Сидящий на взмыленном коне Брукхалиан смотрел, как помощники Дестрианта несут почти бездыханного Итковиана в ближайшее здание, способное ближайшие звон — другой послужить сортировочным пунктом. Сам Карнадас, снова открывший лихорадящие внутренности садка Денал, унимал бьющую из груди коня Надежного Щита кровь.
Выжившие на кладбище Серые были спасены личным отрядом Смертного Меча. У них были требующие осмотра раны, но раны смертельные уже показали себя таковыми. Тела умерших откидывали прочь в неистовом поиске выживших.
Хирурги теперь столкнулись с необходимостью вытащить из Итковиана вражеские острия, все еще сидящие в ранах и, по-видимому, этим спасавшие ему жизнь. Карнадас стоял наготове, чтобы унять потоки крови, которые должны были хлынуть из каждой очищенной от железа раны.
Суровые глаза Брукхалиана видели, как Карнадас тяжело оперся на плечи хирургов. Дестриант зашел слишком далеко, вытянул слишком много из своего садка. Слишком много, слишком часто. Тело начало сдаваться. Все суставы покрылись кровоподтеками — от плеч до пальцев. Его вены и артерии стали как марля, пропуская все больше крови в мышцы и полости тела. Поток Денала расщеплял все, в него попавшее, в том числе и тело самого жреца.
Брукхалиан знал — жрецу не дожить до рассвета.
Но перед этим Итковиан должен быть исцелен, грубо заштопан, не обращая внимания на сопутствующие душевные травмы. Надежный Щит снова примет командование, хотя будет уже не тем человеком.
Смертный Меч был суров. Судьба его друзей стала знанием, не вызывающим эмоций. Все будет так, как должно быть.
Он выпрямился в седле, озирая окрестности, изучая ситуацию. Атака на казармы была отбита. Тенескоури дрогнула, отступила со всех сторон, нигде не было видно ни души. Брукхалиан хорошо понимал, что это ненадолго. Серые Мечи больше не были организованной армией. Ясно, что оставались очаги сопротивления, но редкие и малочисленные. Как ни смотри, Капустан пал.
С северо-запада приближался вестовой, женщина, ее лошадь прыгала через завалившие проспект курганы трупов, замедляя бег при приближении к отряду Серых.
Брукхалиан сделал жест мечом, и юная капанка подъехала к нему.
— Сир! — прохрипела она. — Я принесла весть от Раф'Фенера! Послание, переданное мне через одного из священников!
— Давайте выслушаем его.
— Трелл осажден! Раф'Фенер взывает к Восьмой Заповеди Таинства! Вы со всем отрядом должны прибыть ему на помощь. Раф'Фенер преклонил колени перед Копытами — вы должны стать Двойными Клыками в его и Фенеровой тени!
Глаза Брукхалиана сузились. — Сир, этот священник должен был покинуть Трелл, чтобы передать святой призыв жреца. Как такое возможно, учитывая защитные чары вокруг здания?
Девушка покачала головой: — Не знаю, сир.
— А ваш путь по городу до этого места был труден?
— Я не встретила никого живого, сир.
— Как вы это объясните?
— Не могу, сир. Может быть, Фенерова удача…
Брукхалиан еще миг смотрел на нее. — Рекрут, вы присоединитесь к нашей миссии?
Она моргнула, медленно кивнула: — Почту за честь, Смертный Меч.
Ответ прозвучал грубым, печальным шепотом, что еще усугубило ее очевидное замешательство. — Как и я, сир. — Брукхалиан опустил забрало, обернулся к подчиненным. — Оставшиеся роты, выдвигаемся к Треллу! Раф'Фенер призвал Таинство, и мы должны ответить! — Он слез с коня, передал узду посланцу. — Я передумал, — прогудел он. — Вы останетесь здесь, чтобы сберечь моего боевого коня. Также информируйте Надежного Щита о нашей диспозиции.
— Вашей диспозиции, сир?
— Скоро вы он ней узнаете, рекрут. — Смертный Меч снова обернулся к своему отряду. Они стояли рядами, молчаливые, ожидающие приказа. Четыре сотни Серых, возможно, все, кто остался в живых. — Сиры, — спросил их Брукхалиан, — вы в полной готовности?
— Постараемся, Смертный Меч, — ответил старший по званию.
— То есть? — удивился командир.
— Нам надо пересечь полгорода, сир. Мы не сумеем.
— Нильбанас, вы полагаете, наш путь до Трелла будет непрост?
Старый вояка нахмурился и промолчал.
Брукхалиан взял свой щит, дожидавшийся этого момента в руках оруженосца. — Я поведу вас, — бросил он. — Вы пойдете за мной?
Каждый солдат кивнул, и Смертный Меч увидел за решетками их шлемов зарю понимания, давно уже пришедшего к их вождю. Из этого путешествия не будет возврата. Некоторые течения, знал он, непреодолимы.
Приладив окованный бронзой щит на левую руку, покрепче ухватившись за рукоять священного меча, Брукхалиан зашагал впереди. Серые Мечи последовали за ним. Он выбрал самый короткий путь, не замедляя шаг, даже пересекая широкие, заваленные телами площади.
Со всех сторон слышались крики толпы. Изолированные очаги битвы, грохот рушащихся зданий, треск огня, улицы, утонувшие в саженных слоях мертвецов — сцены из адских пропастей Худа проходили мимо марширующего отряда, словно два гобелена работы безумного, озверевшего художника.
Но никто не заступал им путь.
Когда они приблизились к окруженному аурой Треллу, ветеран — офицер ускорил шаг, поравнявшись с Брукхалианом. — Сир, я слышал слова вестового…
— Я знаю, Нильбанас.
— Они не могут быть от Раф'Фенера…
