Я сохраняла невозмутимое лицо, надеясь не выдать внутреннюю панику. Уже третий день, как меня оставили в этой камере без еды и приносили только воду. На четвёртый день Джослин открыла дверь камеры и подошла ко мне. Чуть наклонив голову, я заметила кожаные джинсы, которые облегали длинные ноги.
— Вставай, Элизабет, — она села на корточки и ладонью дотронулась до моей щеки. — Не зли больше Маркуса.
— Так, значит, его зовут Маркус! — дрожа, произнесла я.
— Выходи, скоро начнутся тренировки. Ты станешь настоящей ведьмой, и я буду твоей наставницей. У нас есть месяц.
— Не буду! Не хочу быть с вами! — яростно закричала я.
— Будет лучше, если ты примешь всё, как есть — иначе хуже будет, — мягко сказала Джослин и помогла мне встать.
Ноги почти не держали. Джослин взяла меня за руку и перекинула её через плечо, помогая тем самым мне ходить. Мы поднялись по каменным ступенькам камер и оказались в большом тёмном коридоре. Позже я потеряла сознание — очнулась в маленькой комнате. Голова раскалывалась. Когда я открыла глаза, последние воспоминания нахлынули на меня волной.
Комната не была похожа на ту, что в доме Бруксов. Эта отличалась размером: маленькая, с кроватью и шкафом. Никуда не повернёшься и не развернёшься. В комнате была ещё одна дверь, приоткрытая: санузел.
При попытках встать ноги поначалу дрожали и сильно болели. Над раковиной висело зеркало. Моё лицо за последние дни исхудало и осунулось, появились синяки под глазами. После горячего душа я испытала облегчение. Старая одежда до сих пор была на мне, чуть потрёпанная. В дверь комнаты постучали — вошла Джослин.
— Проснулась? Я тебе вещи принесла — переоденься. Фабо еды принесёт. Потом пойдём на площадку.
— Что будет дальше? — этот вопрос мучил меня.
— Увидишь, — загадочно ответила она и покинула комнату.
На улице стояла влажность после сильного дождя. Мне пришлось надеть траурный наряд, походивший на боевое облачение: чёрный верх и низ с белыми узорами вдоль ворота и манжет. Джослин смотрела мимо меня. Обернувшись, я увидела, как через ближайший холм перевалил живой поток оборотней. Целая стая волков двигались к нам, яростно сверкая глазами.
Меня замутило от страха. Я не видела оборотней никогда. Вампиров — да, но настоящих оборотней — нет. Представив убийственную мощь этих существ, я содрогнулась.
В этот момент волки налетели на меня. Будто волна ударила, пришёл ураган. Рядом со мной мелькнули горящие глаза и раскрытые пасти. Ногти больно впились в кожу руки.
Волки побежали дальше, обходя стороной меня и Джослин. Не поверив глазам, я глядела на них, как на что-то завораживающие: стройные, пятнистые и огромные, стального оттенка. Они мягко приземлились за моей спиной и, не оборачиваясь, побежали дальше. Волки были повсюду — и ни один не тронул никого. Сколько здесь таких существ?
— Пора, — громко отозвалась Джослин, держа в руках длинную палку, и кинула мне такую же. Поймав, я сильно сжала её. — Отбивайся!
Следующие минуты для меня казались сущим адом. Сильные и меткие удары Джослин палкой об мою кожу вызывали мучительную боль. Через минут пятнадцать, обессилив, я упала на землю.
— Я думала, ты сильнее! Но без своих сил ты слаба, — глаза Джослин переменили цвет: красный. Она вампир. — Научись отбиваться и защищаться без способностей.
— Кто ты? — глубоко вздохнув, спросила я. — Вампир?
Она коротко кивнула, не желая продолжать этот разговор.
— Ты как твоя мать: такая же наивная.
— Хватит! — громко возразила я. — Вы ничего не знаете о моей матери! Ничего! Что ты, что Маркус.
— Ты ошибаешься. Вижу, Габриель ничего тебе не рассказывала? Какая наивность. Ну что ж, продолжим?!
Джослин с быстрой реакцией снова наносила удары — рука онемела от боли, ноги дрожали и еле держали меня. Когда мы бились, мне показалось, что кто-то наблюдает за мной. Взглянув вверх, я увидела силуэт, стоящий за окном.
***
— Она такая же… — тихо сказал Маркус.
Маркус тихо наблюдал за ней всё это время. В первую их встречу, посмотрев на лицо Элизабет, он понял: перед ним как будто была Габриель. Лицо её матери. Она была похожа на мать, и, как считал Маркус, не имела ничего от отца. Она была ведьмой, но наполовину человеком.
— Зачем она здесь? — вежливо спросил Фабо. — Всё из-за…
— Ты хорошо меня знаешь, Фабо. Я ни за что не отпущу её. Элизабет будет моей.
После стольких лет сердце Маркуса вновь начало биться: после Габриель никто, никто не мог так влиять на него. Но сейчас история вновь повторяется.
Комментарий к Глава 15 Борьба за жизнь
Пожалуйста оставляем отзывы) Хочу знать ваше мнение!
========== Глава 16 Точка отчаяния ==========
Шестнадцать лет назад.
— Всё кончено, — голос Габриель звучал надтреснуто; та устала изо дня в день на протяжении многих лет твердить одно и то же. Маркус не хотел даже слышать об этом. В главном зале он восседал на своём кресле. — Если ещё раз тронешь его… — твёрдо произнесла ведьма. Маркус подошёл к ней и взял за руку.
— Я так скучал…
Последовало молчание. Габриель пыталась держаться на расстоянии от него.
