И нет здесь неплодоносящего дерева, но всякое дает благие плоды. И место это благословенно! Триста светлейших ангелов охраняют рай и своим немолчным пением денно и нощно служат Господу{390}.
Описанный в «Книге тайн Еноха» райский сад больше похож на еврейский кибуц или сад в христианском монастыре, чем на неземное царство, населенное сонмом ангелов. Более того, древо жизни, «на котором почивает Бог, когда входит в рай», странным образом напоминает Дерево Всех Лекарств или Дерево Всех Семян, на котором отдыхает Симург из иранских легенд. Это священное дерево росло посреди моря Ворукаша, расположенного в Аирьяна Вэджо, иранском царстве бессмертных. Любопытно, что море Ворукаша, как и райский сад, представляется местом, где собираются все воды и которое пополняется могучей рекой под названием Харахвати. Эта река разделяется на два потока, текущие на запад и на восток и огибающие всю землю. Затем они возвращаются в море, где их воды очищаются{391}.
Двое мужей показывают Еноху «страшное место», где безжалостные ангелы подвергали грешников ужасным мукам при помощи невидимых орудий пыток. Это мрачное место освещалось лишь неярким огнем, который никогда не угасал. Далее сообщается, что эта страшная тюрьма предназначена для тех, кто не уважал слово Божье и совершил одно из перечисленных преступлений — вне всякого сомнения, каждый рассказчик добавлял свои пункты к этому списку{392}.
На четвертом небе, куда приводят Еноха, похоже, располагается еще одна обсерватория, где он имел возможность изучать «все шествия, движения и течения солнечного и лунного света»{393}. Измерив яркость небесных тел, Енох приходит к выводу, что «свет солнца ярче лунного в семь раз»{394}. Он также увидел «четыре огромные звезды», в подчинении у которых находятся 8000 звезд{395}. В этом фрагменте еще раз подтверждается явный интерес ангелов к астрономии. Вне всякого сомнения, наука о звездах значилась среди тех запретных знаний, которые были открыты человечеству Стражами.
На пятом небе Енох встречает двести Стражей, нарушивших законы небес — они открыли людям запретные знания и брали жен из дочерей человеческих. За такие преступления их заключили в тюрьму, где с ними обходятся как с простыми заключенными. Увидев проходящего мимо человека, они обращаются к нему с мольбами, настаивая на своей невиновности. Эти падшие ангелы называются «григореями» — Стражами по-гречески. «Обликом они походят на людей, ростом — выше исполинов»{396} (то есть своих потомков нефилим). Енох также отмечает, что «они такие мрачные, с унылыми лицами»{397} — эта фраза заставляет вспомнить о мифических иранских царях, которые лишались царской фарр, если отклонялись от пути истины.
На шестом небе Енох видит семь ангелов, лица которых «сияли ярче солнечных лучей, и не различались они обликом, поведением или облачением»{398}. Подобно ангелам, жившим на первом небе, эти сияющие существа наблюдают за «движением звезд, обращением Солнца и изменениями Луны» — еще одно свидетельство того, что термин «Страж» связан не с наблюдениями за человечеством, а с наблюдением за движением звезд и с изучением временных циклов. Здесь ангелы наблюдают «добрые и злые людские дела», что, вероятно, предполагает изучение климата и сейсмической активности, а также их влияния на состояние земли. Эти Стражи также «учиняют заповеди и поучения и творят сладкое богогласное пение и всяческие славные хвалы», поскольку это «архангелы, стоящие над ангелами»{399}.
На седьмом, и последнем, небе Енох увидел все воинство великих архангелов, херувимов, серафимов и бесплотных сил, стоявших у престола Господа{400}. В другой версии этого рассказа патриарх подходит к стене, построенной из «кристаллов» и окруженной «языками пламени»{401}. Фундамент дома был также сложен из кристаллов, а внутри «потолок его был подобен пути звезд и молний… Пылающий огонь окружал стены дома, и дверь его горела огнем»{402}. Температура тоже смутила Еноха: дом «был горяч, как огонь и холоден, как лед». Внутри дома не было «ни веселия, ни жизни». Другими словами, Енох не увидел ни мебели, ни убранства, что свидетельствовало о том, что здесь никто не живет. Еноха охватил страх, и он задрожал, потрясенный увиденным. Я вспоминаю, что испытал похожие чувства, когда в детстве попал в собор святого Павла — его громада действовала настолько угнетающе, что я заплакал.
Затем Енох вошел в другой дом, построенный из того же материала и стоявший перед ним во всей своей «славе, в великолепии и величии». Внутри он увидел «возвышенный престол», из-под которого вытекали «реки пылающего огня», такие яркие, что на них нельзя было смотреть. На троне сидел «Тот, Кто велик во славе», и «одежда Его была более блестящей, чем само солнце, и белее чистого снега»{403}. Вот как сам Енох описывает увиденное:
