— Странный какой-то… - пробубнил я, когда мы вышли. Сквозь дверное стекло тату-салона я видел, как он, продолжая раскачиваться на своём безразмерном стуле, принялся сосредоточенно тыкать в смартфон, как бы набирая кому-то сообщение.
— Пф-ф… тоже мне, нашёл странного. Знаешь, иногда мне хочется спросить, а не в клетке ли ты рос… - Лера сняла лялю с сигналки. - А потом я вспоминаю, кто ты. Поехали, нам ещё на другой конец города переть. Я б чего-нибудь уже схомячила…
По дороге попадались и приличные заведения, но по итогу мы закидывали в себя хрустящую картошку фри, сидя на неудобных диванчиках всем известного фастфуда. И пока мы ели, в очереди к кассе неожиданно для меня произошло кое-что примечательное. С виду подтянутый, статный мужчина в хорошем, с иголочки, деловом костюме, который сюда не то что поесть, в туалет-то зашёл бы едва ли, вдруг раскрылся. На моё немое удивление Лера покивала. Привыкай, мол, чел, порой попадаются и более неоднозначные персонажи.
Второй адрес разительно отличался от первого. Если полчаса назад мы подъехали к оборудованному кричащей вывеской салону, у которого ко всему прочему имелась и реклама в соцсетях, и своя парковка, и даже чай с лимоном всем и каждому, то здесь нас встретил древний, помнивший ещё пленных японцев, розоватый дом в два этажа. Точнее, в полтора, потому как первый этаж фактически уже ушёл под землю.
Войдя внутрь и поднявшись по косой, истёртой деревянной лестнице наверх, мы переглянулись. Тут нас ждала жилая квартира. Ждала бы. Если бы не пожар.
На этаже всё ещё обитали люди, где-то кричал грудничок, неподалёку тихо блеяла попса. Оставшимся жильцам этого пока ещё не расселённого барака в целом не было дела до того, кто там шарится по соседской сгоревшей квартире. Я толкнул едва живую дверь, и мы вошли.
— Походу, Иосифовна всё же ошиблась, - предположил я, глядя на чёрные стены и окна без стёкол. - Тут давно уже никто не живёт.
Мимо мрачной тенью прошла Лера. Я хотел сказать что-то ещё, но, взглянув на спутницу, позабыл все слова. Враз посеревшая лицом, растерянная, она осматривалась, боясь куда-либо лишний раз наступить, словно на могилу пришла.
— Их всех убили, Саш… И детей тоже… Троих…
Я не видел ничего. Для меня квартира выглядела пустым пожарищем, где не осталось даже намёка на что-то целое. Но не для Леры. Ведьма совершенно иначе ощущала чужое разорённое логово. Обнимая себя за голые плечи, словно бы пытаясь согреться, она начала мелко дрожать. Глаза наполнились слезами, она всхлипнула, и я понял, что пора действовать. Я нежно взял её за руку и уверенно вывел, закрыв за собой остов двери.
Прежде чем ляля тронулась с места, потребовалось время. Лера не плакала. И не говорила ничего. С безжизненным лицом она смотрела в пустые чёрные окна, как в глаза старого знакомого, взирающего с немым укором. Она совершенно точно не знала никого, кто тут раньше жил. Но вид уничтоженного логова прошёлся ей стекольным осколком по живому.
От вжатой в землю временем двухэтажки мы не ехали, а фактически летели, словно бы за нами увязалась ватага галдящих чертей на запряжённой огнедышащими выпрями повозке. Иной раз думалось, что те самые водители, которые так вовремя притормаживали на перекрёстках с главной дорогой, что-то чувствовали и благоразумно не решались даже сигналить чёрной спортивной немке, нагло промчавшейся прямо перед их носом. Вот нисколько не удивился бы, если бы за нами оставался ещё и чернильный клубящийся шлейф - настолько тяжёлым и мрачным было настроение ведьмы за рулём.
— Этот адрес последний, - разлепила губы Лера. Она припарковалась у одного из ТРЦ и первой вышла из машины.
— Тут? - кивнул я на сверкающее зеркальными панелями здание с кучей снующих людей и цветастой рекламы.
— Нет. Нам туда. Снова жилой дом, чел, - как бы предупреждая, она указала на пятиэтажку через дорогу.
Уже на подходе к серому дому, типичной вроде бы хрущёвке, каких вокруг стояло множество, я почувствовал, что что-то не так. Казалось бы, те же два подъезда без лифта и мусоропровода. Такие же одинаковые окна, как и везде. Лоджии те же, хоть и встретилась пара заваленных хламом балконов, которые, наверное, не открывали уже лет пятьсот. Но вот воздух вокруг этого дома был… спёртым каким-то. Словно бы пятиэтажку окружал невидимый стеклянный купол, сквозь который возможно было с лёгкостью пройти человеку.
— Аседия, - вдруг схватила меня руку Лера.
— Что?
— Это притон, чел, - ведьма заговорила быстро. - Дом скрыт заговором от Ордена. Я чую. И в нём притон Семьи Аседия. Надо быть осторожней. Мы на частной территории, так что веди себя как гость. Ты же не хочешь проблем с ещё одной Семьёй?
— Любишь риторические вопросы, смотрю… - хмыкнул я и пошёл дальше.
Сурок лепетал, что в родном Узбекистане он родился именно в этой Семье. Как-то не случилось выведать у него поподробнее, что это за Семья такая, вот сейчас и глянем…
