Впереди Лютену ожидает прибытие великого героя нашей эпохи. Истинного, а не уже отгулявшего свое Гуго.
Правда, герой задерживается. Надо же наладить вАравинте грабеж… то есть управление. Так что король и Гуго могут погулять еще.
А Ирию Таррент (она же фальшивая Ирэн Вегрэ, фальшивая невеста Анри Тенмара и фальшивая отцеубийца — жаль, в последнее никто не поверит) никто не собирается разоблачать и казнить. Ура!
Улыбайся. Заученно и как можно ослепительнее. Капитан только что принес счастливую весть. Кому какую, а осчастливить умудрился всех.
Но этот день при дворе Алисы — для Ирии точно последний.
— Ирэн! — сладко-сладко.
Надо же — две сразу. Одна другой улыбчивее.
И еще три поодаль. Ждут, над кем посмеяться. Уже пасти растягивают.
Смеяться — над желающими покудахтать курами. Но сначала вдоволь повеселится сама Ирия.
— Что-то ваш илладийский красавец пропал, — лепечет блондинка медово. Под цвет локонов. И под стать имени — Лорелея.
До Полины ей как до луны. А уж если сравнить с сегодняшними страхами…
А дурищу-подпевалу Лорелеи зовут Камилла. Пухленькая и завитая как барашек.
— Тот самый, — подтявкнула она, — что сменил в вашем сердце другого… как его?
— Алана, — любезно подсказала Ирия. — А его самого зовут Риккардо. Вы бы запоминали имена получше. Своих-то кавалеров у вас нет.
— А у вас меняются слишком быстро. Кто станет следующим — словеонец?
— Возможно. Если я так захочу, — ослепительно улыбнулась Ирия. — Не сомневаюсь, вы это заметите первой. А когда станете сморщенной старой девой, сможете вспомнить хоть их всех. Перечисляйте каждую ночь. Перед… сном.
Ирия, ты сошла с ума? Объявляешь себя шлюхой? Ты не в компании Ральфа Тенмара.
— Или вы решили сменить его на слугу? — О, Лорелея опомнилась. — Того, что приходил тогда, Пьера.
У этой с памятью на имена — порядок. В отличие от фамилий.
— Что поделать, ему пришлось зайти. Я же, в отличие от вас, предпочитаю общаться с кучером на людях, а не в собственной спальне.
Долгожданный смех окрестных девиц. Долгожданный — ими. Наконец разобрались, кто здесь жертва, а кого — клевать. Молодцы.
— Что вы себе позволяете⁈ — негодующий вопль взлетел к потолку. К птичкам и агнцам Творца.
Вот так, Ирэн. Смейся громче. Хлещи презрением. Ральф Тенмар умер, но его племянница не опускает головы. Несмотря на все вольно гуляющие сплетни.
— Ирэн. — Баронесса Стефани Тайлер, кажется, и впрямь хочет как лучше. И уже не впервые. — Вы бы поосторожнее с Лорелеей. Вы ведь знаете, чья она дочь.
Мерзавца и негодяя. Скотины и подлеца. И лучшего друга Ревинтера.
— Да, графа Герингэ. Министра юстиции и одного из Регентов.
— Я понимаю, на кого вы хотите походить. Такие дамы всегда будоражат воображение. Особенно в нашем возрасте. Но вы — не Кармэн Ларнуа. У вас нет дяди — королевского родственника.
Как назло — последняя фраза донеслась до Лорелеи. И девица подлетела сломя голову.
— Зато ее дядя — любовник бывшей королевы, матери Шлюхи Кармэн.
Вот зарвалась.
— Вы говорите о сестре Его Величества, — ледяной тон графини окажет честь самому Всеславу.
— Лорелея! — одернула и Стефани.
А подружка Лоры слегка заволновалась. Или не слегка. У нее-то нет папочки-Регента. И друга семьи — дяди Бертольда.
— Я ничего не знаю об этой истории, — пожала плечами Ирия. — Мой дядя был верным мужем, а Ее Величество — преданной женой. Но если про него так говорят — значит, сочли достойным любви королевы. Как вас, Лорелея, достойной любви кучера.
— Ирэн!
Бедняжка Стефани.
А про кучера теперь зашепчутся все. Уже начинают. Вот так и уничтожаются репутации, Лорелея.
Пожать плечами. Презрительно. Отойти, едва шевеля веером.
— Зачем вы так, Ирэн? — укорила Стефани. — У Лорелеи теперь может сорваться помолвка.
— Купят нового мужа, — безжалостно дернула плечом Ирия. — Вы же помните, чья она дочь.
— А Камилла — некрасива и небогата. Ее действительно, скорее всего, ждет монастырь, если Лора не поможет. А она не поможет, если ей самой начнут покупать мужей. Не обижайтесь, Ирэн, но вы слишком похожи на вашего дядю. А мужчинам прощают больше, чем женщинам.
Еще бы. Братца Лорелеи уж точно не опозорила бы связь с кухаркой или горничной. Из чьих постелей он, кстати, не вылезает.
— Я не обижаюсь — слишком уважаю дядю, — усмехнулась Ирия.
«Зачем вы так?» И никто уже не помнит, кто изначально планировался в жертвы. Двумя невинными овечками.
— Стефани, Ирэн. — Жаклин Тирано — одна из самых приятных в этом цветнике ядовитых хищниц. И у нее самое ужасное платье. Розовое, с белым пояском — при полной фигуре. Кошмар. — Я прямо не знаю, как быть…
— Что стряслось, дорогая? — Стефани и впрямь — всеобщий друг. Ни с кем не ссорится. И никого не травит.
— В Лютену прибыл мой троюродный кузен, — «по секрету» зашептала Жаклин. Будто кузен — агент Мидантийской разведки. — С супругой. Он недавно женился. Я хочу с ней подружиться, да и с кузеном давно не виделась. Но не знаю, как сказать об этом принцессе. Я ей сейчас так нужна. Я не могу ее бросить в такое ужасное время…
Она едва замечает твое присутствие.
