Ева вспомнила о своей подруге с телевидения. Она надеялась оттянуть неизбежное еще на какое-то время, но командир был прав: лучше покончить с этим поскорее. Черт с ними, пусть пошумят.
– Я свяжусь с ней немедленно.
– И с нашим представителем по связям. Держите меня в курсе.
– Слушаюсь.
– Свободны.
Ева направилась к двери, но остановилась и повернулась кругом.
– Майор Уитни, я прошу прощения за то, что держала вас в неведении. Это больше не повторится.
– Нет, не повторится.
Ева вышла, так и не зная, что получила: поощрительное похлопывание по плечу или головомойку. Вероятно, и то и другое, решила она, направляясь в убойный отдел.
Пибоди вскочила из-за стола, как только Ева вошла в «загон», и потопала за ней в кабинет.
– У меня есть требуемые вами данные, лейтенант, и мой рапорт.
– Хорошо. У меня нет кофе.
– Это чудовищное упущение с моей стороны будет исправлено незамедлительно.
– Если уж собираешься лизать мне башмаки, Пибоди, делай это не столь явно.
– Я слишком далеко высунула язык? Я заслужила трепки. Не говорю, что дело того не стоило, но я это заслужила. Мы с Макнабом объяснились и все уладили. Он думал, что я собираюсь его бросить. Полный идиот.
Это было сказано – нет, почти пропето! – с такой нежностью, что Ева просто зажала уши ладонями.
– Если не хочешь новой порки, избавь меня от деталей.
– Прошу прощения. Кофе, мэм, в точности как вам нравится. Хотите, принесу вам чего-нибудь из автомата? Я угощаю.
Ева опасливо покосилась на Пибоди.
– Сколько же раз вы двое перепихнулись? Нет-нет, я не хочу знать. Ладно, принеси мне что-нибудь, а потом созвонись с Надин. Передай ей, что нам надо встретиться.
– Уже работаю.
Когда Пибоди выскользнула за дверь, Ева попыталась дозвониться Рорку по личному номеру. Она с досадой провела рукой по волосам, когда связь переключилась на голосовую почту.
– Извини, что ломаю тебе расписание. Появились осложнения. Перезвони, как только сможешь.
Ей до скрежета зубовного не хотелось общаться с представителем управления по связям с общественностью, но она позвонила, а исполнив этот тягостный долг, вставила в компьютер диск Пибоди и начала просмотр. В это время ее напарница вернулась.
– Взяла батончик «Вперед с тянучкой». Заморить червячка. Надин согласна на встречу. Она говорит, у нее самой есть к нам вопросы. Предложила встретиться за ланчем.
– За ланчем? Почему бы ей просто не прийти сюда?
– У нее есть что-то горяченькое, Даллас. Она хочет встретиться с тобой в «Сказочных ароматах» в полдень.
– Где-где?
– О, это шикарное местечко. Не представляю, за какие нитки она тянет, но чтобы там зарезервировать столик, это должны быть корабельные канаты. Адрес у меня есть. Меня она тоже пригласила, так что…
– Ну да, конечно. Почему бы и нет, черт возьми? Всю жизнь мечтала устроить девичник.
Хотя отчет «чистильщиков» по бару «Пещера» не оставлял сомнений в том, что замки и сигнализация были взломаны, Ева отправилась на место лично и встретилась с владельцем.
Его звали Рой Чанси, и он был в равной степени разозлен как тем, что его вытащили из постели, так и тем, что кто-то вломился в его бар.
– Шпана, наверно. Обычно так и бывает.
Он почесал выпирающий живот и широко зевнул, обдав ее тяжелым дыханием. Ему еще предстояло почистить зубы.
– Нет, это не шпана. Скажите мне, где вы находились между семью и девятью утра сегодняшнего утра.
– В своей постели, где ж мне еще быть? Мы открыты до трех утра. Пока запру, пока то да се, ложусь не раньше четырех. Днем я сплю. Днем все равно ничего нет, кроме солнца и машин.
– Вы живете наверху?
– Точно. На втором этаже у меня танцевальная студия, на третьем и четвертом – квартиры.
– Один? Вы живете один, Чанси?
– Точно. Слушайте, с какой стати мне вламываться к самому себе?
– Хороший вопрос. Знаете эту женщину? – Ева показала ему фотографию с удостоверения Труди Ломбард.
Надо было отдать ему должное: он внимательно изучил фотографию. Копы и бармены, подумала Ева, знают, как разбираться в людях.
– Нет. Это ее сюда затащили?
– Нет. Это ее прикончили пару дней назад.
– Эй, эй, эй! – В его водянистых глазах наконец-то вспыхнул огонек. – У меня тут никого не прикончили. Напиваются мертвецки, бывает, но никто еще не умирал.
– Как насчет вот этой? – Ева показала фотографию Заны.
– Нет. Господи, ее что, тоже прикончили? Что за чертовня?
– Когда открывается танцевальная студия?
– Да типа в восемь. По понедельникам, правда, не работает, слава тебе господи. От нее один шум.
– Он не замешан, – сказала Пибоди, когда они вышли на улицу.
– Нет, не замешан. – Ева внимательно оглядела здание, дверь на уровне тротуара, обветшалую стену. – Очевидный выбор. Взломать – плевое дело. Замки вшивые, сигнализация еще хуже. Попасть внутрь мог любой с минимальным навыком. – Она оценила уличное и пешеходное движение. – Затащить ее внутрь – тоже риск ниже среднего. Парень с женщиной идут быстрым шагом. Ее голова опущена. Кто на них оглянется? Будь она посмелее, закричала бы, взбрыкнула, могла бы и стряхнуть его.
