Раф'Фенер дергался и извивался в руках собратьев. Маска перекосилась, их кожаной основы были вырваны пряди серых волос. — Надежный Щит! — закричал он, видя приближение Итковиана. — Во имя Фенера…
— Да, во имя его, сир. — бросил Итковиан. — Ко мне, капитан Норул. Призван закон Таинства.
— Сир. — Мрачная женщина подошла к нему.
— Ты не можешь! — завизжал Раф'Фенер. — Только Смертный Меч может призвать Таинство!
Итковиан не шевельнулся.
Жрец сумел вытащить руку и ткнул пальцем в Итковиана. — Мой ранг равен Дестрианту! Или ты посмел предъявить претензию на титул?
— Дестриант Карнадас мертв.
— Этот человек не был Дестриантом, Надежный Щит! Может быть, Соискателем, но мой ранг все равно выше. Так что лишь Смертный Меч может призвать против меня закон Фенера, и ты это знаешь.
Грантл фыркнул. — Итковиан, Паран рассказал мне о предательстве. Ваш жрец продал паннионцам жизнь Брукхалиана. Не только отвратительно, но и недальновидно. Итак. — Он помолчал. — Подойдет любой Смертный Меч? Если так, я призываю Таинство. — Он оскалился на Раф'Фенера. — Покарай этого подонка.
Нас заменили. Действительно, у нас новый Владыка Битв.
— Он не может! — вопил Раф'Фенер.
— Смелое заявление, — сказал Итковиан маскированному жрецу. — Чтобы отвергнуть право этого человека на титул, вы, сир, должны воззвать к нашему богу. В свою защиту. Сделайте это, сир, и уйдете отсюда свободным.
Глаза под маской выпучились. — Ты знаешь, Итковиан, что это невозможно!
— Тогда ваша защита пала, сир. Таинство призвано. Я становлюсь рукой правосудия Фенера.
Заговорил стоявший рядом и внимательно слушавший Раф'Трейк: — Этого не нужно, Надежный Щит. Отсутствие вашего бога меняет… все. Конечно вы знаете все разновидности традиционных наказаний. Простая казнь — не по закону Таинства…
— Не подходит этому человеку, — прервал его Итковиан. — Капитан Норул.
Та подошла к Раф'Фенеру, вырвала его у жрецов и жриц. В ее больших, меченых шрамами руках он показался тряпичной куклой. Она развернула жреца и бросила животом на камни мостовой. Присела, вытягивая его руки вперед. Мужчина заверещал, внезапно поняв, что случится дальше.
Итковиан вытащил меч. С лезвия поднимался дымок. — Таинство, — сказал он, подходя к вытянутым рукам жреца. — Измена, продажа жизни Брукхалиана ради своей собственной. Измена, худшее преступление перед законом Таинства и перед самим Фенером. Приговор вынесен в соответствии и правосудием Летнего Вепря. — Он помолчал. — Молитесь, сир, чтобы Фенер нашел то, что мы пошлем к нему.
— Он не найдет! — крикнул Раф'Трейк. — Ты не понимаешь? Его королевство… твоего бога там больше нет!
— Он знает, — сказал Паран. — Вот что случается, когда дело становится личным. Поверьте, мне не хотелось бы быть частью всего этого.
Раф'Трейк повернулся к капитану: А ты кто такой, солдат?
— Сегодня — прямо сейчас, жрец — я Владыка Колоды Драконов. Кажется, мне придется вести переговоры… в пользу вас и вашего бога. Увы, — сухо добавил он, — Надежный Щит кажется очень… несговорчивым…
Итковиан едва ли слышал эти слова. Глядя на распростертого перед ним жреца, он сказал: — Наш Повелитель… ушел. Воистину. Так что… молись, Раф'Фенер, чтобы какое-либо милосердное создание сжалилось над тобой.
Раф'Трейк взвился при этих словах Надежного Щита. — Во имя Бездны, Итковиан — нет преступления столь гнусного, чтобы оправдать творимое тобой! Его душу разорвет на части! Там, куда полетят эти куски, нет милосердных созданий! Итковиан…
— Молчите, сир. Это правосудие мое и Таинства.
Жертва завизжала.
А Итковиан ударил мечом. Острие звякнуло, ударив по камням. Из обрубков обеих рук Раф'Фенера брызнули две струи крови. Кистей… нигде не было видно.
Итковиан прижал лезвие меча к обрубкам. Плоть зашипела. Крики Раф'Фенера вдруг затихли — он потерял сознание. Капитан Норул отошла, оставив мужчину валяться на мостовой.
Паран заговорил. — Надежный Щит, выслушайте меня. Пожалуйста. Фенер ушел — он бредет по миру смертных. Значит, он не сможет благословить вас. Всё, что вы берете в себя… некуда передать. Некому облегчить вашу ношу.
— Я прекрасно понимаю всё это, сир. — Итковиан все глядел вниз, на Раф'Фенера, снова приходящего в себя. — Но это знание бесполезно.
— Есть иной путь, Надежный Щит.
Он повернулся, сузил глаза.
Паран продолжал: — Выбор был… изобретен. Я всего лишь вестник…
Раф'Трейк подошел к Итковиану. — Мы приветствуем вас, сир. Вас и ваших последователей. Летний Тигр нуждается в вас, Надежный Щит, и раскрывает объятия…
— Нет.
Глаза за маской сузились.
— Итковиан, — сказал Паран, — это было предусмотрено… был подготовлен путь… Старшими силами, вновь пробужденными и действующими в мире. Я здесь, чтобы сообщить, чего они хотят от вас…
— Нет. Я клятвенник Фенера. Если придется, я разделю его участь.
— Это предложение спасения — не измены! — крикнул Раф'Трейк.
