Тереза взвизгнула и бросилась на механика. Она ткнулась в его плечо, обвила руками за шею. В крови Наоми молотом ударил адреналин, а потом она услышала всхлипывания Терезы. Амос придерживал ее одной рукой, а она обхватила его всем телом. Взгляд его тусклых черных глаз сместился к Наоми. Он взмахнул свободной рукой — мол, ну что я с этим поделаю?
«Я не знаю», — пожала плечами Наоми. Амос неуклюже дотянулся и погладил Терезу по голове.
— Все в порядке, Кроха. Ты теперь в безопасности. Мы с тобой.
Амос выглядел совершенно растерянным и впервые с тех пор, как его изменили, стал похож на прежнего человека. Миг спустя появились Кара и Ксан, проскользнули по воздуху с двух сторон к Амосу, прикоснулись к плечам Терезы, чтобы та поняла, что они тут, а потом безмолвно обняли ее. Одинокая убитая горем девочка в окружении утешавших ее серокожих черноглазых людей. Прямо как картина. Красавица и чудовища. Рыдания Терезы начали утихать, но крепкая хватка не ослабевала.
— Нам, возможно, потребуется минута-другая, босс.
— Поспеши, — сказала Наоми, выплыла и отправилась к предоставленному ей Элви рабочему месту.
Эвакуация шла полным ходом. Все способные двигаться корабли двигались. Все корабли, которые не могли двигаться, пристыковались к другим, и люди переходили туда. Большинство стремились к ближайшему выходу. «Сокол» с «Роси», стоявшие в центре пространства колец, должны были проделать самый длинный путь до врат. Часть кораблей направилась через пространство колец в Сол, Оберон или Бара-Гаон на максимально возможной скорости.
— Мы готовы, — сказала Элви.
— Это преувеличение, — вставил Фаиз. — Мы достигли произвольного уровня «к черту, и так сойдет». Это мы называем готовностью.
Наоми обернулась к нему. Фаиз твердо держался на палубе с помощью магнитных ботинок, Элви плавала рядом. Создавалась иллюзия, что на него действует гравитация, а она, неземная, летит, как воздушный шарик. Ее атрофия и худоба поддерживали впечатление.
— Кресел с погружением не хватает на всех, — сказала Элви. — Это будет ограничивать безопасные перегрузки.
Наоми в последний раз посмотрела на свою тактическую карту. Больше она ничего не могла сделать. Она закрыла карту с ощущением, что это была ее последняя секунда в роли главы подполья. Облегчение было вполне ожидаемым. Горе — более удивительным.
— Пусть погружением воспользуются самые уязвимые.
Фаиз посмотрел на жену.
— Она имеет в виду тебя, дорогая.
— Именно так, — согласилась Наоми.
— Будь у нас время, я бы поспорила, — сказала Элви. — Пять минут, чтобы все заняли свои места?
— Я уже иду в свое кресло, — отозвалась Наоми.
Оно оказалось стандартным — база гелевая, на карданной платформе. Но иного вида, чем стояли на «Роси». Лаконийские амортизаторы были бесшумными, а гель странно теплым, видимо, как полагала Наоми, чтобы поддерживать циркуляцию крови при высоких g, но от этого кресло ощущалось чересчур плотным. Зато был температурный контроль, и, пристегнувшись, она сразу снизила его до комфортного уровня.
Она взяла ручной терминал, чтобы связаться с Амосом. Лаг был подозрительным — пока она не поняла, что пытается обращаться через систему «Роси». Она переключилась на «Сокол», и соединение немедленно установилось.
— Привет, босс, — ответил тот, кто прежде был Амосом — тот, кто, кажется, до сих пор им остался.
— Наши все на месте?
— Ага. Ондатра немного нервничает из-за всего этого. И от этой конуры, и от безумия Крохи. Здешний медик дал ей таблетки, чтобы снять напряжение, и теперь она спит. Он сказал, что у нее психологическая травма.
— Вполне возможно.
— Удивляюсь, как прожил столько лет, и никто мне от этого таблеток ни разу не предлагал, — сказал Амос, в его тоне слышалось неодобрение.
Это напомнило ей прежнего Амоса.
— Ящик с инструментами большой, — сказала она. — Каждый должен выбрать что-то свое.
— Да уж. В общем, я пристегнут. С Крохой все хорошо. Собака в порядке. И это все наши.
«Черт, — подумала Наоми. — Это все наши».
— Хорошо.
— Как ты, держишься? — спросил Амос.
— Увидимся на той стороне, — ответила она и сбросила соединение.
В следующее мгновение Элви по общекорабельной сети сообщила всем, что следует пристегнуться и приготовиться к жесткой перегрузке. Наоми открыла отображение с внешней камеры и настроила наблюдение за станцией. Посмотреть на Джима. Она знала, что большая часть потеряется в шлейфе двигателя, но все равно это сделала.
Начался обратный отсчет. Иглы кресла-амортизатора впились в нее, «сок» полился в кровь, а «Сокол» подтолкнул вверх.
***
Холден ощущал, как один за другим корабли покидают пространство колец. Те, что до сих пор оставались в медленной зоне, устремились к выходам — с безумной скоростью и все же недостаточно быстро. Силой мысли Холден пытался заставить их двигаться быстрее. Чтобы выбраться. Чтобы уцелеть.
