— Скажи как есть, — подбодрила Ирия. — Что хочешь увидеть кузена и его жену. Что очень соскучилась. Что им нужна твоя помощь. И просишь отпуск на несколько дней.
— Ирэн, я так не могу…
— Хочешь, я попрошу?
— Хочу! — почти провизжала Жаклин.
— Значит, считай, что уже познакомилась с женой кузена.
— Я быстро вернусь. И ты права — бедной девочке тоже нужна моя помощь, — уже приободрилась Жаклин. — Она еще так молода… У нас в семье не любят ранние браки…
Охотно верится. Двадцатилетняя Жаклин — всё еще девица.
— … но тут такая жуткая история, — совсем понизила голос она. Испуганно оглядываясь на Лору с подружкой. Те аж уши навострили. — Отец погиб, сестра — тоже, другая сестра пропала без вести, брат — подонок, мачеха — стерва…
— А как ее зовут? — Спокойствие сохранилось с трудом. Хотя бы в голосе. Наверное, из-за куриц невдалеке.
— Мачеху? Надо спросить…
— Девушку. Жену кузена.
— Иден. Девичья фамилия… что-то старое… древнее… Таррент! — Жаклин выпрямила на удивление почти плоскую грудь. Изготовилась защищать выбор кузена.
— А вашего родственника?
— Стивен Алакл, барон Ривен.
Леон Таррент, тебе конец.
— К тому же, она ждет ребенка…
— Что⁈ — прорычала воспитанница Ральфа Тенмара.
Ирия, возьми себя в руки, живо! Стефани права. Ты — племянница Дракона, а не он сам.
— У нее будет маленький, — удивленно воззрилась Жаклин. — Сын или дочка. А что…
— Ирэн абсолютно права, — поправила Стефани. — Рождение детей — не тема для беседы незамужних дев. Особенно при дворе.
— Да, конечно… — пухлые плечики Жаклин поникли.
Иден ждет ребенка. Маленькая, хрупкая сестренка! От Стивена Алакла. Мерзость какая!
Стивен Алакл, барон Ривен. Дряблое, жирное тело, плешь на затылке, россыпь прыщей на лбу и подбородке…
Прекрати об этом думать. Даже Стефани не поймет, если тебя сейчас вырвет.
4
Алиса выслушала просьбу Жаклин милостиво. И, конечно же, отпустила, не медля. Попросить бы еще так же для себя…
Иден! Иден в Лютене. Близко, а увидеть нельзя. Зато можно выспросить всё у Жаклин. Взволнованной и благодарной. И к счастью — болтливой.
— Я провожу вас в сад, — сама вызвалась Ирия.
Танцуют клыкастые змеедевы с хвостами. Метко целится дискобол. Шумят деревья, приятно благоухают цветы. А вон та самая яблоня. Давно вырастила новые цветочные грозди. Только их больше некому рвать. Риккардо Гарсия капризы «баронессы» выполнять не станет. Даже если вообще вернется.
Да и яблок уже наросло и созрело куда больше, чем новых цветов.
— Жаклин, я знаю, что вам пора… но здесь нет сплетниц, вроде Лорелеи, и я хотела…
— Да, она — невыносима. Представляете, что она сказала о моем платье?
Очень даже.
— Очевидно, очередную гадость. А Стефани — прелесть, но при ней не поговоришь о детях, а я так завидую женщинам, у которых будет ребенок… — Ирия застенчиво опустила глаза. — Особенно когда они даже младше меня…
— Я вас так понимаю, Ирэн… — расчувствовалась Жаклин. — Что может быть важнее материнства?
— Я бы так хотела…
А ну-ка улыбнись помечтательнее! Ты просто сгораешь от нетерпения обзавестись собственным вопящим Чарли. А особая мечта твоей жизни — пока ты с трудом ползаешь круглая как шар, пусть твой не менее толстобрюхий супруг изменяет тебе с целым стадом «крестьянок кровь с молоком».
Улыбайся! Представь себе живую-здоровую Эйду. И Ревинтеров на плахе, а Полину — в солдатском борделе.
— О! — Жаклин потащила Ирию к первой же скамейке у ближайшего фонтана. Сколько раз мимо него пройдено с Аланом. — Тетя сказала, Иден очень идет беременность. Так-то она — бледненькая, хоть тетя и пытается откормить.
Иден и в детстве еле ела — больше ковырялась. А теперь в нее чуть не насильно пихают яства. Приготовленные заботливой «тетей».
— Они ведь любят друг друга? Раз так рано поженились?
Жаклин чуть смешалась.
Всё ясно. Стивену всё равно с кем, если не с крестьянками. Да и тех он в лицо не различает. А Иден деваться некуда.
— Они… думаю, да. Тетя говорит, Иден — так застенчива и молчалива.
Кто как выражает недовольство. Ирия — прежняя! — кипела бы от ярости, Эйда тихонько лила слезы. А Иден замыкается в себе и становится «застенчивой и молчаливой».
— О, Ирэн, если бы ты знала, как я мечтаю оказаться на ее месте… — вздохнула Жаклин. — Чтобы мое будущее уже определилось. Чтобы свой дом и муж, и детки…
Не плачь — скорее всего, так оно и будет. Жаклин передержали в ожидании лучшей партии. А теперь найдут жениха попроще. Уж в старых девах не оставят. В их семье такое принято не больше, чем ранние браки.
А здоровая девушка Жаклин и десяток детей родит легко. А вот худенькая Иден…
Жаклин упорхнула радостной бабочкой. Точнее — кругленькой медовой пчелкой. Полненькая Жаклин, мечтающая о муже, детках и своем доме.
А красотка драконья племянница Ирэн побрела прочь. Мечтать о побеге.
Приглушенные рыдания донеслись из беседки. Той самой. Заставившей неделю носить нитяные перчатки. Ввести новую моду. Самое смешное — ее поддержали. До самой жары. А там уже и у Ирии руки давно зажили.
Оказывается, законодательницей мод стать легко. Улыбайся позагадочнее…
