителя.

— Да, — твёрдо ответил Ратмир. — Если это грех перед светлыми богами, я беру его на себя.

Человек из службы Каруна иронично хмыкнул.

— Тебе уже можно начинать поклоняться, Взявший на Себя?

Развернувшийся было Ратмир бросил хмурый взгляд в его сторону:

— А в рыло?..

Проблему всё-таки удалось решить. Для начала под руководством богини изготовили слуховые трубки. Что помогло вслушиваться в происходящее за запертой дверью. После того, как за два дня и две ночи непрерывного вслушивания не удалось услышать ни единого звука, решили попробовать преодолеть препятствие. Разумеется, без шума. Поэтому никаких ударов молотом в местах предполагаемого расположения дверных петель или засова с той стороны. Всё предельно аккуратно. Деревянный молоточек и слуховая трубка. Осторожное постукивание и вслушивание в отзвуки.

Если доверять ощущениям, получалось, что дверь с той стороны заперта на засов. И небольшой. Если нет замка, всё предельно просто. В металле двери напротив засова прожигается дырочка и острым твёрдым шилом засов постепенно, по волоску, сдвигается в сторону. Минимум следов. Необходимый состав бралась приготовить богиня. Из белёсой разъедающей мерзости первого препятствия на пути, яда сторожевых змей и чего-то там ещё. Богиня слово держит, сказала — сделает. То же и со специальным шилом. Пока всё готовится, сидеть и слушать. Не получится, будем думать ещё.

Ждали. Слушали. Ни-че-го. Если Глаз Стикса изредка и подкармливали, то не слишком часто. Палящий взгляд оставляет от человека только пыль. А пыли, отличной от каменной, что внутри пещер, тут маловато всё же. Не баловали. Оно и понятно: душа — вещь вкусная, чего её от своей пасти отрывать.

Немного беспокоило то, что именно может ожидать там, с той стороны. Однако богиня, по каким-то, ей одной ведомым соображениям, утверждала, что ничего особенного быть не может. Ход этот, говорила богиня, кое-кто для себя оставил, на тот случай, если вдруг спешно придётся бежать.

Кто? Куда? От кого? Зачем? — не уточняла, только глядела невидимо, как бы сквозь людей, в дали неведомые, да улыбалась странно. Одно только добавила, что если там, за дверью, нет кое-чего, то дверь эту можно и молотом вышибать. А если есть, придётся часть пути просто красться на цыпочках. Но если замка нет, то, скорее всего, и ничего нет.

… Так оно и оказалось. Засовчик длиною в локоть, лёгонький. Отодвинули быстро. А как за дверь вышли: всё тот же проход, та же высота, та же форма свода. Толщина же каменной перегородки, куда металлическую дверь врезали, всего ничего, в длину стрелы, не более. Напрасно тревожились.

Сперва думали, гадали: почему же так, почто нет замка? Потом сами догадались. Если хочешь тайну сохранить, пусть любопытным замок путь не преграждает. Если уж кто и проберётся в запретный проход аж до сих пор, то идти станет, покуда поживу какую не узрит. А как дверцу открыл, внутрь зашёл, тут ему Глаз Стикса и подмигнёт весело. А коли замок, да вскрывать нечем, да ловушку какую заподозрит, вернётся нарушитель, расспросы пойдут, прочая утечка тайны… Это народ уже позже раскумекал, когда дверь открыл, а там просто такой же проход. Пустой.

В этот проход идти уже подставочки сняли. Тапочки из травы плетёные надели. И мягко, и ногу от камня не холодит, и шума никакого.

Шли не так, чтобы уже долго, но всё же. Коридор тот как и прежде: по прямой. И заканчивается снова дверью. Деревянная, металлом обитая. И, самое главное, чувство у всех пробудилось: кто-то там есть. За дверью. Не вот чтобы сидит, следит, караулит. А просто — дальше коридоры обжитые пойдут. И точно. Как со слуховыми трубками к двери приникли, так и послышалось что-то. Далёкое вроде как, но уже — шумливо. То ли говорят что, на языке незнаемом. То ли животная скотина какая. Нет, не птица, нет. То ли ещё что. Но, в общем, шум. Шум-шумок, да движение вроде как угадывается. Не близко ходят, но и не далеко. И что делать?

Молоточком постукивать тут уже не годится. Не ровён час, услышит кто звуки подозрительные, да и проверять пойдёт. Ладно, коли сам. А если отряд стражи местной направит? И так не хорошо, и этак хуже некуда.