Тихий хлопок перехода, и на шее завозился возмущенный Яшка. Недовольный, что я куда-то задевалась, оставив его одного. Переходы он освоил давно, отлично меня разыскивая, перемещаясь к месту нахождения.
Как обычно, говорливый, фамильря настойчиво пищал в возмущении. В тишине полупустого храма, а посетителей почти не было, его негромкий писк отчетливо разносился, привлекая внимание.
Успокаивающе погладила малыша летучего мыша, размышляя, что же дальше. Возвращаться в свое Залесье не хотелось. Пусто там без Нариши, и так хочется отвлечься и обсудить что-нибудь не связанное с надоевшим магом.
***
У Маи в Триединстве как обычно было многолюдно. Молодые веды занимались с наставницами в павильоне. Группа детей на территории, выделенной для посетителей, собралась на пикник под присмотром духов. И охота ей со всем этим возиться?
Большого толку от этой, как она ее обозначила, просветительской деятельности мы не видели, но и не мешали. Следя только, чтобы не противоречило остальным планам и обеспечивало сохранность наших ведовских секретов.
Хочется Мае возиться, пусть занимается. Да и под присмотром въедливого Черныша особо не забалуешь. Уж он проследит, чтобы все было в меру.
Здесь все время что-то менялось, строилось, делалось, постоянное движение и перемены. Парочка обживалась на территории, обустраивая пространство под себя и свои интересы. Перегибов не случалось, и Триединство не пострадало.
А ведь изначально здесь был только лес, и обживаться им пришлось самостоятельно. Строить дом, чтобы не ночевать под открытым небом. Туго пришлось, да еще проблемы с властями.
Мы, конечно, помогали, без поддержки не оставили, но и они держались бодро. На проблемы не роптали, а сосредоточенно занимались их решением. И неизменно поддерживали друг друга, с удивительным теплом и сердечностью, что вызывает уважение.
Наша небольшая компания собралась на просторной открытой веранде, примыкающей к дому Маи и Марсиваля. Ее закончили только в этом году к лету, как раз подходит для проведения вечеров в теплое время года.
Нариша с аппетитом угощалась румяной плюшкой, запивая чаем с молоком из большой, цветастой кружки. Часть посуды Мая умудрилась притащить с собой из другого мира, как она говорила: «На долгую и хорошую память».
Плюшки Мая повадилась печь сама, осваивая бабушкин рецепт. Выпечка отличается от принятой у нас, плюшки выходят особенные, иномирные. Вкусные конечно, пусть и необычные.
Рядом с дочерью за столом пристроился юный маг Отис, незнамо как умудрившийся напроситься с визитом. Не иначе, как Марсиваля уломал проведать Ришу из их общей маговской солидарности.
Черныш сидел рядом со мной на стуле, и внимательно, с недобрым прищуром, через стол следил за общением юного мага с дочерью. Заметно, что фамильяр не одобряет их отношений. Меня и саму напрягало их шушуканье и хихиканье.
Яшка расположился на столе недалеко от меня, поближе к Чернышу. Ему выделили блюдце со сливками и кусочек плюшки. И теперь малыш, попискивая, наслаждался угощением. Следил за происходящим блестящими глазами-бусинками и забавно поводил большими ушками, словно прислушиваясь.
Какие они все же занятные, фамильяры, каждый по-своему. Отдельная личность с собственными настроениями, желаниями, талантами. Они даже внешне отличаются.
Яшка очаровательный летучий мышь, а Черныш — кот котом. Обычный, черный, с белыми носочками и манишкой, только очень крупный. И противный, год от года только въедливее и серьезнее становиться, наверное сказывается негативный опыт. Шляется где попало, разнюхивает, да разведывает, больше по воле собственной, чем по заданию.
Как говорят в народе — «больше знаний, больше печали». Меньше надо нос совать в секреты власть имущих, приятнее будет жизнь и лучше настроение. За годы общения я привыкла к Чернышу, а вот Мае с Марсивалем должно быть несладко приходится с серьезным таким соседом.
Мне теперь за Яшкой присматривать, пока подрастет да разумнее станет. Взрослеют фамильяры очень медленно, как психологически, так и магически. Годы пройдут, прежде чем он говорить начнет да рассуждать по-человечески. Сейчас он на уровне магического животного. Только очень нежный и трепетный, восприимчивый к эмоциям, точно эмпат.
Видеть дочь сияющей и здоровой невероятно приятно, внутри разливалось теплое щемящее чувство. Такая взрослая, такая красавица, считай, уже невеста. А вот ее разговоры о драконе настораживали и раздражали, как и присутствие рядом Ортиса.
— Рашназар снова приглашал в гости, — широко улыбаясь, поведала Риша, заставляя волноваться еще больше.
— Кто тебя отпустит, несмышленую!. Ты сначала вести себя научись, баловница! — возмущенно фыркнул на ее слова сидящий рядом со мной Черныш. Кот недовольно топорщил усы и помахивал кончиком хвоста, демонстрируя все признаки раздражения. — Это надо — с магом связалась, к Гиблым горам сбежала, в беду угодила!
Ортис на сказанное обидчиво насупился, а кот продолжал выговаривать, предвосхищая мои слова. Мне даже вмешиваться не пришлось, фамильяр действовал на порядок жестче:
