«В таком случае могу вам точно сказать, что божья воля появлялась на земле уже трижды за нашу историю, и этот раз четвёртый. Мы научились определять косвенные следы, оставленные в некоторых породах и рудах. Так вот, первый датируемый случай произошёл примерно двести тысяч лет назад. Как раз тогда появился Homo sapiens. Второй случай на рубеже семидесяти пяти — пятидесяти тысяч лет назад, появление первых Homo sapiens sapiens. И, наконец, последний и лучше всего датируемый случай. Около четырёх тысяч лет назад. Период, о котором древнегреческие философы будут говорить, как об эпохе героев» — начал воодушевлённо вещать профессор.
Ведущие, не обрадовавшись тому, куда свернула тема, пытались его отвлечь, но не тут-то было.
«Герои древних мифов, Геракл, Ахиллес, Одиссей, могли иметь вполне реальный прототип. Кто знает, может быть речь и не о героях, а о богах! Зевс, метающий молнии, или Посейдон, повелевающий водой, также могли быть металюдьми…»
Чем дальше, тем больше Глосс нёс какой-то бред, не реагируя на попытки ведущих его заткнуть. В кабинет зашёл Росс, и Блэк убавил звук.
— Идиоты, — вздохнул президент.
Росс покосился на экран.
— Ведущим и положено…
— Я не про ведущих, а про тех, кто это смотрит.
Президент развернулся и посмотрел на директора национальной разведки.
— Давай, Дин, расскажи мне, что вам удалось собрать.
Росс поправил галстук и протянул президенту папку. Блэк открыл и начал просматривать, подбодрил:
— Рассказывай, я могу одновременно тебя слушать.
— За восемь лет работы MCS казнило трёх металюдей. И во всех трёх случаях Хёрт не ставил никого в известность.
Блэк хмыкнул.
— Слабо, Дин. Хёрт ставил в известность меня, чего вполне достаточно. А даже если не ставил бы, тебе известно, что за сила была у приговорённых, и какого было их психическое состояние? — Кевин оторвался от бумаг и поднял взгляд на Росса.
— Для обвинения вполне потянет, — не сдавался директор национальной разведки.
— Нет, Дин, не потянет. Взгляни, — президент кивнул себе за спину, на монитор. — Общественность в напряжении. Объяви сейчас, что Хёрт, ни с кем не советуясь, устранял опасных металюдей, не позволяя им превратиться в катастрофу, получишь всего один ответ, точнее, вопрос. А где Хёрт был не прав?
Кевин захлопнул папку.
— А последним казнённым, я так понимаю, был тот парень, что устроил погоню с перевёрнутыми машинами?
— Да, сэр, — подтвердил Росс.
— В общем, вы ничего не нашли. Поздравляю. Я тебе ничего не сделаю, Дин. После событий последних дней желающих испортить тебе жизнь будет хватать и без меня. А по этому…
Президент поднял папку, чтобы сразу бросить её на пол.
— Может, у меня экономическое образование, но я не кретин. Я уверен, в этой папке не хватает половины страниц, на которых указаны противопоказания и побочные эффекты. Там такой список наркотических веществ, что группу можно смело назвать «отрядом самоубийц». Если бойцы переживут встречу с Крысоловом и Энтропией, то помрут сами от интоксикации.
— Главное — этот состав даёт возможность добраться до Крысолова, — пожал плечами Росс. — Эта угроза должна быть нейтрализована любой ценой. Да и отравление вполне можно пережить.
— Может, на тебе испытаем? — мрачно предложил Блэк.
— Готов быть добровольцем в группе ликвидации, — не поддался на угрозу Росс.
Президент лишь хмыкнул.
— Ещё бы ты не был готов. Только подобное самопожертвование и убережёт тебя от Сената и Лонрока, который по приказу Сената тебя и выпотрошит.
Президент прибавил звук и указал на Глосса.
— Он спятил или помешался. Организуйте профессору тихое, спокойное место, где его не будут беспокоить журналисты.
Всмотревшись в лицо профессора, чьим именем ранее называлось пси-излучение, Росс кивнул.
— Устроим.
Когда директор национальной разведки покинул кабинет, Блэк достал телефон и сделал звонок. После нескольких гудков в трубке раздался бодрый голос Хьюза.
«Кевин! Рад тебя слышать!» — приветствовал начальника отправленный на больничный вице-президент.
— Судя по голосу, операция прошла вполне успешно? — улыбнулся президент.
«Да! Я так хорошо себя не чувствовал лет десять!» — отозвался старый партнёр.
— Хорошие новости, которых так не хватает в последние дни. Как доктор?
Хьюз на секунду сбился с мысли, но нашёлся довольно быстро.
«Утомился, но не более того. Отдыхает. Кстати, гостей я разместил со всеми удобствами» — сообщил вице-президент.
В наличии прослушки Блэк не сомневался, потому разговор вёлся иносказательно. О том, что Хьюз искал хорошего лечащего врача, как и о болезни вице-президента, знали все. И когда Джеральд пожаловался на осложнения и попросил отставки, это никого не удивило. Да, начался кризис, и действия Хьюза напоминали банальное бегство, но в то же время все прекрасно понимали, что из-за состояния здоровья мужчина просто не тянул свои обязанности. Сенат настоял, чтобы Хьюз вместо отставки ушёл на больничный. Обставлено всё было, как жест большого уважения, но, очевидно, Джеральда планировали использовать в качестве козла отпущения, если ситуация покатится в ад. Когда покатится.
