– Сегодня Марк, а так его зовут, будет встречать Новый год с нами. Уверена, он вам понравится, как и вы ему.
Мама в очередной раз просияла, а мне хотелось завыть: в нашем доме снова будет вонять мужским потом, мы опять будем спотыкаться о пустые бутылки и снова станем слушать душераздирающие скандалы. Интересно, все женщины не дружат с головой или только моя мать?
– Я не фарфоровая кукла, чтоб всем нравиться. И не цирковая обезьяна, в которую вы меня превращали в детстве. Я больше не буду выступать перед кем-то, чтоб произвести хорошее впечатление. Новый год я встречу в собственной комнате, а как это сделаешь ты, дело твое.
Клава, едва успев поднять голову, вновь уткнулась в пол, а мама вмиг прекратила улыбаться.
– Лиза, я не прошу тебя превращаться в обезьяну или в куклу, я только хочу, чтоб ты познакомилась с мужчиной, который дорог мне и который, очень даже может быть, совсем скоро переедет к нам. Разве сложно быть милой хотя бы один-единственный вечер в году?
Живот раздраженно заурчал, напомнив о себе и о том, что я вообще-то шла на кухню. Ругаться с мамой не хочется, хотя, зная себя, думаю, это неизбежно.
– Ок. Один-единственный ЧАС в году, а затем я иду к себе.
– Хорошо.
Мама, видимо, тоже не настроена на скандал, и мы молча расходимся в разные стороны: она – накрывать праздничный стол, а я отправляюсь на кухню за бутербродами и чаем.
Без четверти девять мама постучала в дверь моей комнаты, сообщив, что я должна привести себя в порядок. Я мычу в ответ, даже не пытаясь поинтересоваться, что именно она имеет в виду: надеть на лицо повязку, сделать прическу или влезть в свое детское праздничное платье сумасшедшего розового цвета?
В теплой пижаме безразлично валяюсь на кровати. По телевизору в сотый раз крутят сказку «Ночь перед Рождеством», а я безразлично смотрю на картинки, думая о том, что за нормальное лицо и стандартные мозги я бы продала душу не то что черту – дьяволу.
– Ли-за, – в дверь снова стучат, в этот раз Клавдия. – Мама зовет. Дядя Марк пришел.
Обреченно вздыхаю и даже не думаю вскакивать с кровати, будто меня облили кипятком, никуда этот Марк не денется и ничего с ним не случится, если я выйду через пять-десять минут.
– Хорошо. Передай маме, я скоро буду.
Ответа не последовало, но я уверена, сестра в этот момент кивает, ей всегда нравилось разговаривать молча.
