— Положа руку на сердце, Андреас, — возразил ему Вектор, — ты так уж против прочистить мозги Блэку и прочим, кто довёл нас до этого? — патриот указал на экран. — Там многие на смертную казнь набрали.
Тлатойя промолчал.
— Ну смертная казнь, это казнь. А лишиться собственной воли — это как-то слишком, — без уверенности возразил Марк.
— Почему? — спросила Стигма. — Почему смертная казнь — норм, а лишение воли — плохо.
— Как минимум потому, что сначала подавление воли будут применять на преступниках, — заговорил Вектор. — Но ведь на этом не остановятся. В какой-то момент начнут подавлять волю недовольным. Вообще всем. И люди вообще лишатся своего выбора.
Стигма хмыкнула:
— Спроси у Валькирии, есть ли у простого обывателя с улицы своя воля и свой выбор, не навязанный ему извне. Узнаешь много нового.
— Наш разговор куда-то совсем не туда зашёл, — попытался отвертеться Марк.
— Валькирия рассказывала, как они все только начинали, — не отступала Стигма. — И как Хёрт им рассказывал прописные истины, а позже ей одной. Супермен или Бэтмен, сколько бы они ни ловили бандитов по улицам, не смогли бы победить преступность. А Крысолов, я почему-то уверена, победил. Просто подчинил всех самых крупных шишек и заставил работать себе во благо. Так что злодей он только по одной причине: он ударил по кошельку наших толстосумов.
— Звучишь, как какая-то коммунистка, — хмыкнул Козырь.
— Он подчиняет себе чужую волю, это тоже причина, — возразил Вектор.
— Всё равно на злодеев больше походят Блэк и другие. А мы — подручные этих злодеев. И не коммунистка я. Нельзя всех уравнять, тем более сейчас, когда есть мы. Не работает оно. Человеческая природа не даст.
— Тогда что? — спросил Вектор.
— Не знаю, — Стигма сложила руки в замок и отвернулась. — Только я уверена, что теперь смерть Крысолова ничего не даст. Как там? Фарш обратно не прокрутить? Просто так волнения по щелчку пальцев не закончится.
Наступила пауза. Вектор продолжил листать каналы, сразу переключая новости и давая шанс только тем каналам, где шёл какой-нибудь фильм. Ни на одном фильме он, впрочем, не останавливался надолго.
— А что будет, когда Крысолов умрёт? — спросил Марк. — У них ведь там начнётся тоже, что у нас, да?
— Это противнее всего, — подтвердил Вектор.
— И в таком ракурсе всё выглядит ещё хуже, — Козырь поморщился. — Стигма! Зачем ты всё это озвучила? Верни всё обратно! Я не хочу задумываться на такие темы!
— Хочешь, чтобы тебе просто указывали, кого бить? — язвительно спросила Стигма. — Чтобы не требовали принимать ответственность и что-то решать? Чтобы лишили воли?
Последний вопрос был задан особенно ехидно.
— Чтоб тебя! — скривился Козырь ещё сильнее.
Вектор переключился на приставку.
— Давайте забудем всё это и продолжим игру.
«Три минуты до посадки» — сообщил пилот.
Валькирия выглянула в окно, рассматривая поднимавшиеся в небо чёрные столбы дыма. Ночью в Вашингтоне произошли стычки полиции и национальной гвардии с незаконно вооружёнными группами граждан. Перестрелок было немного, но сам факт стрельбы в столице подтвердили. Здесь, над Лэнгли, было спокойнее, но пилот всё же держал вертолёт на высоте, недосягаемой для ручного оружия.
Вертушка села внутри охраняемого периметра, возведённого национальной гвардией вокруг штаба CIA. Элис, спрыгнув на асфальт, остановилась, рассматривая военную технику и вооружённых солдат. Хёрт остановился рядом, вопросительно глянув на девушку, но та отрицательно покачала головой. Втроём, Чихару сопровождала Хёрта, они пошли за агентом CIA, что их встретил. На парковке их ожидала колонна из трёх Страйкеров и двух бронированных автомобилей, а также Лонрок.
— Без этого теперь в город не попасть? — спросил Хёрт, указывая на колонну.
— Попасть можно, но двигаться будешь очень медленно. Залезайте, — указал Лонрок на первую машину.
Стоило Хёрту захлопнуть дверь, как колонна тронулась.
— Куда исчез Росс? — спросил Джек. — Я хотел ему лично пару ласковых сказать.
Лонрок отрицательно покачал головой.
— Росс лично командовал операцией по уничтожению Крысолова. Находился на лодке, когда прилетела противолодочная ракета.
— Лично? — удивилась Элис. — Зачем целый Глава Национальной Разведки на операции?
Лонрок криво улыбнулся.
— А потому что у него не было выбора. Не знаю, что у Блэка было на Росса, наверняка жирный компромат, но последний по итогу оказался виноват во всём произошедшем. Здесь Россу в любом случае грозил мешок на голову и пуля, а там был шанс. Вернись он с победой, отправил бы на почётную пенсию, свободным и живым.
— Не думаю, что он бы долго прожил на пенсии, — отметил Хёрт.
— Почему? Вполне мог бы, — пожал плечами Лонрок. — Все понимают, что он — исполнитель. А после смерти Крысолова козла отпущения искать уже не нужно. Все будут заняты переделом власти.
