Вместо ответа Элви тронула Наоми за руку и сказала:
— Встретимся в моем кабинете через пару часов?
Наоми кивнула и отплыла в сторонку, пока научная команда отсоединяла Амоса и Кару от оборудования. Джим последовал за ней. Элви наблюдала за всеми и ни за кем в отдельности, ощущая удовлетворение. Ее люди двигались точно и целенаправленно. Если и был какой-то страх, то его скрывали профессионализм и практика. Хорошо. Ей было необходимо в этом убедиться. Более того, ей требовалось достичь того же. Она скрестила руки, сделала несколько глубоких вдохов и постаралась набраться терпения, пока разум немного не успокоится. Как только ей показалось, что все получается, она вспомнила о появлении в лаборатории Уинстона Дуарте, и пришлось начать все сначала.
Кара грациозно поднялась с медицинского кресла, подобно дыму над курительницей благовоний или полоске ткани, колеблемой подводным течением. На ее лице играла мягкая и расслабленная улыбка, щеки покрывал темный румянец.
— Все хорошо? — спросила Элви.
— Замечательно, — ответила девочка.
Амос наблюдал за ними с любезной, ничего не выражающей улыбкой на лице, пока с него снимали последние датчики.
— В этот раз мне нужно немного поработать, прежде чем мы займемся отчетом, — сказала Элви.
— Как скажете, — ответила Кара, не выходя из своего блаженного состояния.
Элви открыла соединение с камерой катализатора.
— Как у вас обстановка?
— Катализатор в ящике, Ксан снаружи, — ответил Фаиз. — Все выглядит нормально, за исключением того, что все, с кем мы говорили из лаборатории, как будто пытаются подать знак, что их держат в заложниках, не сообщая об этом прямо. Что там у вас случилось? Вас взяли в заложники?
— Встретимся в моем кабинете.
***
С первого взгляда собранная Танакой информация не показалась Элви странной. С необычных когнитивных эффектов инопланетная технология начала еще на Илосе. До этого в сенсорной коре Джима была воспроизведена протомолекулярная версия его друга. Человеческое сознание достаточно простое, чтобы дроны-ремонтники на Лаконии могли создать рабочие модели того, что некоторые люди хотели починить. Ксан. Амос. Дрон для отбора проб, который Кара однажды случайно разбила.
И только сейчас, просматривая данные заново, Элви начала замечать пробелы.
— У вас были какие-то особенные ощущения во время инцидента? — спросила Танака.
Без какой-либо паузы на обдумывание испытуемый ответил:
— О да. Еще какие.
На этом опрос закончился. Вместо первичных данных или прямого разговора Танака вставила краткое резюме: «Сообщает о похожих на сон галлюцинациях, где он является другим человеком и/или связан с большим количеством других людей. Утверждает, что воспоминания о галлюцинаторных переживаниях с течением времени остаются такими же ясными».
Снова и снова в данных всплывали одни и те же формулировки. Вместо отчетов о реальном опыте команда Танаки представляла собственные версии. Элви достаточно долго вращалась в академических кругах, чтобы заметить, как кто-то замалчивает данные и переходит прямиком к интерпретации. Почти всегда это означало, что они избегают чего-то неприглядного.
***
Наоми, Джим и Фаиз парили в ее личном кабинете, и свободного места почти не осталось. А может, она просто привыкла находиться здесь с одной Карой, обсуждая погружение, и лишние люди казались помехой. Или она огорчена, и ее раздражает буквально все.
— Мы точно знаем одно — его здесь не было, — сказала Элви. — Камеры наблюдения ничего не засняли, даже наш с ним разговор. Никаких данных о его взаимодействии с каким-либо физическим объектом за исключением мозга каждого из нас.
— Есть доказательства, что он это делал? — спросил Джим.
— Мы же его видели, — ответила Элви и пожалела о резкости своего голоса. Не вина Джима, что он не смог до конца все обдумать. Она постаралась смягчить тон. — Тот факт, что мы все это пережили, и есть доказательство. Если бы мы вели контрольную запись мозговой активности кого-то неизмененного, то, скорее всего, смогли бы определить зоны воздействия, но даже без этого одинаковые переживания выглядят достаточно убедительно.
— Вы все видели одно и то же, — заметил Фаиз, — так что, вероятно, в этом была некая объективная реальность, даже если вам одновременно одинаково дурили голову.
— Миллер такого не мог, — сказал Джим. — Даже еще один человек в комнате разрушал его симуляцию.
— И это очень интересно, — отозвалась Элви. — У Дуарте явно больше ресурсов и, за неимением более подходящего слова, больше вычислительной мощности. Возможно, именно поэтому он может сдерживать атаки.
— А как насчет его плана? — спросила Наоми.
— В каком смысле?
— Он реален?
Элви прижала ладони ко лбу и потерла. Несомненно, военачальник пропустит всю научную подоплеку и перейдет прямиком к политическим последствиям.
— Теоретически? Можно ли модифицировать наш вид в нечто, ведущее себя принципиально иначе? Конечно. Абсолютно. Это происходит постоянно.
— Это сарказм?
