– А что еще можно сделать? До двадцать шестого числа все глухо. Лаборатория не работает, половина моих людей отсутствует. Непосредственной угрозы населению города нет, значит, я не могу надавить на лабораторию. Даже «чистильщики» так и не представили мне отчет по комнате рядом с местом убийства. Рождество все тормозит.
– Ну, это ты загнула. Хочешь конфетку?
Ева угрожающе наставила на него палец.
– Учти, я сегодня отказалась от леденца.
Она рассказала ему про непотребного Санта-Клауса, пока им сервировали заказанные блюда.
– Надо же, какие люди встречаются тебе по работе!
– Да. Из тех, что ты назвал бы эксцентричными. – «Забудь о работе, – мысленно приказала она себе. – Забудь о прожитом дне и вспомни, что у тебя есть своя жизнь». – Ну, а ты как? Навел порядок в своем мире?
– Более или менее. – Рорк подлил ей еще вина. – Завтра с утра у меня есть дела, но я закрываю лавочку в полдень. Есть кое-что, с чем я должен разобраться дома.
– Что? – Ева пристально взглянула на него, наматывая на вилку спагетти. – С чем еще ты должен разобраться? Организуешь завоз северных оленей?
– Эх, ну почему я сам до этого не додумался! Да нет, просто кое-какие мелочи. – Рорк провел рукой по ее руке. – В прошлом году нам помешали встретить Рождество, если ты помнишь.
– Что-то припоминаю. – Ей в жизни не суждено было забыть сумасшедшую гонку через весь город, чтобы вовремя добраться до Пибоди, и жуткую боязнь опоздать. – На этот раз Пибоди будет в Шотландии. Придется ей самой о себе позаботиться.
– Она позвонила мне сегодня. Она и Макнаб. Хотели меня поблагодарить. Она – они оба – были удивлены и растроганы, когда я сказал им, что это была твоя идея.
– Ну зачем ты?
– Но это же действительно была твоя идея!
– Это твой самолет. – Ева даже заерзала на стуле от смущения.
– А знаешь, что самое интересное? У тебя проблемы не только с получением подарков, но и с дарением. И то и другое дается тебе с трудом.
– Это потому, что ты всегда хватаешь через край. – Она яростно пронзила вилкой тефтельку. – А что, скажешь, нет?
– Хочешь намек?
– Нет. Может быть. Нет, – решительно отказалась Ева. – Тебе просто нравится морочить мне голову. Пользуешься тем, что ты такой умный.
– Как ты можешь так говорить! Смотри, найдешь кусок угля в своем рождественском чулке[10].
– Подумаешь! Пара тысяч лет, и у меня будет алмаз, так что… Интересно, что она собиралась делать с деньгами?
Рорк с довольной улыбкой откинулся на спинку стула – его коп вернулся.
– Спрятать? Зачем? У нее были секретные счета. Жила скромно, чтобы никто не догадался, но у нее были и красивые побрякушки. Она держала их под замком, чтобы можно было ими любоваться. Драгоценности были застрахованы, – продолжала Ева. – Я получила копию полиса. Брюликов на четверть миллиона. Да еще эти подтяжки. Но это все типичное, не то, потому что деньги приходили мелкими ручейками. А тут она могла взять сразу большой куш, кругленькая сумма, на которую она может рассчитывать. Должно быть, у нее были серьезные планы.
– Может, недвижимость или поездки, предметы искусства, драгоценности.
– Драгоценности у нее есть, но она не может их надеть, выходя из дома, – люди что-нибудь заподозрят. Но если она собиралась переехать… Надо будет проверить, есть ли у нее загранпаспорт, когда она его получала, когда обновляла. У нее есть Бобби, но он уже вырос, он женат. Им уже невозможно помыкать, как прежде. Досадно.
– Новое место, новый дом, где она могла бы жить, как подобает по ее положению. Может, с прислугой.
– Это точно, ей всегда нужно было кого-то гонять. Такие деньги нельзя просто поместить где-то в банке. Тем более – тут я готова биться об заклад – что она не собиралась на этом останавливаться. Она хотела и дальше выкачивать из тебя деньги. Что толку оставаться в добром старом Техасе, где ты уже всем намозолила глаза? Ты же теперь богата, имеешь право наслаждаться своим богатством.
– Что это дает тебе для следствия? Допустим, ты установишь, что она наводила справки о покупке недвижимости или о путешествиях. Что ты от этого получишь, кроме лишних хлопот?
– Хлопоты иногда приносят пользу. Может, она кому-нибудь проболталась, может, поделилась с Бобби или с Заной, или еще с кем-то. Давай используем любимую тему Пибоди: может, у нее был молодой горячий любовник. То ли она слишком сильно натянула поводок, то ли в ее партнере проснулась жадность. Можно вернуться к теме мести. Одна из ее бывших подопечных следит за ней или находится у нее на побегушках и вдруг узнает, что у Труди намечается большая сделка. – Ева отодвинула тарелку. – Я хочу проверить эту версию. Ты поел?
– Уже заканчиваю. А как же десерт?
– Мне и так хорошо.
– У них есть итальянский пломбир, – коварно улыбнулся Рорк. – Шоколадный.
– Подлый искуситель! – Ева помолчала, борясь с желанием. – А можно взять его с собой?
Очень любопытный вид открывается, решила Ева, когда изучаешь факты, вроде бы не имеющие отношения к делу. Мелкие детали, образующие узор. Может, это еще не решение головоломки, но уже что-то похожее, полное смысла, который вот-вот прояснится.
