– Главный церемониймейстер просит вашего присутствия, милорд, – пробормотал он. Казалось, и эта фраза была адресована в пространство между ними. – Сюда, пожалуйста.
Покинув длинную приемную, они поднялись вверх по белой мраморной лестнице, украшенной богатой резьбой, а потом прошли по коридору в комнату ожидания, где уже находилось человек шесть графов или их представителей. За широкой аркой виден был Грегор в окружении небольшой группы людей, главным образом в красно-синем, но человека три были в темных министерских мантиях.
Император сидел на простой складной табуретке – даже не на стуле.
– Я почему-то ожидал увидеть трон, – прошептал Марк.
– Это символ, – тоже шепотом объяснила она. – Как и большинство символов, достался ему по наследству. Это – обычная складная офицерская походная табуретка.
Тут Марку пришлось расстаться с графиней: церемониймейстер увел его на положенное место в очереди. Место Форкосиганов. «Вот оно!» На мгновение он почувствовал неописуемый ужас: ему вдруг показалось, что он потерял мешочек с золотом… Но нет, вот он: по-прежнему надежно привязан к поясу. Вспотевшими пальцами он неловко отвязал шелковые шнурки.
«Это просто глупая церемония. Почему я так нервничаю?»
Так, повернуться, пройти вперед… Его сосредоточенность чуть было не нарушил раздавшийся за спиной шепот:
– Господи, Форкосиганы все-таки посмели!..
Так, еще шаг, приветствие, преклонить левое колено… Он протянул мешочек на раскрытой ладони правой руки и пробормотал положенные официальные формулы, чувствуя себя словно под плазмотронным огнем взглядов собравшихся. Только потом он поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с императором.
Грегор улыбнулся, взял мешочек и произнес столь же официальную формулу. Потом он передал кошель министру финансов в черной бархатной мантии и жестом велел министру отойти.
– Итак, вы здесь, лорд Форкосиган, – негромко произнес Грегор.
– Только лорд Марк! – поспешно взмолился Марк. – Я не лорд Форкосиган, пока Майлз не… не… – ему вспомнилась обжигающая фраза графини, – не истлел. Это ничего не значит. Граф с графиней этого хотели. Мне казалось, сейчас не время спорить.
– Это так. – Грегор печально улыбнулся. – Спасибо вам. А как вы сами поживаете?
Грегор был первым человеком, который спросил о нем самом, а не о графе. Марк изумленно моргнул. Но, конечно, Грегор может хоть каждый час требовать информацию о состоянии своего премьер-министра.
– Наверное, неплохо. – Он пожал плечами. – По крайней мере по сравнению со всеми остальными.
– Гм-м… Вы не воспользовались вашей карточкой. – В ответ на озадаченный взгляд Марка Грегор мягко пояснил: – Я дал ее вам не в качестве сувенира.
– Я… я не оказал вам никаких услуг, которые позволили бы мне чего-то у вас просить, сэр.
– Ваша семья заслужила практически неограниченный кредит. Вы можете им воспользоваться.
– Я ни о чем не просил.
– Знаю. Благородно, но глупо. Возможно, вы еще здесь приживетесь.
– Мне не нужны поблажки.
– Новое дело часто начинают, взяв в долг. А потом выплачивают – с процентами.
– Я уже один раз попробовал, – горько проговорил Марк. – Я взял взаймы дендарийских наемников – и потерпел крах.
– Гм-м… – Грегор еще раз улыбнулся и посмотрел за спину Марка – на толпу, несомненно, переполнившую комнату ожидания. – Мы еще поговорим. Приятного аппетита.
И его кивок превратился в императорский приказ удалиться.
Марк с трудом поднялся, отвесил положенный поклон и ушел туда, где его дожидалась графиня.
По завершении долгой и скучной церемонии выплаты налогов прислуга дворца подала обед на тысячу персон в семи залах – присутствующие занимали места в соответствии с рангом. Марк обнаружил, что сидит за столом чуть пониже главного, за которым сидел Грегор. Вино и замысловато приготовленные яства послужили отличным предлогом воздержаться от общения с соседями. Он старался пить и жевать как можно медленнее и все равно почувствовал, что опять переел, и голова уже кружилась от алкоголя. Присмотревшись, он заметил, что графиня при каждом тосте только пригубливает рюмку, и взял на вооружение ее стратегию. Жаль, он не заметил раньше, но по крайней мере ему удалось встать, а не выползти из-за стола, и стены кружились не слишком быстро.
«Могло быть и хуже. Например, выдержать все это, делая вид, что я – Майлз Форкосиган».
Графиня отвела его в бальный зал с причудливым паркетным узором: все было готово к началу танцев, но никто не танцевал. Оркестр из живых исполнителей – одни мужчины, и все в военных мундирах – расположился в углу. Сейчас играли всего человек пять какую-то камерную музыку. Высокие двери были открыты прохладному ночному воздуху галереи. Марк про себя отметил дверь как возможный путь к отступлению. Сейчас было бы невероятно оказаться одному, в темноте. Он даже начал скучать по своей каюте на борту «Перегрина».
– Вы танцуете? – спросил он у графини.
– Сегодня только один танец.
