— Тринадцать, — признался Доппельгангер. — И на тот момент о металюдях, о вас я не знал. Может быть, ваши инициации уже произошли, но информация ещё не просочилась.
— Мы какое-то время провели взаперти, пока до нас не добрался Хёрт.
Доппельгангер кивнул.
— Понимаю. В общем, я вполне сносно изображал пирата почти неделю. А затем случилось… Избегая подробностей, там был сюжет для триллера или фильма ужасов категории «B», много крови и бессмысленных смертей. Я узнал, что любую кровавую баню с помощью ведра перекиси водорода можно превратить в пенную вечеринку. И, наконец, осознал, что являюсь как раз тем пацаном.
Парень вздохнул.
— Кое-как добрался до штатов, попытался податься домой. Ну, попал. Только в тот момент я носил личность сорокалетнего мужчины, просидевшего в баре больше, чем мне было лет. Когда дверь открыла моя мать и я попытался её обнять, выскочил её брат, мой дядя, и избил меня. В процессе я применил силу.
Доппельгангер развёл руками.
— В общем, когда увидел по телеку выступление Хёрта, у меня на руках было столько трупов и крови, что я побоялся к вам обращаться. Я смотрел в зеркало и думал о том, как работает моя сила. Пытался представить, как бы я отреагировал на такого чувака, сядь он рядом в баре.
Валькирия скептически приподняла бровь, и Доппельгангер криво усмехнулся, кивнув.
— Да, сейчас-то я понимаю, что стоило идти к вам. Уверен, Хёрт спросил бы только, было у меня желание убивать или нет. Учитывая, что убивать я никого не хотел, вы бы мне слова не сказали, наоборот, пожалели бы. Но это я намного позже осознал, когда уже был порядочно повязан кровью. Так что задним умом мы все сильны. А в тот момент я был напуган, подавлен, совершенно опустошён.
— И тебя нашли ребята из спецслужб? — спросила Элис.
Парень отрицательно покачал головой.
— Нет. Не сразу, во всяком случае. Два года я, типа, прятался. Жил на дне, среди всяких отбросов. Видишь ли, моя сила играет со мной злую шутку. Я получаю память жертвы. Но не опыт и не навыки. Даже память воспринимается… — Доппельгангер задумался, подбирая слово. — Чужой. Мне нужно время, чтобы её осознать и воспринять. Поэтому, хоть и прошло восемь лет, я бы не сказал, что чувствую себя на двадцать лет. Скорее уже на пятнадцать. Поэтому я тебе всё рассказываю.
Доппельгангер поднялся и подошёл к решётке, облокотившись на толстые прутья.
— Меня Джон зовут. И я пипец, как устал изображать взрослого.
Валькирия смотрела ему в глаза, считывая из памяти образы. Джон не врал. Каждое слово отзывалось образом-воспоминанием, подтверждающим всё сказанное.
— Федералы, которые меня всё же нашли, хотели к вам везти, но там старший что-то мутное задумал. В общем, кончилось тем, что всех несогласных пустили в расход, а меня познакомили с Блэком, — Доппельгангер скривился. — Я когда о себе рассказывал, этот ушлёпок ещё прокомментировал, типа: «и у тебя изнасилование, как банально». Да, как жаль, что инициация не приходит от просмотра фильмов для взрослых или игры в долбаный крикет.
Парень вернулся на койку и лёг, уставившись в потолок.
— Но меня довольно быстро повязали. Да и привык я уже к тому времени убивать. Перестал воспринимать смерть чем-то неправильным. Намного позже познакомили с Бестией и Зеро. Сила Зеро мою не блокировала, к слову. Сейчас уже не важно, просто довожу информацию. А ещё я в девчонку влюбился, из молодых агентов. А она, узнав о моей силе, начала бояться моего прикосновения. Понимаешь?
Джон закрыл глаза.
— Я навсегда один. Как прокажённый. Даже хуже. И потому я рад, что всё закончилось. Правда, всё ещё уверен, что вы меня просто казните. Есть ведь, за что. Но смерть — это не так уж и плохо.
— Почему ты не ушёл от Блэка? Пусть не к нам, но он не мог тебя удержать. Никто бы не смог.
— Куда? — спросил Джон. — Спрятаться среди людей, взяв чью-нибудь личность и приглушив силы? Я боюсь потерять себя. Начать вести себя, как человек, чью личность забрал, и забыть, кто я на самом деле. Я попробовал, мне не понравилось, два месяца продержался, а затем сорвался. Отправился в трущобы и устроил бойню среди каких-то наркобарыг. Само собой, по окончании обнаружил на себе новую внешность.
Парень повернулся к Элис.
— В другие группы? Так здесь, в штатах, только вы и отступники Негатива. А что мне предложить Негатив? Правильно — подавить способности. А почему я не хочу — смотри выше. А искать своё место в другой стране… Уверен, там всё то же самое. Каким бы мудаком ни был Блэк, я сдружился с Зеро, насколько это возможно.
Джон замолчал, закрыл глаза. Некоторое время они оба молчали. Элис повернулась к двери, но осталась стоять.
— Тебе известно, на что рассчитывает Блэк?
— Нет, — ответил Джон. — Он нам не особо доверял. Зря, как на мой взгляд. Половина наших ошибок связана с тем, что мы не понимали всего плана. Что он задумал теперь — не знаю.
Валькирия молча ушла.
