– Тебе нельзя, Вермион, прости. Ты верно заметил, что дракон сейчас может быть не в себе. Его магия – одна из сильнейших в Кенэне. У вас с Мари нет общей крови или связи через ритуал. Зверь может принять тебя за соперника и убить. Малышка этого ему никогда не простит, – ответил Новайтэс, – а я не хочу, чтобы на моих глазах золотой дракон сошел с ума от горя.
– А вас, стало быть, зверь не тронет? – язвительно спросил магистр.
– У нас есть печати нерушимого союза, – Дар сдвинул рукав, демонстрируя некроманту метку, я молча повторил его жест. Вермион нахмурился. – Прости, не так мы должны были сообщить тебе об этом, – продолжил лорд-канцлер, – но не сдержались. Как мальчишки! Чего уж!
– Она невероятная! – мечтательно поддержал будущего побратима я. Новайтэс кивнул с такой же мягкой улыбкой и вновь посерьезнел.
– Мне известно, куда направился дракон, – сказал лорд-канцлер. – И он действительно ничего не сделает Мари. Против ее воли – точно нет.
– Как мы видели, влечение оказалось обоюдным и очень мощным, иначе она бы никогда не позволила унести себя, – тихо напомнил я. – Если дракон воспользуется ситуацией, то потом, когда придет в себя, Мари ему не простит, да и себе тоже.
– Поспешим, друг мой, – мрачно произнес Дарэл и, пообещав держать Вермиона в курсе, мы спешно покинули академию.
Сознание потихоньку прояснялось. Странная золотая патока эйфории, окутавшая меня, стекала крупными тяжелыми каплями, возвращая ясность ума. Огляделась, пытаясь понять, где я. Судя по всему, это какая-то пещера, обустроенная со всем возможным комфортом. Магические светильники освещали неровные природные изгибы камня, на земле лежали пушистые ковры. Руки дернулись сами собой, ощупывая тело. На мне было все то же кружевное бальное платье, творение господина Келебриана, и тяжелое ожерелье. Зябко пошевелила ступнями. Укрывать меня одеялом никто не собирался, а туфли сиротливо валялись возле широкой кровати, на которой я и очнулась. Потирая переносицу, села, пытаясь восстановить события текущего вечера. Помню давящую ауру императора, заставляющую трепетать и склоняться ниц перед мощью этого древнего существа. Помню странный калейдоскоп его ярких воспоминаний, что сменяли друг друга в моей голове, словно страницы книги. С каждой веяло невыразимой тоской, почти отчаянием и робкой надеждой. Он так долго был одинок, но теперь его одиночество закончилось. Я почти слышала, как шестеренки в моей голове с натужным скрипом закрутились. Почему он так решил? Почему выбрал меня? А я тоже хороша! Словно под заклятием подавления воли, пошла за ним, стоило только поманить, не слыша зова своих мужчин, не реагируя ни на что, кроме императора. Внутри была абсолютная уверенность, что так правильно, и он тоже мой. Все трое мои! О, боги! Трое! А ты, Мари, не ищешь легких путей! То лорд-канцлер, то Светлейший эльфийский лорд, а теперь тебе самого золотого дракона подавай! Нервно хихикнула и испуганно зажала рот ладонями. Как бы там ни было, а с Его Величеством поговорить все же придется. Очень надеюсь, что он успел отойти от первого шока и будет настроен на диалог. Как ни странно, самого дракона я не боялась. Была уверена: он не навредит мне! Спустила ноги вниз и, оттолкнувшись от мягкого матраса, вышла из пещеры в поисках хозяина, чтобы тут же замереть в восхищении.
Небольшая спальня, в которой я очнулась, была лишь ответвлением от огромного главного зала. Свод этой пещеры терялся где-то в темноте. В центре располагался источник, похожий на природный теплый бассейн. От воды исходил манящий пар. Круглые шары магических светильников скудно освещали внушительное пространство, и я сразу увидела его. Огромный зверь, издающий мягкое золотое сияние, свернулся, словно кошка, у стены, положив массивную голову с шипастой костяной короной на лапы. Казалось, дракон спал, но стоило мне сделать инстинктивный шаг назад, как янтарные глаза открылись и вполне осознанно уставились на меня. Зверь шумно дышал, но не делал попыток приблизиться, лишь наблюдал. Внутри все трепетало от сопричастности к великой тайне. Хотя после его выступления на балу, она вряд ли останется таковой. Светляк в мешке не утаишь. Сделала один крохотный шажочек вперед и еще один и замерла в нерешительности.
– Ваше Величество, – прочистив горло, несмело обратилась к нему.
«Радэрон», – пророкотало в моей голове. – «Зови меня так, сокровище мое».
– Хорошо, Радэрон, – продолжила вслух, дурея от собственной смелости. – Не могли бы вы стать снова человеком? – попросила его.
«Нет!» – сердито рявкнул дракон, расправляя длинную шею. «Двуногий хочет следовать глупым условностям. Зачем? Ведь ты моя! А он еще долго будет ходить кругами. Как только согласится на немедленное закрепление связи, отпущу его».
На немедленное закрепление? Ну тут и самому тупому зомби стало бы понятно, как именно эта самая связь должна закрепиться. Может и хорошо, что император не соглашается? Но как долго он сможет противостоять упрямому зверю?