Из всей компании Мелания нравилась ей меньше всех. Она не упускала случая сцепиться с Кларенс. Прямо-таки женская версия Инико первых дней. После того вечера на дискотеке отношение Инико заметно изменилось, но, когда рядом появлялась Мелания и начинала приставать к нему со своими нежностями, он снова становился замкнутым и молчаливым. Кларенс покосилась на Лаху, но тот легким кивком подтвердил слова девшуки.
— Тебе следует быть осторожнее, Кларенс, — мягко произнес Лаха. — Здесь все совсем не так, как в Испании или в Соединенных Штатах.
— Любой может обвинить тебя в том, что ты выступаешь против режима, — прошептал Томас. — Любой...
Кларенс все поняла. Да, они правы, она совсем забыла, в какой стране находится.
— Простите меня, — повинилась она. — Мне очень жаль.
Копе поднялся, чтобы заказать еще пива — марки «33», которая здесь пользовалась бешеной популярностью.
— Думаю, мы можем успокоиться, — заметил он, садясь на место. — Кстати, вы не знаете, кто эта женщина?
Томас и Инико тайком оглянулись, и на их лицах проступили улыбки.
— Ну конечно, это она.
— Вы ее знаете? — спросила Кларенс.
— Кто же не знает мамашу Саде? — Томас закатил глаза.
— Только не говори, что это она! — Лаха вытаращил глаза. — Она так постарела с тех пор, как я в последний раз ее видел.
— Я думала, она уже не выходит из дома, — заметила Мелания.
— А я думала, она и вовсе померла! — рассмеялась Риэка.
Кларенс прямо-таки умирала от любопытства.
— Для всех нас мамаша Саде — все равно что древняя сейба, — пояснил Лаха, видя ее заинтересованность. — Она была всегда; во всяком случае, мы ее помним еще со времен колониального детства. Ходят слухи, что сначала она работала... ну ладно, торговала своим телом. Она была так красива, что все просто ахали. Потом она накопила кучу денег и вложила их в клуб, а теперь нет ни одного злачного места в этом городе, где бы она не заправляла.
Он отхлебнул пива, а Томас воспользовался паузой, чтобы добавить:
— Она и при Масиасе продолжала делать деньги — совершенно непостижимым образом. Говорят, она лучше всех знала, как доставить удовольствие высокопоставленным мужчинам, и нанимала для этого самых лучших девочек...
— А кто это рядом с ней? — спросила Кларенс.
— Ее сын, — ответил Копе. — Теперь он ведет все дела.
— Кажется, он мулат. — Кларенс поднесла ко рту бутылку с пивом, не сводя глаз с парочки.
— Так и есть, — Риэка наклонилась вперед и доверительно прошептала: — Говорят, когда-то она любила белого, который работал на плантации. Он заделал ей ребенка, а потом бросил.
От этих слов Кларенс поперхнулась, покраснела и закашлялась. Риэка похлопала ее по спине.
— После этого она больше не захотела иметь детей, — закончила девушка.
— Я бы из принципа нарожала десяток, — мстительно заметила Мелания. — А так единственный ребенок всю жизнь напоминал ей о трусости своего отца.
Сердце Кларенс учащенно забилось. Она почувствовала необоримое желание встать и подойти к тому столику, чтобы увидеть лицо сына мамаши Саде.
Нет, ну что за глупость! И что дальше? Спросить, не зовут ли его часом Фернандо? И потом, Риэка права: возможно, в этой истории замешана далеко не одна женщина.
Между тем, она заметила, что Лаха задумчиво вертит в руках бутылку с пивом. Его лицо казалось хмурым.
Он был единственным в компании, чья кожа была не черной, а карамельного оттенка.
Внезапно Лаха поднялся, сказав, что ему нужно освободиться от выпитого пива, и вышел. Кларенс снова посмотрела в сторону столика в глубине зала.
— Но если вы уверены, что она не опасна, почему ей нельзя смотреть на нас? — спросила она.
— Скорее, она смотрит на тебя, — сказал Инико, насмешливо улыбаясь. — Должно быть, собирается предложить тебе работать на нее. У мамаши Саде всегда был верный глаз...
Кларенс почувствовала, как кровь прилила к щекам.
— Ого! — произнесла она, покачивая головой. — Думаю, это стоит расценить как комплимент.
Все рассмеялись, за исключением Мелании, надувшей губы.
— А вы случайно не знаете, как зовут ее сына?
Кларенс тут же пожалела, что задала этот вопрос.
— Да какая тебе разница, как его зовут? — бросила Мелания, наваливаясь всем телом на Инико. — Ах да! — спохватилась она. — Ну конечно же! Ведь сейчас он ведет все дела!
Ее слова вызвали новый приступ смеха, и Мелания не упустила случая окончательно уничтожить соперницу.
— Белая девушка поднимет ее престиж, — пояснила она. — Хотя, сдается мне, у белых рыбья кровь. То ли дело — у нас!
Кларенс смерила ее взглядом. Томас, Копе и Инико потянулись к бутылкам, пытаясь спрятать за ними улыбку, а Риэка возмущенно дернула Меланию за рукав.
Инико заметил, что Кларенс изо всех сил старается сохранять хорошие манеры, и, хотя был отнюдь не против услышать резкий ответ на оскорбительное замечание Мелании, все же решил сменить тему.
— Кларенс интересуют имена детей, родившихся в колониальную эпоху, — сказал он, откинувшись на стуле, так что его правая рука оказалась за спиной у Мелании. — Это нужно ей для работы. Она публикует статьи в научных журналах.
