Падение Царьграда полностью

Не успели бросить якорь в илистое дно Влахернской гавани, как от судна отчалила маленькая лодка с матросами в красных тюрбанах, белых шароварах и коротких куртках без рукавов. С ними находился офицер, также в широком тюрбане. Толпа любопытных зевак окружила этого офицера, когда он вышел на берег и потребовал, чтобы его провели к начальнику караула. Очутившись лицом к лицу с ним, он подал ему письмо и сказал на ломаном греческом языке:

   — Мой господин, прибывший на этой галере, просит, чтобы ты прочёл эту записку и передал её куда следует. Он надеется, что тебе известны требования этикета, и будет ждать ответа на своей галере.

Поклонившись, офицер, или шкипер, сел обратно в лодку и направился к судну, а начальник караула развернул записку и прочёл следующее:

«Галера «Сан-Агостино», 5 мая 1451 г.

Нижеподписавшийся христианский дворянин из Италии, из замка Корти на восточном берегу близ древнего города Бриндизи выражает свои преданные чувства его величеству императору Константину, защитнику святой веры в распятого Сына Божия, и смиренно заявляет, что он, по профессии рыцарь, обнажал меч не в одном кровавом бою, посвящён в рыцари самим его святейшеством, папой Николаем V. Так как в его стране царит мир, кроме баронских междоусобий, которым он нисколько не сочувствует, то он и покинул свою страну с целью искать подвигов за границей. Прежде всего он предпринял паломничество к Гробу Господню и привёз оттуда много священных предметов, которые желал бы представить его величеству. Благодаря долгому пребыванию среди мусульман, которым Всевышний в неведомой нам своей премудрости дозволяет осквернять Святую Землю своим присутствием, он говорит на арабском и турецком языках. До сих пор он, по благословению его святейшества папы, вёл борьбу с этими врагами Бога, преимущественно на море, забирая в плен варварийских пиратов в Триполи и заставляя их грести на его галере. Славный город Константинополь известен ему уже давно по слухам, и он желал бы поселиться в нём до конца своих дней, поэтому он просит, чтобы его просьбу передали его величеству императору, а пока будет дан ответ на неё, ему было бы дозволено стоять спокойно на якоре в своей галере.

Уго, граф Корти».

Начальнику караула это письмо показалось довольно странным и самая просьба излишней, так как в Константинополь дозволялось приезжать и селиться всякому без различия национальностей и званий. Правда, в последнее время торговля упала, и благодаря хитрости жителей Галаты доход с ввоза товаров был очень незначителен, но всё-таки старый Царьград сохранил свои рынки, и на них гостеприимно принимали весь свет. Однако итальянские графы были известны во всём свете своей воинственностью, и обыкновенно государи тех стран, куда они являлись, не отказывали им в аудиенции. Поэтому офицер императорских телохранителей отправил полученную бумагу прямо во дворец.

Пока она шла до Константина, мы скажем несколько слов о том, кто был граф Корти.

Только что пришедшая в Константинополь галера отличалась не одними только пушками. На корме возвышалась постройка, небольшая, с плоским потолком и круглыми окнами по сторонам. Эту новинку судостроители Палоса и Генуи назвали капитанской каютой. Владелец судна, поравнявшись с Сан-Стефано, взобрался на крышу каюты, откуда смотрел с любопытством на открывавшуюся перед ним панораму. Он был так занят этим зрелищем, что ни разу не сел, хотя ему и принесли туда кресло.