В библиотеке царила тишина. Девочки посматривали на библиотечные шифры, переходя от полки к полке в сторону книг по религии. Энергосберегающие лампочки, снабженные детекторами движения, должны, были включаться, когда они пересекали очередной проход, но работала лишь половина из них. Пенн все еще держала ее за руку, и Люс осознала, что и сама не хочет, чтобы ее отпускали.
Они подошли к обычно людному читальному залу, где горела лишь одна настольная лампа. Остальные ребята, должно быть, собрались на вечеринку у Гэбби. Все, кроме Тодда. Он сидел, забросив ноги на соседний стул, и читал мировой атлас размером с кофейный столик. Когда девочки прошли мимо, он поднял на них тусклый взгляд, который с равным успехом мог выражать и крайнее одиночество, и раздражение из-за того, что его побеспокоили.
— Поздненько вы, — ровным голосом заметил он.
— А сам-то, — парировала Пенн и показала язык.
Когда их с Тоддом стало разделять несколько стеллажей, Люс обернулась к ней, удивленно выгнув бровь.
— Что это было?
— Что? — обиделась Пенн. — Он со мной заигрывает.
Она скрестила руки на груди и сдула с глаз каштановый локон.
— Как же.
— Ты что, в четвертом классе? — поддразнила Люс.
Пенн так грозно ткнула в подругу указательным пальцем, что та подпрыгнула бы, если б отчаянно не расхихикалась.
— Ты знаешь кого-то еще, кто полезет с тобой копаться в семейной истории Дэниела Григори? Вот уж не думаю. Так что оставь меня в покое.
Они уже добрались до самого дальнего угла библиотеки, где все девятьсот девяносто девять книг были выстроены на одном стеллаже. Пенн присела на корточки и повела указательным пальцем по корешкам. Люс вздрогнула, как будто кто-то легонько коснулся ее шеи. Она оглянулась и увидела серый клок. Не черный, какими обычно бывали тени, но светлее и тоньше. Хотя и столь же непрошеный.
Широко распахнув глаза, девочка наблюдала, как тень вытягивается длинной извивающейся прядью в сторону головы Пенн. Она медленно опускалась, словно игла с заправленной в нее нитью, и Люс не хотелось даже думать, что может случиться, если серый туман дотронется до ее подруги. На днях в гимнастическом зале тени впервые коснулись ее самой — и она все еще чувствовала себя оскверненной, едва ли не грязной. Она понятия не имела, на что еще они способны.
Встревоженная, колеблющаяся, Люс вытянула руку. Она глубоко вздохнула и замахнулась. Ее кожа покрылась мурашками от ледяного прикосновения, когда она отбросила тень прочь — и смазала Пенн по макушке.
Та прижала руки к голове и потрясенно оглянулась на Люс.
— Да что с тобой?
Девочка осела на пол и рассеянно пригладила взъерошенные волосы подруги.
— Прости, пожалуйста. Там была… мне показалось, я заметила пчелу… у тебя на голове. Я испугалась. Боялась, она тебя ужалит.
Она сама понимала, насколько глупо прозвучали ее слова, и ждала, что Пенн вот-вот объявит ее сумасшедшей — зачем пчеле вообще залетать в библиотеку? Ждала, что подруга встанет и уйдет.
Но круглое лицо Пенн смягчилось. Она обеими руками взяла ладонь Люс и крепко ее пожала.
— Я тоже боюсь пчел, — сказала она. — Я страшный аллергик. Считай, ты мне только что жизнь спасла.
Это мгновение могло бы оказаться важным, едва ли не переломным для их дружбы — но не оказалось, поскольку внимание Люс было всецело поглощено тенями. Если бы только существовал способ выбросить их из головы, отделаться от них, не отделавшись заодно и от Пенн.
Девочку изрядно беспокоил этот светло-серый клок. Единообразие теней никогда не казалось ей утешительным, но появление другого вида привело ее в замешательство. Значит ли это, что теперь больше теней находит к ней дорогу? Или она стала лучше их различать? И как насчет странного случая на лекции мисс Софии, когда ей удалось отпугнуть тень, пытающуюся залезть к ней в карман? Она сделала это, не задумываясь, и никак не ожидала, что сумеет справиться с тенью — Люс огляделась вокруг, — по крайней мере, на время.
Она задумалась, не создала ли прецедент по взаимодействию с тенями. Только вот называть то, что она сделала с тенью, нависшей над головой Пенн, взаимодействием… Леденящее тошнотворное чувство шевельнулось у нее в животе, когда девочка осознала: то, что она начала делать с тенями, больше похоже на… сражение с ними.
— Странное дело, — заговорила Пенн. — Она должна стоять между «Словарем ангелов» и этими жуткими рассуждениями Билли Грэма [9]об огне и сере.
Она подняла взгляд на Люс.
— Но ее нет.
— Мне казалось, ты говорила…
— Именно. Когда я вечером смотрела, в компьютерной базе данных значилось, что она есть на полках, но сейчас поздно, и мы не можем подключиться к Сети, чтобы проверить.
— Спроси Тодда, — предложила Люс. — Может, он прикрывает ею свой «Плейбой».
— Какая гадость!
Пенн стукнула ее по бедру.
