Падение Коцита полностью

Что, говорите? В Храм не пойти? В долине спрятаться? Богослужение пропустить? Ну, вы это по незнанию! Сила Богини, она ведь по всей долине беспрекословную власть имеет. Так вдарит сверху, что один пепел останется. Кто грех большой свершил, или кто оружный из-за перевала ворвётся, — всем един карачун. Полное испепеление. Или частичное. Оно тоже до смерти, но со стороны так даже и страшнее выглядит…

Ахоранагуим махнул рукой и караван продолжил путь свой. А сверху, с неприступной скалы, что торчит сбоку перевала, перстом указующим в небушко нацелившись, — лестница верёвочная упала. А по ней, шустро шевеля руками-ногами, опускались Ахоракитутун и Ахорагернисат, чей черёд выпал сторожевую службу нести. О приближающихся с той стороны оговорёнными знаками жрецам Храма весть подавать.

Родившиеся в один месяц одного года считаются в Долине объединёнными тайным сродством. А месяц Ахора, между прочим, не худшее время в году, ой, не худшее! Потому и знакомство вели те трое уже достаточно давно. И ежели возвращение каравана совпадало с дежурством знакомой пары из службы Востроглазых, единолунные завсегда маленечко общались, — когда караван отходил немножечко поодаль. Востроглазых привлекала возможность отведать диковинных яств издалеча, что и понятно: посиди-ка половину луны на каменном пальце. Да ещё когда пища скромная и исключительно токмо зоркости глаза способствующая, но уж никак не удовольствию вкушания. Ну а что до интереса купца, так то всем ведомо: слухи для купца, — что ноги для гонца. Первое дело в обмыслении мыслячимого. Или мыслюемого?..

А поелику Богиня никак не указывала, что ей есть какое-то дело до тех встреч, то и прекращать обоюдное удовольствие никто не собирался. К чему?

Пропустив по первой пиале, Востроглазые расслабились и перевели дух. А Ахоракитутун так даже и восхищение выразил. Так, говорит, хорошо стало, словно сама Богиня босыми ножками по душе прошлась. Остальные двое хмыкнули, но Богиня никак не выразила своего неудовольствия, а посему беседа за скромным достарханом продолжилась, совмещая приятное с полезным. Купец кивал и подливал собеседникам из высокого узкогорлого кувшина…

Когда умиротворённые тела Востроглазых снова полезли на свою верхотуру, купец небрежно свернул разложенное на коврике в сам же коврик, потом засунул свёрнутое в перемётную суму и направился далее пешком, ведя своего верблюда в поводу. Хмуря лоб и нашёптывая себе под нос нечто, слышимое ему одному. Ахоранагуим неспешно и вдумчиво прикидывал, к какому изменению в реке бытия приведёт сложение вестей извне и вестей изнутри…

Как знают все, побывавшие в Храме Золотой Богини хотя бы один раз, — массовые моления происходят во дни новолуния и во дни полнолуния. Построенный некогда неизвестными богами, Храм мог вместить в себя строго ограниченное число посетителей. И потому всё население Долины, обязанное раз в месяц пройти обряд очищения и принять благословение Золотой Богини, в строгой очерёдности, определяемой жрецами по знакам, подаваемым самой Богиней, — занимало свои места в Храме, с трепетом ожидая решения Богини о своей участи. Для каждого молящегося уготовано отдельное место: золотой квадрат пола, отделенный от соседних чёрной прожилкой какого-то маслянистого на ощупь камня. Число мест для молящихся считалось одним из Святых Чисел, управляющих повседневным бытом людей.

Молящиеся, зашедшие со стороны или вернувшиеся из путешествия, проходили обряд очищения в практически пустом зале. Вот и теперь, войдя в зал последним, Ахоранагуим цепко и настороженно словно вымел зал метлой своего взгляда. И малость перевёл дух. Кажется, суровая, но справедливая Богиня проявила милость к мелким прегрешениям его людей. Во всяком случае, никто не испепелён на месте. Да и тех, кому Богиня воспретила возвращение, также не видно, иначе встретили бы у внешних врат, пожаловались бы уже на свою судьбу… Только несколько человек из числа его людей беседуют со жрецами внутри Колодца Святости.

Впервые попавшие в Храм завсегда проявляют интерес: а для чего это такого особенного изнутри в стенах Храма прорезаны такие высокие щели? А некоторые так даже заходят внутрь и с удивлением глядят по сторонам и вверх. Гладкие стены без надписей, полностью правильные круги пола и потолка. Цилиндр, нарушенный щелью входа. Зачем это? Во время Внимания Богини там же всё равно никого нет? И для какой такой надобности вдоль стен идут эти странные, с треугольными зубцами, чёрные полосы маслянистого на ощупь камня?..

Ахоранагуим вздохнул, привычным жестом поддёрнул широкие шаровары и, покряхтывая, коснулся обнажёнными коленями золотого пола. Поёрзал, устраивая поудобнее на пятках свой зад, намятый верблюжьим седлом. Выпрямил спину, прикрыл глаза, положил ладони рук на матерчатый валик задранных шаровар, коснулся кончиками пальцев рук обнажённой кожи колен. Воздух привычно холодил выбритую голову, ритуально смоченную святой водой из широкой чаши у входа в Храм. Привычное успокоение чувств перед Вниманием Богини, и, — ожидание…